Архив   Авторы  

Билет в один конец
Общество

Российское правительство разрабатывает стратегический план, призванный остановить утечку мозгов из страны

Уже ни для кого не секрет, что Россия является не только мировым энергетическим донором, но и страной, вот уже десяток лет поставляющей миру не менее капиталоемкие, чем нефть и газ, интеллектуальные кадры. Из России уезжает самая перспективная и талантливая молодежь, искренне считая, что она не нужна родной стране. Власть наконец осознала этот факт: правительство приступило к разработке специальной стратегии, призванной остановить "интеллектуальную протечку". Довольно трудно представить, как эта стратегия будет выглядеть в теории, не говоря уж о практическом применении. Можно ли "стратегиями" и "доктринами" остановить исход из России лучших из лучших? Чтобы найти ответ на этот вопрос, "Итоги" провели перекрестное интервью с людьми, в теории и на практике отвечающими за интеллектуальный потенциал нашей страны. Одинаковые вопросы были заданы вице-премьеру правительства РФ Галине Кареловой и ректору Московского государственного университета Виктору Садовничему.

- Проблема утечки мозгов, согласно данным статистики, уже не стоит так остро, как десять лет назад. И все же государство обеспокоено. Появились новые тревожные тенденции?

Галина Карелова: Есть три основные составляющие "успеха нации", связанные между собой: природные богатства, интеллектуальный потенциал, необходимый для их освоения, и социальная стабильность, которая позволяет наращивать интеллектуальный потенциал. К сожалению, в 1990-1994 годы по национальным научным кадрам был нанесен серьезный удар. И даже статистика не поможет подсчитать ущерб - с 1997 года Госкомстат не отслеживает ни образовательный ценз людей, выезжающих за рубеж на постоянное жительство, ни количество наших ученых, работающих за границей. Нет и точных данных о числе невостребованных работников науки, перешедших в другие сферы. Но по приблизительным подсчетам выезд только одного специалиста наносит стране ущерб в 200-250 тысяч долларов.

Виктор Садовничий: Из 30 тысяч российских ученых, работающих сегодня за границей, большинство числятся в списках российских вузов и научных центров. И рассчитывать на их массовое возвращение не приходится. При этом зарубежные центры привлекают к сотрудничеству самых способных и молодых. Не будем забывать и о роли научных династий. Дети ученых, выехавших из России, меньше ориентированы на возвращение, чем их родители. Так что утечка мозгов наносит удар и по кадровой преемственности. Ведь для создания полноценной научной школы требуется как минимум 2-3 поколения. Говоря о проблеме "донорства" - энергетического и интеллектуального, - надо отметить их главное различие. Продажа энергоресурсов - это общепринятая форма взаимовыгодного обмена, а не обмана. Утечка мозгов открывает двери для неравноценного соперничества в экономике. Хотя российские студенты уже не так стремятся за рубеж. Так, материалы обследования 2002 года "Миграционные установки выпускников российских вузов" показали, что лишь около пяти процентов выпускников намерены сразу после окончания вуза уехать за границу, причем половина - только чтобы продолжить обучение.

- Одно дело строить планы о возвращении, другое - вернуться. Чаще покупают билет в один конец, ведь западные научныек центры предлагают условия, от которых ученому трудно отказаться: лаборатории, деньги... Может, это такое завуалированное подстрекательство к эмиграции?

Г. К.: Ответственность за нежелательный для нас сценарий не следует возлагать только на те страны, которые хотят за чужой счет пополнить интеллектуальный капитал. В сущности, такое стремление было бы достойно только похвалы, если бы так поступала наша страна. Если мы хотим, чтобы Россия была конкурентоспособной на мировых рынках - и ресурсных, и промышленных, и интеллектуальных, - нам надо учиться искусству энергично защищать свои национальные интересы. Хотя утечка умов, по мнению специалистов, не идет ни в какое сравнение с внутренним оттоком кадров из науки. Впрочем, и эта тенденция постепенно сходит на нет.

В. С.: Вспомните историю создания МГУ имени М. В. Ломоносова, который сегодня готовится к празднованию своего 250-летия. В первое время его профессорско-преподавательский ансамбль составляли иностранцы, а преподавание велось на иностранных языках. Разве этот факт не подпадает под понятие "утечка мозгов"? Однако вряд ли можно считать ее аномалией. А львиная доля ответственности за тяжкие последствия современной утечки мозгов действительно ложится на тех, кто в свое время недооценил роль перспективного планирования в этой сфере. Если бы мы вовремя установили четкие границы между вывозом интеллектуальной собственности и международным сотрудничеством, то это помогло бы эффективно защитить наши национальные интересы.

- Специалисты какого профиля из России сейчас востребованы на Западе больше всего?

Г. К.: Области знаний, специалисты в которых до сих пор едут в США, Канаду, Великобританию, страны ЕС, Австралию, - это математика, физика, весь спектр специальностей, связанных с биотехнологией, сфера научных разработок в нефтяном бизнесе. Впрочем, поток научной миграции постоянно меняется. Совсем недавно из России массово уезжали программисты, а сейчас конкуренцию им на Западе составили специалисты из Индии. Готовясь к нашему разговору, я посмотрела, какие специальности наиболее популярны у абитуриентов. На первом месте, как всегда, стоит актерское искусство. Но вслед за ним идут инженерные специальности - вакуумные компрессоры и технология физических установок, технология пиротехнических средств. На четвертом месте - тара и упаковка. Затем исследование аэрокосмическими средствами природных ресурсов и почвоведение, за литературным творчеством - генетика, гидрометеорология, химическая технология. Это очень показательный ранжир. Еще одна особенность нынешнего положения дел: развитие интегрированных систем ведет к тому, что и наука уже не может развиваться обособленно. Поэтому процесс утечки мозгов приобретает новые формы. Сейчас уже не обязательно уезжать за рубеж. Можно жить в Ярославле и, имея компьютер, работать в иностранной фирме.

В. С.: Сам факт утечки умов из России отражает огромный спрос на наших молодых математиков, физиков, химиков, биологов. Дипломы МГУ, Физтеха, МГТУ, Петербургского университета признаны во всем мире. Наверное, не нужно впадать в панику, но следует четко определить грань, за которой начинаются невосполнимые потери. Чтобы не потерпеть фиаско, нужно развивать методологию стратегического планирования. В противном случае ущерб будет измеряться не только потерей национальных кадров, но и усилением конкурентов, использующих наш человеческий потенциал.

- В чем суть такой стратегии?

Г. К.: Утечка умов - это не только эмиграция, но и отток людей из науки в другие области из-за их профессиональной невостребованности, и старение научных кадров, и сокращение притока молодежи в науку. Поэтому одним из ключевых пунктов новой стратегии должно стать понятие социальной перспективы - ясной и понятной всем гражданам страны социальной стратегии устойчивого развития. Такая стратегия, пожалуй, удерживает людей от добровольной эмиграции столь же эффективно, как и материальные стимулы. Разумеется, в качестве такой перспективы должны выступать не теоретические построения, а точный экономический расчет. Президент России, говоря о проблеме утечки умов, обратил внимание, что уровень заработной платы в научной сфере на 15 процентов ниже, чем в промышленности. И причина такого положения известна - низкий уровень инновационной активности в стране. Лишь около пяти процентов предприятий применяют достижения науки.

В. С.: Нужно, чтобы будущие профессионалы и сами приняли участие в выработке такой стратегии, чтобы они убедились в том, что государство серьезно озабочено их будущим. У нас в МГУ по инициативе студентов уже ведется работа над предложениями по проекту социальной доктрины России. Я думаю, государство должно рассматривать такое партнерство как совместные инвестиции в общее будущее - и со стороны государства, и со стороны самого студента, который откладывает многие возможности: отказывает себе в удовольствиях, ограничивает свои материальные запросы. Для чего все эти жертвы? Ответ ясен - чтобы потом получить более высокий социальный статус и повысить качество жизни.

- Но ведь нельзя до бесконечности откладывать создание семьи, обретение жилья. Есть ли у нас социальные программы для молодых специалистов?

Г. К.: Начну с жилья, поскольку это одна из самых острых проблем. У нас существуют две подпрограммы Федеральной целевой программы "Жилище". Это подпрограмма Минобразования "Обеспечение жильем молодых семей" и подпрограмма Минэкономразвития. Именно в рамках этих проектов происходит обеспечение жильем молодых ученых. Но знаете, что по результатам всех опросов ставят сами молодые ученые на первое место? Проблемы научной школы, возможность реализовать свой потенциал. Поэтому основным направлением их закрепления в России должна быть поддержка научных школ. Существует еще система грантов для молодых ученых. Есть, например, несколько номинаций так называемых президентских грантов, на которые в 2004 году выделено 400 миллионов рублей. Это 300 грантов по 48 тысяч рублей для молодых кандидатов наук и 100 грантов по 50 тысяч рублей для молодых докторов наук. Предусмотрена и грантовая поддержка ведущих научных школ. В Минобразовании сейчас есть свои отраслевые грантовые программы. В 2004 году на эти расходы запланирован 171 миллион рублей. Конечно, пока это скромные цифры. Но они будут постоянно увеличиваться. Например, общая сумма президентских грантов для поддержки молодых кандидатов наук в 2010 году должна составить уже 1,5 миллиарда рублей. Это первые шаги, но, я думаю, подобные гранты могут учреждать и субъекты Федерации, и даже муниципальные образования.

- Не лучше было бы дать возможность молодым ученым заработать деньги самим?

Г. К.: Сейчас формируется национальная инновационная система Российской Федерации. На заседании правительства РФ недавно рассматривался вопрос о стимулировании инновационной деятельности и внедрении в производство наукоемких технологий. Сущность проблемы в следующем: необходимо заинтересовать создателей интеллектуальной собственности в том, чтобы их разработки внедрялись. Сейчас создается система стимулов - эффективная и в то же время понятная в финансовом смысле. Уже ясно, что механизм финансирования науки будет изменен в сторону участия бизнеса в исследованиях, ведь в этом случае вложения в сферу науки должны увеличиться. Впрочем, ведущие вузы России уже имеют определенную экономическую самостоятельность и внебюджетные средства, позволяющие им развиваться. Другое дело, что этих средств пока недостаточно. Кроме того, в России сейчас идет общий процесс реформирования бюджетных учреждений - не только научных, но и культурных, медицинских, социальных. Применительно к научным организациям этот процесс во многих случаях приведет к образованию некоммерческих негосударственных научных учреждений. Появятся и частные институты, которые будут работать на рынке научных разработок. Конечно, такие планы коснутся прежде всего тех учреждений, которые уже в состоянии выживать самостоятельно и имеют четкие финансовые планы. Давления на остальных государство оказывать не будет. Но часть финансовых обязательств государства по отношению к научным учреждениям останется. Например, фундаментальная наука должна поддерживаться государством, как и во всем мире. Но большинство других областей науки должно быть ориентировано на рыночные механизмы.

- Интерес к проблеме "интеллектуальной ренты" отчасти подогрет полемикой, разгоревшейся перед выборами в Государственную думу по поводу природной ренты. Как вы оцениваете ситуацию с утечкой умов с этой точки зрения?

Г. К.: Тот факт, что содержанием предвыборной кампании становится не сбор компромата, а серьезные проблемы, - явление явно положительное. Было бы очень неплохо, если бы в ходе дискуссии мы не упустили вопрос об особой роли научного знания и интеллектуальной ренты. Здесь кроется и решение проблемы утечки умов. Ведь многие страны, не имеющие богатых природных ресурсов, построили свое благополучие на умелом использовании собственного и заимствованного интеллектуального потенциала. Интеллектуальная рента создается поколениями, и ее можно сравнить по значимости только с рентой природной. Что же мы делаем, когда добровольно отказываемся распоряжаться собственным интеллектуальным потенциалом? Мы даром отдаем соседу курицу, которая несет золотые яйца. Но только экономический прогресс позволит поддерживать востребованность кадров. Иначе даже утечка мозгов, наносящая невосполнимый ущерб стране, покажется благом для многих. Ибо трудно мириться с деквалификацией специалистов. Думают-то они все-таки по-русски, а значит, работают не только на своих работодателей, но и на расширение планетарного интеллектуального и языкового пространства России.

В. С.: По сути, определив природу интеллектуальной ренты, мы подошли к вопросу о цели существования университетов, других учебных заведений. Эта цель двойственна, так как включает в себя и служение истине, и воспроизводство человеческих талантов. Вопрос состоит в том, чтобы наши интеллектуальные ресурсы, во-первых, были эффективно защищены уже сегодня и, во-вторых, чтобы они были востребованы в недалеком и отдаленном будущем.

Алла Астахова
Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера