Архив   Авторы  

Герман - имя собственное
Искусство

"Для меня важнее не призы, а мое внутреннее соответствие той шкале, которую задают великие режиссеры", - сказал в интервью "Итогам" Алексей Герман-младший перед московской премьерой фильма "Гарпастум"

"Гарпастум" Алексея Германа-младшего, показанный в основном конкурсе последнего Венецианского фестиваля, произвел глубокое впечатление на киноманов и критиков-интеллектуалов. Да и на обычную публику тоже. Во всяком случае, первый просмотр закончился бурными аплодисментами. Большое жюри, правда, картину игнорировало. Возможно, именно из-за ее утонченности, идущей вразрез с теми прямолинейными повествованиями, которые в последнее время кинематографисты привыкли рассказывать зрителям.

Перед московской премьерой "Гарпастума" корреспондент "Итогов" встретился с Германом-младшим.

- Скажите, Алексей, вы очень расстроились, не получив приза в Венеции?

- Скажу вам странную вещь - нет. И не должен был расстраиваться. Ведь то, что мы попали в Венецию, - уже победа. Конечно, всякому человеку приятно, когда его хвалят, и неприятно, когда ругают или не замечают, но, видите ли, дело совсем не в этом. Для меня важнее, насколько я по внутренней своей шкале могу соответствовать той планке, которую мне способны задать великие режиссеры. Это очень важно, поверьте. Чтобы не ориентироваться на самого себя, не становиться эдаким самодостаточным организмом, нужно все время пересматривать великие картины.

- Какие, например?

- Ну, я не знаю, "Долгие проводы", к примеру, или "Андрея Рублева".

- А картины вашего отца?

- Да, "Ивана Лапшина" ("Мой друг Иван Лапшин". - "Итоги") могу смотреть бесконечно, это правда. Муратова, Тарковский, Герман - стандартный набор, конечно, и тем не менее... Я как начал ездить по разным фестивалям, насмотрелся всякого - да так, что в голове возник сумбур вместо музыки, долго в себя приходил, возвращался, так сказать, к правильному пониманию кино.

- Вы хотите сказать, что современное кино не дает никакой пищи воображению?

- Чаще всего. Все сразу ясно, понятно и оттого скучно. Дело, возможно, в том, что я не шибко интеллектуален и не шибко образован, оттого-то чувственная составляющая в кино больше всего меня волнует. Не интеллектуальная конструкция, а именно чувственное начало.

- Как же вы пишете сценарии? Ведь сценарий - именно что конструкция.

- Нет, не совсем так. Или - совсем не так. Кино, на мой взгляд, ближе всего к поэзии, поэтому нутряное начало для меня всего важнее.

- И что, вы пишете сценарий как литературное произведение, как книгу?

- Ну да. Мои сценарии можно читать. Это не просто диалоги, записанные на бумаге.

- А "Гарпастум" вы тоже так писали?

- Да. Писал как киноповесть, которую можно и отдельно от фильма читать.

- Узнав, что идея "Гарпастума" принадлежит не вам, я, признаюсь, сильно удивилась - настолько она, в моем представлении, для вас органична.

- Да, идея принадлежит Вайнштейну и Антонову. Хотя у меня раньше было нечто похожее, сценарий, который назывался "1914 год". Но я не нашел тогда на него денег. А за "Гарпастум" ухватился. Он показался мне более близким, чем все остальное, что мне предлагали, соблазняя большими бюджетами, съемками в экзотических местах. Но нет, все это было не мое. И речи не могло быть, чтобы я этим занимался. И тут вдруг история про то, как я был молодой, как любил футбол, как потом состарился и как мне стало больно. И мне показалось - вот оно, то самое. Что-то там меня цепляло, не отпускало. Авантюра, конечно, чего уже там. Снимать фильм не по своему сценарию - для меня это авантюра.

- Послушайте, но это какое-то, ей-богу, мистическое совпадение. Вы уже думали о том времени, о 1914 годе - и вам приносят сценарий об этом же времени.

- Совпадение, это точно. Кроме того, были и прозаические соображения: снимать-то надо, годы идут.

- А сколько вам лет?

- В Венеции исполнилось 29.

- Ого!

- Да, по нынешним временам - просто младенец. Поэтому когда я вдруг начинаю морализировать, то вовремя останавливаюсь, а то подумают: вот, такой молодой, всего две картины снял, а уже учит жить.

- А вы учите жить?

- Иногда бывает, когда меня что-то страшно раздражает.

- Что конкретно?

- Ну, скажем, наша новая российская болезнь, то есть увлеченность американским кинематографом. Мол, все там делается правильно, по кальке, по технологиям. Но мы же не они, мы другие. Если для них, допустим, монтаж - это ритм, для нас - повествование, ну и все такое прочее. Все у них по-другому. И когда мы тщимся перенимать что-то механически, то у нас получается нескладуха какая-то: левая нога бежит в одну сторону, а правая - в другую. Все говорят о кассе, забывая при этом, что кино вообще-то - великое искусство, отражающее дух нации, ее ментальность. И если мы хотим понять самих себя, обрести, то необходимо развивать не только коммерческое кино, но и авторское. Более того, одно не может существовать без другого. Это, казалось бы, банальности, но, по-видимому, нелишне иной раз о них напомнить. Мы вообще в России движемся не от кризиса, а к кризису. Непонятно, когда точно он произойдет, но что произойдет и будет системным - это точно. Ибо все делается неверно.

- Что, например?

- Например, система звезд. У нас понятие звезды полностью дискредитировано. Если в США по полгода ждут фильм с Джонни Деппом, у нас звезду можно хоть каждый день видеть в сериале, и таким образом ожидание убивают.

- Поговорим о "Гарпастуме". Как вам пришло в голову воссоздать историческое время, не вводя в картину конкретных исторических персонажей? То есть исключительно через атмосферу? Как это делается вообще, не поделитесь секретом?

- Понимаете, воссоздание атмосферы - дело воображения, как ни странно это звучит. Попытки следовать так называемой исторической правде, подробностям антуража могут привести к противоположным результатам. Скажем, мы видим Петербург начала прошлого века облагороженным, в черно-белом варианте. А на самом деле Петербург был тогда чудовищным, китчевым, таким разноцветным - все эти розовые вывески, ужасные головные уборы. И потому-то я сразу понял, что нужно все заново выдумывать, и тогда, как ни странно, это будет достоверно. Понимаете? Ибо, когда мы пытались снимать натуру на улицах Петербурга - Северной столицы пушкинско-достоевского толка, получалось как в сериале. Клюква, фон, театр. Поэтому мы решили придумать свой Петербург, город фабричных окраин, придумали и аэропорт этот дурацкий, широкие черные плащи для полицейских. А было, не было - не важно. Что же касается атмосферы, то она и возникает тогда, когда ничего впрямую не объясняется, я вообще терпеть не могу грубых вещей в кино, разъяснительных. И считаю, кто поймет - хорошо, а не поймет - и бог с ним.

- Интересно, но теперь у меня лично 1914 год ассоциируется исключительно с вашим фильмом. Это знаете, на что похоже? На утверждение, что, мол, литературные герои порой живее живых людей. То есть воображаемое становится большей реальностью, чем сама реальность. Такова, видимо, сила интонации. Возможно, поэтому Кира Муратова как-то сказала, что в искусстве важно не что, а как, то есть не о чем говорят, а как говорят...

- Мне, кстати, тоже важнее - как. И с чем. С какими обертонами, оттенками смыслов. Поэтому мне не нравится, когда в искусстве слишком много определенности - слишком много "что". Предположим, у Ханеке. Его "Пианистка" мне совсем неинтересна. Романа, к сожалению, я не читал, но вот фильм... Что за самоуверенность думать, будто все знаешь о человеке, и препарировать, расчленять на составляющие! Это и есть - что. А не как. А ведь человек мозаичен, огромен, в нем пятьсот, тысяча черточек, свойств, оттенков и прочее.

- Возможно, это чисто российское восприятие?

- Да, возможно и так. И мне как человеку, выросшему на иной почве, это абсолютно чуждо.

- Тем не менее на просмотре вашего фильма что-то такое происходило. Смешно сказать, но что-то вроде встречи Востока и Запада. Ваша картина их захватила, все эти ваши "как", а не "что".

- Правда? Вам так показалось? Ну так это лишний раз доказывает, что мы не должны никому подражать, должны идти исключительно своим путем, ибо абсолютно на них непохожи. Как Тарковский, который делал только по своему разумению. И тем был интересен во всем мире. У него человек был нерасчленим на составляющие, являя собой тайну, образ, поэтическую метафору. Это я к чему? А к тому, что, объясняя все и разжевывая, причем на свой лад, без таланта Ханеке, мы постепенно деградируем. Теряем наши следующие поколения. Ибо не учимся на чужих ошибках, перенимая у Запада не лучшее, а худшее. Зритель в кино должен думать, пусть хоть немного напрягаться, и все же - напрягаться.

- Уютно вам было в Венеции?

- Я не люблю большого скопления людей, мне и в Москве бывает довольно трудно. Все-таки я вырос в Ленинграде и до 19 лет там жил, там мои одноклассники, все мы вместе росли и поступали в институты, дружили. А когда я попадаю на какое-нибудь великосветское мероприятие, на прием в Венеции, мне все время кажется, будто я куда-то не туда загремел. Как будто я не я, а персонаж фильма из жизни богатых. Как Бэрримор какой-нибудь. И мне почему-то, как английскому вышколенному слуге, хочется все время заискивать перед кем-нибудь, хотя вроде я никому здесь ничем не обязан.

Диляра Тасбулатова

Врез 1

НАСЛЕДНИК

Третий - не лишний

Отпрыскам людей неизвестных, ничем не знаменитых, наверное, трудно представить самоощущение сына, предположим, именитого писателя. Или - поэта, ученого, режиссера. Говорят, ощущение это двойственное: с одной стороны, приятно, с другой - не очень-то. Ответственность, налагаемая именем, иных тяготит, других провоцирует на подвиги сверхкомпенсации, третьих, увы, ломает.

Интересно, что у Алексея Германа-младшего, чей дед, писатель Юрий Герман, был всесоюзно знаменит и чей отец, режиссер Алексей Герман-старший, знаменит всемирно, таких проблем, похоже, не возникает. На редкость доброжелательный молодой человек, обладающий способностью слышать и слушать. Действительно, судя по обеим картинам молодого Германа, "Последнему поезду" и "Гарпастуму" ("игра в мяч" по-латыни), слух у него абсолютный, моцартовский. Те, кто не страдает эстетической глухотой, могут вникнуть в изощренную полифонию звуков, на которых во многом построена его эстетика. Не говоря уже о точном глазе: "Гарпастум", картина необычайно сложная, глубокая и одновременно тончайшая, словно старинное кружево, отличается снайперски точным взглядом. Похоже, эти качества достались ему по наследству. Отец Алексея, Герман-старший, всегда чувствовал историческое время с какой-то фантастической, пугающей точностью. Что же касается литературного дара, то, по-видимому, он достался Алексею от матери, Светланы Кармалиты, чьи сценарии (например, "Гибель Отрара"), написанные как законченные литературные произведения, еще более фантастичны: они отсылают читателя чуть ли не на тысячелетие назад. Благодаря уникальному чутью Кармалиты ее герои, средневековые тюрки, говорят естественно. При том что естественность интонации трудно дается даже тогда, когда работаешь с относительно свежим материалом, пятидесятилетней давности.

Видимо, только так, глядя на давно прошедшую эпоху сквозь магический кристалл времени, и можно ее воссоздать. Когда придуманный мир кажется единственно возможным. Хотя сам Алексей и говорит, что рассказанная им в "Гарпастуме" история - о мальчишках, мечтавших в далеком 1914 году создать свою футбольную команду, - целиком выдумана, теперь уже кажется, что прошлый век начинался именно так. С такими запахами, звуками, с таким воздухом, разлитым на задворках Петербурга в самом начале чудовищного столетия.

И еще: неожиданная, парадоксальная для интеллектуала апология футбола. Ведь, судя по фильму, именно любовь к футболу спасет героев, даст им выжить: мелькнувшие в кадре в качестве второстепенных персонажей Мандельштам и Блок, как известно, погибнут. А братья Старостины, далекий намек на которых содержится в картине, выживут, пройдя через ад сталинских лагерей.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера