Архив   Авторы  

Мариинская впадина
Общество

На реконструкцию Мариинки брошено все: титанические усилия Валерия Гергиева, немалые деньги и лучшие архитекторы мира. И все же международный конкурс на лучший проект театра может завершиться ничем

В субботу должна решиться судьба Мариинского театра - в этот день будут подведены итоги международного конкурса на лучший проект реконструкции этого уникального объекта. 28 июня тринадцать членов жюри, из них шестеро - иностранцы, соберутся, чтобы заслушать конкурсантов и тайно проголосовать. Но наберет ли хотя бы один проект большинство голосов - вопрос, как говорится, интересный. Пожалуй, ни один архитектурный проект не вызывал в России столько интриг, споров и скандалов, как новое здание Мариинки. Но когда все варианты проектов были засмотрены до дыр, оказалось, что безусловного лидера нет. Вроде и имена у конкурсантов громкие, и деньги заплачены неплохие, и объект мирового значения, а шедевров так и не появилось. Так что может случиться, что победителя конкурса объявят, но его проект останется под сукном. Подобный прецедент в новой российской истории уже есть.

Творцы и их творения

По какому принципу организаторы выбирали участников конкурса, теперь уже не важно, но список оказался на удивление политкорректным, а имена - весомыми. Марио Ботта из Швейцарии, команды Юрий Земцов - Михаил Кондиайн и Марк Рейнберг - Андрей Шаров из Санкт-Петербурга, японский архитектор Арата Исодзаки, уже нашумевший в Питере американец Эрик Мосс, француз Доминик Перро, Ханс Холляйн, который представлял Австрию, Эрик ван Эгераат - Нидерланды, Александр Скокан и Сергей Киселев - Москву, плюс объединенная команда москвича Андрея Бокова и питерца Олега Романова. Москвичей, кстати, пригласил к участию в конкурсе главный архитектор Петербурга Олег Харченко. По крайней мере Скокану и Киселеву он позвонил лично. Между тем, как стало известно "Итогам", незадолго до этого заседал столичный Союз архитекторов, где слушали вопрос о питерском конкурсе. И решили, что участвовать не стоит. "Сам дух конкурса таков, что, как нам показалось, выигрывать будут иностранцы. В крайнем случае - питерцы, ибо они хорошо знают свой город и ситуацию в нем", - говорит Сергей Киселев. И все-таки Скокан и Киселев согласились подать заявки на участие.

Сегодня никто не рискнет утверждать, что результаты конкурса не соответствуют классу участников. Так, знаменитый Перро, автор Национальной библиотеки в Париже и нескольких других объектов мирового значения, создал потрясающую воображение золотисто-ребристую конструкцию, в которой, как бабочка в коконе, прячется черный прямоугольник самого театра. Некоторые ехидные критики, правда, назвали его брикетом в мятом пакете, хоть и золотом. Но профессионалы оценивают работу Перро очень высоко.

Эрик ван Эгераат, решительно настроенный на "взрыв" настоящего формами будущего, обхватил здание театра "Рукой ангела" (так называется его проект). Основной объем оказался будто разбитым "пальцами", скрадывающими громадность объекта. Решение было признано оригинальным, но не более.

Гений прошлого и настоящего Ханс Холляйн создал нечто, в чем общественность углядела гигантский рояль. И расстроилась, найдя наивным вживить в утонченный Петербург столь конкретный архитектурный намек. Эрик Мосс представил на суд жюри обновленную версию своего скандального проекта с "ледяными глыбами". В новом варианте функция таки отвоевала немного места у формы.

Японец Арата Исодзаки, очевидно, вдохновился русским авангардом и творчеством голландской группы "Де Стиль". Андрей Боков и Олег Романов прикрыли здание театра "кисеей", но не золотой, как Перро, а прозрачной. Правда, своей конструкцией они закрывают знаменитую перспективу Крюкова канала, но идея многим понравилась.

Самыми скромными и мирными оказались московские проекты. Скокан и Киселев имеют практику проектирования в столице, где главное - вписать объект в окружающую застройку любой ценой или сделать его функциональным и доступным по деньгам. В общем, так и получилось. От проектов этих архитекторов не захватывает дух, но их считают самыми реалистичными. К этой группе можно было отнести и проект Юрия Земцова, если бы он не предложил снести квартал между Мариинкой и Новой Голландией.

Хотя интересных проектов много, складывается впечатление, что бесспорного варианта нет. Это ощущение хорошо выразил Александр Сокуров, еще два года назад привлеченный Валерием Гергиевым к обсуждению проектов реконструкции. Режиссер считает, что Петербург и "взрыв энергии" несовместимы. И сейчас Сокуров, внимательно разглядывая проекты, говорил о том, что все они как приемные дети. Ни один нельзя назвать проектом художественной направленности, архитекторы забылись и перепутали заказчика, а заказчик - объект. Театр же должен иметь толстые стены, быть словно под защитой. "Кто сказал, что ушло время классического стиля в архитектуре? Я бы продолжал конкурс. Пригласил бы студентов из архитектурных вузов страны. Хотя бы на уровне акварельных эскизов они сделают такие предложения, что, уверен, будет из чего выбирать. Потом специалисты доведут идею до профессиональной кондицииЙ а сейчас коррективы уже не изменят ничего по сутиЙ" - сокрушался Сокуров.

Боевое задание

Почему же так получилось? Конечно, свою роль сыграли "ледяные глыбы" Мосса - первый проект знаменитого архитектора. "Именно Мосс создал провокационную творческую атмосферу, приняв на себя негодование относительно нетрадиционного подхода к решению новой Мариинки. Остальным теперь намного легче", - сказал "Итогам" член жюри конкурса, президент Российской академии архитектуры и строительных наук Александр Кудрявцев. Но дело, видимо, не только в субъективном факторе.

Особенность питерского конкурса в том, что он заказной. Иначе говоря, организаторы конкурса заказали проект ряду архитекторов и заплатят за работы деньги (30 тысяч долларов) независимо от того, выиграет проект или нет. Участникам рассылается программа конкурса, где сформулированы все требования к проекту, заданы границы участка. Трудно представить, что архитекторы из этого списка не умеют "читать" программу. Как раз наоборот: умеют очень хорошо. И если наши, хорошо знакомые с особенностями российского градостроительства, делают поправки, то иностранцы воспринимают программу как прямое руководство к действию.

Над программой, по словам Гергиева, работали полгода. Ее содержание было обусловлено нынешним состоянием Мариинки. Старые стены не обеспечивают элементарных современных удобств. Любое искусство имеет свою технологию, которая, устаревая, сдерживает творчество. Особенно в нынешней ситуации, когда престижность и дороговизна оперы и балета превращают классическое представление в шоу, требующее множества новых условий. "Поговорите с техническими службами - у них нет ни одного выходного дня, ни одной ночи", - говорит Гергиев. Так "проблема гримуборной" вырастает до проблемы функционирования современного театра как единого культурно-экономико-социального комплекса. Умножьте сложность строительства новой сцены (а именно так решили развивать Мариинский: возвести современное здание, а потом реконструировать старое) на необходимость соответствовать историческому образу Петербурга и жестко ограниченный окружающей застройкой с доминантой старого здания участок. Иностранцы выполнить все требования сразу не смогли. И пожертвовали соответствием исторической застройке, позволив себе "рисовать" все, на что хватило фантазии. "Нужно было построить новый театр фактически на задворках старого да еще и сориентировать его к театральной площади, вместить все функции. Чистого решения на самом деле не было. Поэтому и ответы на поставленные задачи получились противоречивыми и даже авантюрными", - считает Андрей Гнездилов, архитектор из команды Скокана.

"Мы ее (программу. - "Итоги") выполнили и получили то, что получили", - констатирует Сергей Киселев. Архитекторы не критикуют программу впрямую, но хором говорят о ее противоречивости. "Итоги" подробно расспросили московских участников конкурса о том, что в задании им мешало. Москвичи сделали одинаковую "поправку" в задании, повернув главную сцену относительно продольной оси квартала на 90 градусов. "Мы спросили организаторов, можно ли так сделать, и получили добро. Осевое строение предполагало, что здание развивается параллельно каналу и старой Мариинке. Но при таком развитии театру явно недостает выделенного участка. Поэтому Земцов поступил совершенно логично, снеся квартал напротив. Другой вопрос, насколько это возможно, но если уж театр развивается по направлению к Новой Голландии по оси, то надо освободить территорию и "входить" в комплекс оттуда. Мы же, сломав ось, повернули новое здание к старому и к театральной площади", - рассказывает Александр Скокан. Это позволило сделать более комфортным пребывание зрителей в театре: они получили просторное фойе.

А вот что говорит о несовершенстве задания Сергей Киселев: "Мы хотели подкорректировать те ошибки, которые, как показалось, есть в программе. Например, крайне неудобно иметь разные отметки старой и новой сцены. Мы совместили их. А еще переделали зону дебаркадеров, потому что решили, что так, как задано, на самом деле не может быть. При разгрузке оборудования с машин пришлось бы выстудить полздания".

Почти все проекты так или иначе меняли или перекрывали привычные панорамы и городские виды. "Я вообще сомневаюсь, что такой объем нужен для театра, - рассуждает Сергей Киселев. - Ведь все проблемы возникли из-за гипермасштаба здания, заданного условиями конкурса, и его противоречия реальной градостроительной ситуации. Если бы часть репетиционных залов и техпомещений построить отдельно, то объем бы существенно уменьшился. И появилась бы сомасштабность старой Мариинке и городу". Кстати, иностранные архитекторы четко и безукоризненно выполнили условия программы, позволяя себе играть лишь формами. Отсюда гигантские "пакеты", "руки" и "рояли".

Чем сердце успокоится

Многие сгоряча называют этот конкурс первым международным за последние 70 лет, в пылу забывая о московском конкурсе на проект здания в Сити, который случился полгода назад. Но именно то, как проходит организация, обсуждение конкурса и само участие в нем архитекторов, очень сильно роднит эти два мероприятия даже при очевидной разности их масштабов. Главное, что может оказаться одинаковым, - результат. Напомним, что открытый международный конкурс в Москве закончился полным провалом всех проектов административного здания мэрии и гордумы: ни одна из представленных работ не была принята для реализации. Главным же итогом стал выбор архитектора (Михаил Хазанов и его команда), которому поручено разработать новый проект. В солидных международных конкурсах такого не бывает. Ибо для именитых архитекторов подобное отношение к их творчеству, мягко говоря, оскорбительно. Почему так вышло? Так же как теперь в Петербурге, среди конкурсных работ по Сити с самого начала было невозможно выделить очевидного лидера, а участники пеняли на противоречивость программы.

Станет ли второй российский международный конкурс дежа-вю первого? Нельзя исключать. Корреспондент "Итогов" поинтересовался у Германа Грефа, осматривавшего проектные макеты Мариинки: может ли получиться так, что реальный вариант не будет выбран? "Теоретически да. Но нам кажется, что выбирать есть из чего. Доработки любого проекта неизбежны. Но, признаюсь, я не ожидал такого буйства фантазии. И вижу, что изюминку для Петербурга здесь найти можно", - ответил министр. На все про все Греф обещал выделить из бюджета 60-80 миллионов долларов. На скромные российские проекты этих денег, может быть, с трудом, но хватит. На иностранные - нет. Придется вносить коррективы "в связи с вновь открывшимися обстоятельствами". "Если заказчик скажет, что в реальности можно сделать не 7 планшетов (конструкций для декораций 16х16 метров), а 6, то это будет тоже проект с лучшими параметрами для людей, но если понадобится 10 - придется делать новый", - говорит Сергей Киселев. Кстати, поскольку конкурс заказной, то есть архитекторы делают конкретный проект под конкретные место и функцию и не могут использовать его нигде больше в случае проигрыша в конкурсе, то юридически организаторы имеют полное право использовать технические решения и идеи из любого конкурсного варианта для создания чего-то совершенно нового и близкого к идеалу. "Я смогу понять организаторов, если они выберут не столько проект, сколько команду, работа которой больше всех их устраивает. Им придется работать долгие годы, поэтому важен вопрос надежности партнера. Но даже если выиграет конкретный проект, результат будет сильно отличаться от первоначального", - говорит Александр Скокан.

Есть еще ряд факторов, которые не преминут оказать влияние на проект. Тем более на такой, который может в разы повысить коммерческую привлекательность района застройки. В Петербурге, признает проректор Санкт-Петербургской академии художеств Семен Михайловский, уже возник ажиотаж среди бизнес-структур: "Я бы не хотел сейчас как-то обозначать финансовые группы, которые проявляют интерес к проекту, но ощущаю их присутствие. С кем они будут договариваться? Кто вообще будет принимать решения - не ясно. Между тем персонификация в принятии решений - единственный шанс осуществить столь исключительный проект".

Итак, к финалу конкурса мы имеем: десяток неоднозначных проектов, в обрез денег, отсутствие единоначалия и превосходного лоббиста в лице Гергиева. Что может из этого родиться? Вариантов два. Либо победит не имеющий никакого отношения к реальной жизни шедевр, на чем все и закончится. Либо будет выбрана команда для работы над проектом, на который хватит денег, места и политической воли.

Ирина Мельникова, Ольга Шервуд

ИСТОРИЯ

Последствия скандала

Еще в середине 90-х художественный руководитель и директор Мариинки Валерий Гергиев начал говорить о необходимости перемен в жизни театра. Получалось, что для этого необходимо изменить жизнь едва ли не всему городу, буквально устроив культурно-исторической части Петербурга "переливание крови". Попросту говоря, сюда следовало "подогнать" деньги. В тихом районе Театральной площади и Новой Голландии должен был появиться деловой и развлекательный центр, в котором классическое искусство - важная, но лишь часть. Гергиев, как человек, не знающий границ, вероятно, рассуждал так: привлечь средства можно, только заинтересовав весь мир. То есть взрывом. В начале 2002-го стали известны конкретные девелоперы (лос-анджелесская группа Samitaur Smith), которые привели мировую знаменитость - американского архитектора Эрика Оуэна Мосса с его фантастическим для Петербурга двусоставным проектом: возносящимся посреди Новой Голландии кубом и льдистыми образованиями нового здания театра на месте сталинского Дворца культуры имени Первой пятилетки. Проект Мосса вызвал шок: куб обозвали "падающим", изумрудные стеклянные объемы новой Мариинки - "мешками для мусора". Разгорелся скандал. Сплелось все: противостояние Москвы и Петербурга, сторонников дальнейшей музеефикации города и приверженцев его передового духа, амбиции российских архитекторов и их провинциальность, амбиции зарубежной архитектурной звезды и его неготовность к проекту (Мосс даже не был ознакомлен с техническими условиями задачи)Й Но Гергиев еще раз доказал свою бесспорную харизму и настоящую "вождистскую" работоспособность: как бы там ни было, скандал он ухитрился перевести в единственно возможное - созидательное - русло, и был объявлен настоящий международный конкурс. Организатором выступило Министерство культуры, к которому перешло кураторство этого проекта от Госстроя.

Ольга Шервуд

КОММЕРЦИЯ

Третий этап Мариинки

На прошедшей неделе министр экономического развития РФ Герман Греф и художественный руководитель - директор Мариинского театра Валерий Гергиев в петербургской академии художеств дали пресс-конференцию, где Греф сообщил о том, что состоялось обсуждение третьей очереди реконструкции Мариинского театра, которая начнется после постройки второй сцены и окончания работ в старом здании. Реконструкция затронет Новую Голландию, с территории которой планируется вывести подразделения Минобороны. По словам Германа Грефа, он получил заверения от министра обороны, что в 2004 году армия освободит памятник архитектуры. Валерий Гергиев добавил: "На существующем пятачке земли у Мариинского театра нет будущего. Русский музей получил более ста тысяч квадратных метров площади. И все мы знаем, сколько всего получил Эрмитаж (Главный штаб и другие помещения). Так и Мариинский театр должен развиваться". Герман Греф подхватил: "Культура - элемент диверсификации экономики. При нормальных менеджерах культура может приносить прибыль. Такого рода проекты совершенно очевидно меняют привлекательность города". И опять Гергиев: "Я услышал сегодня, что все-таки будут сносить гостиницу "Москва". Москвичи решительнее, чем мы. У кого сегодня хватит честности сказать, что место вокруг Мариинского театра - красивое? Нельзя еще сто лет терпеть ржавчину и сорняки. Нужно немного средств и душевной боли, чтобы преодолеть все это и исправить. И мы не ради слома будем стараться, а ради улучшения. На месте ДК имени Первой пятилетки ведь церковь была, которую снесли".

Из всего этого следует, что в Петербурге - переворот. Москвичи, на глазах которых исчезали сотни памятников архитектуры, кварталы исторической застройки и появлялись коммерческие объекты, смотрели на Северную столицу как на последний оплот культурного наследия, город, где культура была всегда важнее коммерции. Но деньги есть деньги, и они меняют все. Кто возьмет новое здание Мариинки на содержание? "Мы, - отвечает Греф. - Мариинский театр - федеральное учреждение культуры. Но я убежден, что и сам театр сможет себя содержать". Как будет реконструироваться Новая Голландия? Будет ли учтен многолетний труд архитектора Вениамина Фабрицкого? "Безусловно, - соглашается глава Минэкономразвития. - Я очень хорошо знаком с проектом Фабрицкого. Но у него главное - архитектурное решение. А для нас сейчас важнее - выработать коммерческое наполнение. Прибыль - ключевая идея. И, может быть, часть прибыли от будущей Новой Голландии пойдет на содержание Мариинского театра". Так что в Петербурге все будет как в Москве. Все же вторая столица.

Ольга Шервуд

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера