Архив   Авторы  

Мощи и немощи
Искусство

В Москве состоялась премьера фильма Александра Сокурова и Юрия Арабова "Телец". "Телец" - это Ленин

Идея рецензировать некоторые фильмы, книги, спектакли в форме диалогов между сотрудниками редакции бродила в "Итогах" давно. "Телец" Александра Сокурова и Юрия Арабова (премьера которого прошла в Центральном Доме кинематографистов) подвернулся первым. Возможно, он будет отобран в конкурсную программу очередного Каннского кинофестиваля.

Юрий Гладильщиков: Итак, "Телец". Второй подряд фильм Сокурова после "Молоха", в главном герое которого и персонажах, его окружающих, можно распознать известных людей XX века. На сей раз не Гитлера etc., а Ленина и других. Год, если я правильно понял (поправьте) - 1922-й, действие в известных Горках, больному Ленину, у которого отказала правая часть тела и часть мозга, лечащий врач-психиатр советует попытаться умножить (для самопроверки) 17 на 22 (роковой 1917-й на роковой 1922-й), а он уже не в силах. Он умирает, причем в тюрьме. Пропагандист насилия и подавления сам оказывается жертвой насилия и давления - со стороны политбюро и охранников-санитаров. Вокруг женщины - вроде бы Надежда Константиновна и Мария Ильинична (обе в жутких платьях-робах), в гости приезжает гротескный гад-нарцисс - вроде бы хозяин Коба. Не будь "Молоха", я бы сказал, что "Телец" - слишком странный, чересчур политизированный фильм для режиссера Сокурова. Но оснований сомневаться в авторстве у меня нет: кадр по-сокуровски сер, размыт и временами искривлен хитрой оптикой, действие замедленно, за кадром - сплошные воробьи и сверчки, как в классическом МХАТе, в роли оператора выступил - впервые в своей карьере - сам Сокуров...(коллегам) А вы-то что молчите?

Лев Рубинштейн: Да как-то не хочется перебивать. Думаю, а вдруг Юра скажет что-нибудь дельное.

Ю. Г.: Не скажу.

Л. Р.: Если говорить серьезно, то нам хорошо бы наметить какой-нибудь аспект и на нем потоптаться. Например, мне интересно рассмотреть эту картину в контексте всей советско-постсоветской Ленинианы. Ведь то, что мы видели, - это, можно сказать, третий этап. Если за первые два условно принять официально-апологетический - тот, что породил серию анекдотов, и сатирический начала 90-х - тот, что этими анекдотами в определенной степени был инспирирован. А это уже пост-Лениниана. Тут уже есть заявка на "закрытие темы". Никит, что ты думаешь?

Никита Соколов: Почему же "закрытие"? Тут тема открывается и предстает в новом ракурсе. Ведь не случайно тонкий политик министр Швыдкой, начав на московской премьере вступительную речь с утверждения, что "Телец" - событие исключительно художественное, немедленно съехал на общественно-политическое ее значение и завершил тем, что фильм Сокурова "не понравится ни правым, ни левым". Собственно, "общественное послание" Сокурова на первый взгляд заключается в утверждении, что жалости достойна даже телесная оболочка человека, независимо от качеств его полуотлетевшей души. Из всего, что известно о последних ленинских годах, в фильме показана лишь старая барская усадьба, битком набитая преданной дворней, и пара стариков, напоминающих гоголевских старосветских помещиков. Только Пульхерия Ивановна-Крупская получилась более желчной, видимо, от базедовой болезни.

Л. Р.: Все достойны жалости. Это как бы новый взгляд. Злодеи, убийцы, палачи - это еще и организмы, подверженные "болезням и воздыханиям".

Н. С.: Это кажимость. Если наша задача их жалеть, то для чего они все сделаны такими противными? Или они не противные, просто мне сокуровский язык совершенно непонятен? Ну объясните, отчего такая странная смесь живописных образов в кадре? Вроде бы весь фильм выдержан в мирискуснической гамме Борисова-Мусатова, и тут же драные чулки Крупской - совершенно в передвижнической манере. Это отчего?

Ю. Г.: "Молох" действительно был гораздо более цельным фильмом. Можно сказать, что Сокуров разоблачал фашистскую эстетику, изобразив на экране этакий "монументальный бидермайер", - фашистская монументальность выглядит там мещански, соседствует только что не со слониками. В "Тельце" же - то привычная сокуровская статичность с размытостью, серыми травами и зелеными туманами, то прямо-таки реализм-натурализм - все сцены с дряблым телом голого вождя, которое то купают, то куда-то тащат.

Л. Р.: Ну, это как раз понятно. Это, чтоб ты знал, - "постмодернизм". Но мы не напрасно сразу же стали обсуждать не "художество" сокуровского фильма, а его тему. При выборе таких персонажей, как Ленин, Сталин и им подобных, автор должен быть готов к тому, что интерес к самой теме неизбежно перевешивает всякую эстетику. Согласен, Юра?

Ю. Г.: Несомненно. Но с этим как раз и проблемы. Я не вполне понимаю концепцию картины. Неужели весь смысл третьего - сокуровского - этапа Ленинианы сводится к тому, что таких людей, как Ленин, тоже пожалеть надо? Ты, Лева, кстати, зря считаешь Сокурова тем автором, который делает вид, будто совершенно отрешен от политпроблем и занят исключительно самовыражением. В интервью последних лет он постоянно размышляет об исторических путях России. Так вот, в "Молохе" был четкий, пусть и не слишком оригинальный, взгляд на фашизм и на Гитлера. Гитлер, вполне по Фромму, выглядел там не сильной личностью, а жалким мелким буржуа и скрытым некрофилом. Сам фашизм был порождением пошляков. Кроме того, я увидел в "Молохе" идею, что всеми тоталитарными переворотами руководят не гении зла, а мелкие натуры и что вождями становятся только самые ущербные люди. А что Ленин в "Тельце", что коммунизм - они хороши, плохи? Из того, что Ленин жалкий и больной, ни черта не следует. Правда, сам Сокуров сказал где-то, что, мол, и не собирался рассматривать Ленина как политика, а рассматривал его как частного человека. Но все же непонятно - Ленин по Сокурову был благом для России или злом?

Л. Р.: А я думаю, что нечего там особенно и понимать. Главное для Сокурова - это затронуть ключевую тему, гарантирующую статус знакового произведения. А то, что эти инфернальные фигуры оказываются в его фильмах жалкими, обделенными любовью "овощами", никак не противоречит моему подозрению, что автора прежде всего интересует он сам. В повышенном интересе к разного рода фюрерам я усматриваю его собственные фюрерские амбиции. Разумеется, весьма отрефлексированные, не такие тупые и явные, как, скажем, у Михалкова, который их и не думает скрывать. Если угодно, это самоутверждение за чужой счет.

Н. С.: Ты хочешь сказать, что апелляция к "античному масштабу" - материал только для психоаналитика? Я имею в виду тот эпизод, когда Ленин сладострастно рассуждает о солдатах, вырезавших у расстрелянных печенку, чтобы детей накормить, и суммирует: "Вот античный масштаб". Неужели случайна сцена, где Ленин громит обеденный стол, сервированный "ворованным/экспроприированным" серебром, композиционно повторяет знаменитое "Изгнание торгующих из храма"?.. Тут ведь Ленину символически сообщается и вовсе вселенский масштаб. Причем не "вождю на броневике", а увечному, убогому, полуживому. С большим нажимом преподносится притчеобразный анекдот о пациенте, страдавшем головными болями: у бедолаги оказался гвоздь в голове, когда же гвоздь удалили, он помер. Очевидно, Сокуров вообще любуется людьми с "гвоздем в голове", отводит им в жизни и в истории заглавную роль. Такая уж модель мира: есть герои и есть толпа. Мне - толпе - предложено восторгаться титаном даже в состоянии полураспада.

Ю. Г.: Я с тобой совсем не согласен. Мне-то кажется, Сокуров что в "Молохе", что в "Тельце" как раз призывает не увлекаться так называемыми сильными личностями, особенно в политике. Сильные - на самом деле обычные, слабые, такие же больные, как и все.

Н. С.: В том-то и дело, что они не как все. Первое впечатление, будто бы Ленин с Крупской - этакие старосветские помещики, обманчиво. Ведь Ленин у Сокурова мечтает не о соленых рыжиках, а о возврате к глобальному переустройству мира. Мечтает о "земле без мужиков". Замечательно, что реальный Ленин - не из фильма - за время болезни сильно переменился. О чем был превосходный сценарий Алексея Ханютина, опубликованный в 1993 году в журнале "Искусство кино". Там увечный Ленин, всегда иронизировавший над "буржуазными свободами", оказавшись в изоляции, вынужден выбивать для себя эти самые свободы, ценимые "гнилыми либералами". Образ сильный и, насколько можно судить по оставшимся источникам, достоверный. Не то у Сокурова. Его Ленин вовсе не частное лицо. Не потому ли Ханютин спонсора не нашел, а Сокурова спонсировало Министерство культуры?

Ю. Г.: А я опять выскажусь в пользу Сокурова и его гражданской бескомпромиссности. Не кажется ли вам, коллеги, что Сокуров, помимо прочего, желал зафиксировать первое - в послецарские времена - появление на так называемом российском политическом небосклоне так называемой Семьи? Неважно, что в "Тельце" эта Семья уже отставлена от дел. Кто-то из персонажей ведь говорит - то ли за обедом, то ли за стиркой, то ли Надежда К., то ли Мария И., - что Володя мало заботится о материальном будущем Семьи, а должен бы.

Л. Р.: Это довольно остроумно, но думаю, что несколько притянуто. Понятно, что слово "семья" стало последнее время расхожим в околополитических спекуляциях, а потому соблазнительным. Но все же... Впрочем, мне бы хотелось чуть свернуть с колеи "всемирно-исторического значения". Все Ленин да Ленин. А фильм прежде всего претендует на художественный эффект. Сокуров, во всяком случае, говорит, что его не интересует историческая правда и вообще предмет, то есть Ильич. Тогда - что? Очевидно, другая правда, художественная. Не скрою, что я в принципе не поклонник сокуровской поэтики. Она мне представляется беллетризированным испарением петербургских болот, а говоря проще, вполне старомодным эстетством. Этот фильм, как и прочие, строится не по законам прозы, а по законам поэзии. Причем боюсь, что поэзия в данном случае понимается как оправдание художнической безответственности, выдаваемой за интуитивность, и многозначительности, выдаваемой за многозначность. В то время как все ровно наоборот. Вообще же мне всегда интересны внетекстуальные, так сказать, обстоятельства. Я шел в Дом кино в проливной дождь и вспоминал, что точно такая же погода была 22 апреля 1970 года - в день столетия Ленина. Я хорошо помню, как гардеробщица в библиотеке, куда я пришел в этот день, сказала: "Сама природа оплакивает Ленина". Ну вот, я опять свернул к теме. Это, по-видимому, неизбежно.

Ю. Г.: Может, будем подводить итоги? Знаете, что разочаровало меня в фильме сильнее всего? Я увидел именно то, что ожидал. Коба - гад, Ильич - больной, кадр - размыт. Слишком много хрестоматийного. При этом Сокуров вроде бы пытается идти против хрестоматии, но и это уже хрестоматийно. Чересчур много предсказуемого. Вот Лева, еще до просмотра, предположил, как следует трактовать название фильма...

Л. Р.: Да ничего особенного, я просто предположил, что название имеет тройной смысл. Один - формально зодиакальный, два других: "Телец" как языческая жертва и он же как объект поклонения. Кстати, название "Молох" - из той же оперы.

Ю. Г.: Скажи, пожалуйста, а после просмотра у тебя появились новые трактовки?

Л. Р.: Какие там новые? И эти-то не отработаны.

Ю. Г.: В "Молохе" было больше неожиданного. Например, меня безусловно поразил роскошный замок-бункер Гитлера, вознесенный на вершины Альп. Самое интересное как раз в том, что Сокуров, Арабов и их художники замок придумали - у Гитлера в Альпах был обычный дом. "Телец" же смог удивить только дряблым голым телом полупарализованного невменяемого вождя.

Н. С.: Не тело уже, а живые мощи, к которым некоторые из персонажей благоговейно прикладываются. Причем сокуровское хитросплетение кадров таково, что решительно не позволяет установить, из какого пантеона эта святыня. Какого культа. Следует ли отнести этот замечательный эффект к мощи или немощи сокуровского дарования? Вопрос.

Юрий Гладильщиков, Лев Рубинштейн, Никита Соколов

Врез 1

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера