Архив   Авторы  

Cловарный боезапас
Общество

Из-за судебной тяжбы знаменитый словарь Ожегова в ближайшее время может превратиться в библиографическую редкость

Какой современный словарь русского языка мы прежде всего ищем в магазинах и на книжных развалах? Конечно же, знакомого с детства Ожегова. Однако решившего сделать покупку ожидает сюрприз. Продавец протянет ему сразу два издания, пахнущих свежей типографской краской. На обложку одного из них вынесены две фамилии - Ожегов и Шведова. Другое издание вроде бы имеет все внешние признаки "настоящего" Ожегова. Однако компетентный книжник, полистав его, придет к неприятному выводу о том, что с ним тоже не все хорошо. Хотя на титуле значится порядковый номер издания 24, при ближайшем рассмотрении окажется, что нам предлагают купить переизданный словарь 50-х годов. Пожалуй, искать в нем толкования многих современных слов не имеет смысла. Так какое же издание завоюет себе место на книжном рынке? Скоро это выяснится: наследники Сергея Ивановича Ожегова сейчас ведут борьбу за свои имущественные права. Как бы то ни было, желающим купить словарь лучше поторопиться с выбором. Если конфликт не закончится мировой, в проигрыше будем прежде всего мы, читатели, потому что не сможем больше купить книгу, которую для нас дорабатывали и пополняли в течение почти полувека.

Ожегов от А до Я

Самому известному современному словарю русского языка, видимо, было суждено рождать вокруг себя споры. Сначала, например, о том, не выходить ли ему под фамилией Ушакова. Когда-то В. И. Ленин, озаботившись тем, что строители коммунизма вынуждены обращаться по поводу языковых трудностей к "Толковому словарю живого великорусского языка" Даля, созданному в буржуазную эпоху, призвал советских лингвистов разработать новый словарь, созвучный настроению современности. На призывы партии и правительства было принято откликаться немедленно, и за работу тут же принялся профессор Московского университета Д. Н. Ушаков, быстро собравший вокруг себя команду из лингвистов первой величины. С. И. Ожегов был одним из самых активных ее участников. Филологи трудились ударными темпами. Последний том издания был выпущен незадолго до начала Великой Отечественной войны. Четырехтомный словарь Ушакова получился отличным по качеству, но довольно громоздким, а потому неудобным для пользования. Никто не знает точно, каким образом именно С. И. Ожегову пришла удачная мысль создать из словаря компактную книгу - "сокращенного Ушакова", уместив текст в один том. Но идея оказалась плодотворной. Словарь, впервые вышедший в 1949 году, выдержал множество изданий, и через 35 лет после появления на свет общий тираж книги составил два миллиона экземпляров. С. И. Ожегов выпустил этот словарь под собственным именем. "Уже первое издание 1949 года не было простым сокращением словаря Ушакова, - писал он позднее. - Наблюдения за развитием современного языка позволили мне уточнить определения значений слов, их стилистические характеристики, нормативные рекомендации, вопросы отбора слов".

Мало кто знает, что Ожегов чуть не пострадал из-за собственного детища. Институт русского языка, сотрудником которого он являлся, отказался издавать словарь. Версии случившегося называют разные. Как бы то ни было, в годы железной сталинской дисциплины, когда советские ученые должны были ежеквартально отчитываться о выполнении академических заданий, это обстоятельство не сулило автору ничего хорошего. В газете "Правда" даже вышла статья под названием "Об одном неудачном словаре". Впрочем, вскоре положение изменилось - за право словаря на существование проголосовали простые читатели. Когда Ожегов на свой страх и риск самостоятельно отнес словарь в издательство и книга появилась в магазинах, оказалось, что удобный однотомник пользуется устойчивым спросом. Так, волей обстоятельств все имущественные права на книгу, созданную в стенах академического учреждения, стали принадлежать не институту, а автору и его наследникам - случай нечастый для советской науки.

В списках не значится

Долгие годы судьба словаря Ожегова мало чем отличалась от существования изданий, выходивших под грифом Академии наук, несмотря на то что гриф "Институт русского языка", присутствовавший на первом издании книги, позднее был снят. Правда, перед каждым новым выпуском издательство "Советская энциклопедия", а затем издательство "Русский язык" заключали с автором, а после смерти Ожегова в 1964 году с его наследниками договор об издании. Однако все авторские договоры в то время были типовыми, а гонорары невысокими. "К тому же, - говорит сын С. И. Ожегова Сергей Сергеевич Ожегов, - с каждым последующим изданием ставки гонораров согласно закону понижались. Так что баснословных доходов от издания словаря у нашей семьи никогда не было". После первого же издания выяснилось, что словарь, как всякая научная работа, нуждается в доработке и дополнении. Незадолго до смерти С. И. Ожегов направил письмо в издательство "Советская энциклопедия", где тогда выходил словарь. В письме говорилось, что дальнейшие стереотипные издания книги нецелесообразны. Ожегов планировал ввести в словарь новую лексику, пересмотреть определения слов, получивших новые оттенки значения, усовершенствовать структуру словаря, но не успел довести работу до конца. После его смерти сразу несколько лингвистов предложили издательству свои услуги по доработке словаря. В их числе была и Наталия Юльевна Шведова - сотрудница Института русского языка, научно-лексикологический редактор второго прижизненного издания словаря Ожегова. "В издательстве согласились поручить мне эту работу, хотя и не сразу, - рассказывает Шведова. - Причина некоторого колебания заключалась в том, что я тогда была еще достаточно молодым работником, хоть и кандидатом наук. Однако в 1966 году со мной все же заключили договор на полное редактирование и пополнение словаря Ожегова".

Работа продолжалась пять лет и, по общему признанию, была выполнена удачно. Вышедшее в 1972 году дополненное и доработанное издание словаря сразу же приобрело известность. Критики отмечали, что словарь Ожегова получил вторую жизнь. Вскоре после этого издательство заключило с Н. Ю. Шведовой договор на дальнейшую доработку и пополнение издания. Примечательно, что речь теперь шла не только о редакторской работе, но и о 20 авторских листах нового текста. Это значило, что фактически Шведова становилась соавтором словаря, хотя на титуле книги она фигурировала только как ответственный редактор. "То, что имени Шведовой не было на обложке, в данной ситуации означает лишь, что она являлась анонимным соавтором, - говорит заместитель руководителя отдела правовой защиты Российского авторского общества Игорь Силонов. - Впрочем, даже по существовавшему тогда законодательству на такую доработку и введение соавтора требовалось согласие Ожегова или его наследников".

По словам С. С. Ожегова, в договорах на издание, которые подписывали наследники Ожегова, не было ни слова о соавторстве и доработке словаря. Но о том, что словарь дорабатывается, они, конечно, знали. Проделанную Шведовой работу легко можно было заметить - объем словаря постоянно увеличивался, росло количество словарных статей. "Договоры на авторские листы заключались со мной и на 13-е, и на 21-е издания. Когда я подготовила 24-е издание словаря для издательства "Русский язык" (позже оно вышло как 1-е издание словаря Ожегова - Шведовой. - "Итоги"), там, кроме полного редактирования всего корпуса, было уже 80 новых авторских листов, подготовленных мной, при объеме всего словаря в 200 листов", - рассказывает Шведова.

Словарь двух авторов

Для тех, кто знал, какой объем работы вложила Н. Ю. Шведова в словарь, ситуация с анонимным соавторством выглядела все менее логичной. Известно, что издательство "Русский язык" в 80-е годы не раз предлагало ей "узаконить" себя как соавтора словаря. Правда, наследников С. И. Ожегова, по их словам, и на этот раз не поставили в известность о намерениях издательства, а должны были бы - по закону требовалось их согласие. Но тогда Шведова сама отказалась называть себя на титуле как соавтора словаря. "Я считала, - говорит она, - что словарь и так уже популярен под фамилией Ожегова". Впрочем, даже поставь она тогда свое имя рядом с именем Ожегова, никто не заподозрил бы ее в намерении попользоваться чужой славой. К тому времени она имела множество научных публикаций, заведовала отделением грамматики и лексикологии Института русского языка, руководила работой по созданию "Русской грамматики" и имела прочную репутацию одного из самых авторитетных русистов.

Как бы то ни было, к началу 90-х годов стало очевидно, что многолетняя работа Шведовой над словарем носит беспрецедентный характер. "Благодаря ее вкладу ряд изданий словаря Ожегова сейчас принадлежит к классике русской лексикографии, - говорит член-корреспондент РАН Юрий Караулов, бывший директор Института русского языка. - Шведову иногда упрекают в том, что она "раздула" словарь Ожегова, увеличив количество словарных статей с 50 до 70 тысяч. Но не все отдают себе отчет в том, что именно такова сегодняшняя языковая ситуация - словарный запас современного человека увеличился. В 50-е годы, когда создавался словарь Ожегова, для того чтобы читать современную газету, было достаточно словарного запаса в 50 тысяч слов - примерно 25 тысяч активного словаря и столько же пассивного. Сейчас активный словарный запас современного человека составляет 35 тысяч слов. Примерно столько же приходится и на пассивный словарь. Эти цифры взяты не с потолка, мы установили их в результате эксперимента. Так что словарь Ожегова - Шведовой точно отражает современное состояние языка".

В 1990 году словарь был удостоен престижной академической премии имени А. С. Пушкина. Лауреатов было двое - С. И. Ожегов (посмертно) и Н. Ю. Шведова. В 1992 году на специальном заседании ученого совета Института русского языка РАН было решено вновь поместить на титул словаря гриф Академии наук. Этот академический "знак качества" подчеркивал научную ценность издания. Тогда же по рекомендации Научного совета по лексикологии и лексикографии РАН было постановлено официально считать издание словарем двух авторов - Ожегова и Шведовой. Нельзя сказать, что это решение обрадовало наследников С. И. Ожегова, которые по закону должны охранять его авторские права. Ведь их согласия, пусть даже и формального, никто не спросил. А между тем после 23 изданий словаря, выходивших под фамилией Ожегова, в издательстве "Азбуковник" появилось 1-е издание словаря Ожегова - Шведовой. "Я узнал обо всем, только когда увидел на книжном развале новый "Толковый словарь русского языка" под двумя фамилиями, - рассказывает Сергей Сергеевич Ожегов. - Поскольку с нами не заключили договор на это издание, мы обратились в суд".

Новое время - новые споры

Дальнейшее - долгая история прений наследников С. И. Ожегова с издательством "Азбуковник", где стороны то шли на мировую, то вновь накаляли отношения до уровня войны. Результаты военных действий мы уже ощущаем на себе. Полгода назад был приостановлен до окончания судебного процесса выход в издательстве "Азбуковник" 4-го издания словаря Ожегова - Шведовой. На последнем заседании суда было принято решение о проведении независимой лингвистической экспертизы текста этого словаря. Она необходима, чтобы уточнить размер материальных претензий наследников Ожегова, ведь, по подсчетам сотрудников Института русского языка РАН, после доработок и дополнений в словаре осталось не более 11 процентов первоначального текста, принадлежащего С. И. Ожегову. И, наконец, по инициативе наследников было выпущено альтернативное издание словаря Ожегова под редакцией проректора Литературного института Л. И. Скворцова. Хотя издание и носит двузначный порядковый номер, оно, как сказано в предисловии, представляет собой "возврат к первоисточнику" и воспроизводит последнее прижизненное издание словаря с минимальной конъюнктурной правкой. Конечно, нет никаких сомнений, что о соавторах здесь речь не идет. Многие авторитетные лингвисты недовольны этим изданием, считая обманом ситуацию, когда в качестве словаря современного русского языка читателю преподносится работа полувековой давности. "По-моему, в таком случае можно было бы обратиться и в общество по защите прав потребителей", - говорит один из крупнейших лексикографов России Валерий Морковкин.

Новая ситуация рождает вокруг словаря новые споры. Например, текстологическая лингвистическая экспертиза на определение авторства обещает стать уникальной. Словари еще никогда не тестировались таким образом. Это наверняка поставит перед экспертами, проводящими исследование, массу проблем. Например, у словарей может совпасть значительная часть словника. И совсем не потому, что авторы списывали друг у друга. Просто эти слова, а не другие чаще всего употребляются в речи. Тогда стоит ли вообще считать в словнике "авторские" проценты? И где их считать? Самое же интересное заключается в том, что, по мнению юристов, такая экспертиза скорее всего окажется ненужной, потому что вооружит конфликтующие стороны лишь эмоциональными аргументами в споре. "В современном авторском праве процентное соотношение текста соавторов в произведении, как правило, влияет на размер авторского вознаграждения, но не является определяющим, - говорит Игорь Силонов. - Даже имея минимальный процент текста в произведении, один из соавторов может требовать значительного вознаграждения. Все определяется по соглашению".

Впрочем, экспертиза может привести и к совершенно удивительным результатам. Например, если окажется, что первоначального текста Ожегова в словаре не осталось. "Тогда речь будет идти уже о неправомерном использовании имени, и фамилию Ожегова придется снять", - считает Силонов. В таком случае мы можем вообще потерять словарь Ожегова. Некоторые в шутку и всерьез уже спрашивают Наталию Юльевну Шведову, которая не по своей вине оказалась в неприятной ситуации, не убрать ли ей из текста "спорные" ожеговские 11 процентов и не выпускать ли словарь, которому она отдала 40 лет жизни, только под собственным именем. "Нет, это невозможно, - отвечает она. - Концепция словаря выработана Сергеем Ивановичем Ожеговым. Это его научный труд, его работа. В любом случае, при любых вариантах одно мое имя на этом словаре стоять не будет". Значит, "словаря Шведовой" не будет. Но и работать над словарем, если он вновь станет выходить под одной фамилией Ожегова, Наталия Юльевна вряд ли согласится. В результате может получиться так, что брэнд останется в руках наследников. Но смогут ли они поддерживать качество словаря на должном уровне, большой вопрос. Поэтому хотелось бы, чтобы стороны пришли к соглашению. Законные права наследников Ожегова должны быть, безусловно, защищены, но нельзя игнорировать и интересы Н. Ю. Шведовой, во многом благодаря которой словарь стал поистине всенародной книгой. Но главное - в достижении соглашения заинтересованы все те, кто пользуется словарем Ожегова. В конце концов нам действительно нужен словарь, который для нас дополняли и дорабатывали почти полвека.

Алла Астахова
Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера