Архив   Авторы  

Секретность второй свежести
В России

"Итоги" обнаружили госфункцию, которая почему-то выпала из поля зрения авторов административной реформы

Под руководством вице-премьера Бориса Алешина завершается работа над планом административной реформы. Сотни функций госорганов признаны избыточными или требующими "изменения масштабов исполнения". Между тем имеется еще одна, пока малоизученная функция. Речь идет о рассекречивании исторических документов, чем занимается Межведомственная комиссия по защите государственной тайны (МВК). Ее возглавляет сам творец административной реформы Борис Алешин. Фактически комиссия выдает лицензии на публикацию архивных материалов. При этом процесс рассекречивания настолько забюрократизирован, что подчас страдают не только исследователи, для которых затруднен доступ в хранилища. Некоторые высокопоставленные российские чиновники в буквальном смысле "ходят под статьей", ненароком рассекретив тот или иной пожелтевший от времени листок, с которого не успели снять соответствующий гриф.

Тайны Смоленского обкома

В декабре позапрошлого года добрые люди из США вернули нашему государству похищенные немцами в годы Великой Отечественной войны более 500 дел Смоленского обкома ВКП(б) за 1918-1938 годы. Подарок в здании Минкультуры принимали глава Федеральной архивной службы России (Росархив) Владимир Козлов и министр культуры Михаил Швыдкой. Михаил Ефимович считает исторический реэкспорт из США одной из побед своего ведомства на ниве возвращения утраченных Россией культурных ценностей. Несмотря на оптимизм министра, "Итоги" предположили, что в нашей стране делопроизводственный шедевр сталинской эпохи окажется никому не нужным. Мы оказались не правы. Все намного хуже. Смоленский архив с секретами обустройства машинно-тракторных станций и через год после передачи дел на историческую родину "требует рассекречивания". Информацией о том, что полностью опубликованным полвека назад в США и разобранным по всему миру на цитаты материалам у нас автоматически был вновь присвоен гриф "секретно" и он до сих пор не снят, с "Итогами" поделилась директор Центра документации новейшей истории Смоленской области Альвина Дедкова.

Дело в том, что по существующим правилам факт публикации документа с секретным грифом в России или за рубежом не является основанием для официального рассекречивания. Пока шли переговоры о возврате части наследия ВКП(б), режим охраны партийных тайн был усилен. Кануло в Лету положение 1992 года о порядке доступа к архивным документам, в котором все материалы с грифами секретности до 1942 года объявлялись открытыми. Рассекреченное в 1992 году стало вновь засекреченным. В результате дело дошло до абсурда. Ряд "совершенно секретных" обкомовских документов до обретения покоя в родных спецхранах свободно демонстрировался на пресс-конференции в Минкультуры. В результате и министр Швыдкой, и главный архивист Козлов формально подпадают под действие 283-й статьи УК ("Разглашение государственной тайны") и могут быть осуждены сроком до 4 лет с лишением в последующем права занимать номенклатурные должности.

Утешает то, что доведение защиты гостайны до абсурда практикуется не только у нас. В точно такое же положение недавно угодил бывший министр финансов США Пол О'Нил. В телеэфире он сгоряча рассекретил титульную страницу доклада администрации президента Буша о планах в отношении Ирака. Но его хотя бы обвиняют в утечке из архива действующего президента, а у нас могут подвести под монастырь за неумышленное раскрытие планов дислокации колхозных молотилок в годы коллективизации. Почему?

Исключение как правило

Срок засекречивания сведений, составлявших когда-то гостайну, согласно российскому закону не должен превышать 30 лет. Документы в области атомной науки и техники могут оставаться секретными 48 лет, о деятельности внешней разведки не должно быть ничего известно в течение полувека. Это общемировая практика, и Россия в этом плане выглядит даже цивилизованнее некоторых западных стран. Однако вовсе не тайны государства должны по закону охраняться строже всего. Самый длительный срок секретного хранения имеют материалы, касающиеся личной жизни граждан, - 75 лет. Но это только согласно букве закона.

На практике же самая строго охраняемая тайна как раз и является наиболее продаваемым на черном рынке товаром. В том, что секретная информация, касающаяся личной жизни граждан, причем ныне здравствующих, вполне доступна, легко убедиться. Например, на днях по электронной почте автор этих строк получил заманчивое предложение купить всего за 30-40 долларов секретные базы данных. Помимо классических предложений списков абонентов МГТС и МТС, потенциальных подписчиков на собрание конфиденциальной информации соблазняют томом под названием "Собственники московских квартир". В отдельных сборниках находятся списки разыскиваемых преступников, угнанного автотранспорта, а также досье на должников налоговых инспекций. Причем все эти данные вполне свежие - конец 2003 года. То есть на секретном хранении они по идее должны были бы находиться еще три четверти века.

Судя по отсутствию громких уголовных дел против распространителей этой информации, профессиональным защитникам тайн до охраны личной жизни граждан дела нет. Напротив, секреты прошлого, представляющие сегодня исключительно научный интерес, у нас блюдут по полной.

Проявлять административное рвение дает положение закона о том, что "в исключительных случаях" возможно продление срока секретного хранения исторических документов. Исключение, как это часто бывает, превратилось в правило. На практике ни одно дело из федеральных архивов не может быть рассекречено без заключения межведомственной комиссии, состоящей из экспертов спецслужб и прочих правительственных ведомств. С учетом того, что настойчивые просьбы Росархива упростить процедуру рассекречивания, например фондов компартии, и передать часть соответствующих полномочий непосредственно архивистам, в МВК встречаются в штыки, тот же Смоленский архив станет доступен исследователям еще не скоро.

Кстати, на "секретный" абсурд обращают внимание не только профессиональные архивисты. На коллегии ФСБ в январе 2002 года Владимир Путин точно так же призывал считаться с новой ситуацией в мире, которая "диктует необходимость уточнения многих традиционных подходов к охране государственной и коммерческой тайны".

Между тем согласно статистике Росархива после выступления президента эксперты, входящие в МВК, рассмотрели в пять раз меньше дел, чем до него. Часть материалов, кстати, засекретили повторно без указания срока секретного хранения. Подавляющее же большинство дел с точки зрения наличия гостайн на поверку оказалось абсолютно невинным. Для советской власти не было принципиальной разницы, что и как охранять. Поэтому под одну конспиративную гребенку попадали вопросы о кастрации крупного рогатого скота в Нечерноземье, о международной премии за работы по ревматизму и о пакте Молотова - Риббентропа.

Главный архивист России Владимир Козлов считает, что ситуация с рассекречиванием архивных документов "в определенном смысле стала даже хуже, чем в советские времена". Скажем, дореволюционные документы в СССР были полностью рассекречены еще в середине 1950-х годов. Когда в 1966-м власти стали закручивать гайки (к 1987 году секретными ограничениями было охвачено более 50 процентов документооборота), вновь засекречивать тайны царского режима никто не решился. Документам КПСС повезло меньше.

В очередь за тайной

Окончательно секретной история партии стала с лета 2001 года. Тогда "в целях совершенствования системы защиты государственной тайны" функции по рассекречиванию документов ВКП(б) - КПСС от гражданских специалистов, до этого много лет работавших в кооперации с представителями спецслужб, отдали в самые надежные руки. Для более эффективной деятельности Государственной технической комиссии при президенте РФ, под эгидой которой работает МВК, увеличили штатное расписание на пять единиц. Ускорению процесса рассекречивания того, что гостайной давно не является, это не помогло.

Истины ради следует сказать, что благодаря работе правительственной комиссии в последнее время удалось частично рассекретить сотни сенсационных дел политбюро из "Особой папки" - высшая степень секретности, принятая в советском и партийном делопроизводстве, - до 1953 года включительно. Секретные грифы сняли с 84 дел фонда Андрея Жданова, 286 дел из коллекции нереабилитированного секретаря ЦК ВКП(б) и главы НКВД Николая Ежова, почти всего фонда Сталина и архива Никиты Хрущева. Кроме того, в результате деятельности комиссии были опубликованы сенсационные материалы, посвященные созданию атомного оружия в СССР. Впрочем, последнее объясняется тем, что руководство Минатома вовремя получило добро на публикацию от главы государства. По запросу администрации президента Азербайджана в прошлом году оперативно решился вопрос с открытием ряда документов политбюро, секретариата и аппарата ЦК КПСС о деятельности Гейдара Алиева в 1960-1980 годы. Никакой проволочки не было и с введением в научный оборот документов советской военной администрации в Германии. Заслуг МВК здесь, впрочем, нет. Рассекретить фонды по упрощенной схеме власти впервые за много лет разрешили самим архивистам.

Но всему наследию советской эпохи протекцию составить невозможно. Поэтому в бесконечную очередь на рассекречивание выстроились целые архивы. Например, бывший архив ЦК КПСС, а ныне Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ) засекречен на 70 процентов. Заведение есть, а ученым в нем делать нечего. Даже если МВК отложит в долгий ящик все другие дела, для снятия секретных грифов с 1 миллиона 250 тысяч дел РГАНИ потребуется лет тридцать. Пять дел на 144 листах, направленных на рассекречивание из этого архива экспертам Минобороны, СВР, ФСБ, МВД, МИД, Минюста, Минатома, Минэкономразвития и других ведомств, ждут решения специалистов с 7 апреля прошлого года. Десять месяцев эксперты страница за страницей, передавая по цепочке из одного ведомства в другое, изучают на предмет содержания гостайны... материалы съездов КПСС 1956-1961 годов. Впереди экспертов ждет анализ аналогичных "тайн", опубликованных в годы перестройки в журнале "Известия ЦК КПСС".

Очевидно, что к цели совершенствования защиты гостайны плановое рассекречивание Смоленского архива или партийного форума пятидесятилетней давности имеет такое же отношение, как воровство и продажа современных секретных баз данных. Разобраться в ситуации с "секретным" обострением "Итоги" пытались у ответственного секретаря комиссии Владимира Гладышева. В результате выяснилось, что и сами принципы работы МВК, видимо, являются секретными. Впрочем, членов комиссии понять можно: правила рассекречивания исторических документов им спустили сверху. Бюрократическая же процедура настолько сложна, а объем материалов так велик, что эксперты даже при желании не смогут работать быстрее. Видимо, единственный выход - в принципе пересмотреть эту надзорную функцию.

Борис Алешин к 1 апреля обещает подготовить проект постановления правительства об исключении "всех избыточных, дублирующих функций и функций, которые требуют частичного сокращения". Вице-премьер обещает ничего не упустить. Архивисты и историки надеются, что сильно осложняющая им жизнь "секретная" функция также будет пересмотрена. Впрочем, ими движет не только чисто научный интерес.

Наивно думать, что исторические документы после вердикта комиссии прямиком идут в читальные залы. Избавившись от одних тайных оков, материалы получают вторую секретную жизнь в федеральных архивах. Люди с нищенскими зарплатами, хранящие уже рассекреченные документы, не прочь сделать деньги на их первой публикации, в результате чего уже рассекреченные тайны прошлого на некоторое время опять оказываются недоступны.

Например, наши архивисты активно сопротивлялись, как они уверяли, совершенно "невыгодным" американским проектам масштабного микрофильмирования российских запасов бывших гостайн. Между тем исследователям безразлично, откуда черпать сведения о прошлом страны. Из американских ли микрофильмов, за которые получили бы деньги не только американцы, но и наши архивисты, или из проплаченных другими американскими спонсорами российских "бумажных" сборников, публикация которых требует куда большего времени. А ведь речь идет о достаточно серьезных деньгах. Взять, например, осуществленный в 90-е годы проект английской компании Chadwyck-Healey. Тогда из бывшего Центрального партийного архива было скопировано девять личных фондов деятелей русской революции (Засулич, Калинин, Киров, Орджоникидзе, Троцкий и другие). Только роялти от продаж этой коллекции с 1993 по 2002 год составили почти 270 тысяч долларов, которые были переведены на счета одного российского архива. Для сравнения: годовой бюджет всей архивной отрасли (тысячи работников, десятки зданий) ныне равняется 15 миллионам долларов.

Так что в том, что темпы рассекречивания тайн прошлого год от года снижаются, виноваты отнюдь не только эксперты межведомственной комиссии, скрупулезно выискивающие в документах давно минувших дней мнимые и актуальные сегодня секреты. Не обошлось без межведомственной разобщенности и нечестной конкуренции. Выход вполне может быть найден в рамках административной реформы: функция снятия грифов с материалов, включающих сведения, которые сегодня по определению не могут содержать гостайны (типа того же Смоленского архива), явно нуждается в пересмотре на предмет ее избыточности. Кроме того, существует идея передать контроль за процессом рассекречивания исторических документов независимому арбитру в лице, например, Минкультуры.

Денис Бабиченко
Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера