Архив   Авторы  

Избирательное право
В России

С коррупцией в России решено бороться по-европейски. Но не со всей и не сразу

"Все на борьбу с коррупцией!" Актуальный лозунг взят на вооружение правительством России. Недавно состоялось знаковое событие: премьер-министр Михаил Фрадков подписал постановление, одобрившее конвенцию Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию. Кабинет министров направил свой вердикт президенту с тем, чтобы глава государства внес конвенцию на ратификацию в Госдуму. За этим дело, надо полагать, не станет. И тогда трепещите, мздоимцы и казнокрады! Европейская конвенция - один из самых жестких международных актов по борьбе с коррупцией. Впрочем, в России строгость законов, как известно, компенсируется необязательностью их исполнения. К тому же законы, вытекающие из конвенции, еще надо принять, и процесс этот может затянуться на годы. Судьба самой европейской конвенции тому подтверждение. От ее подписания представителями Москвы до начала процедуры ратификации прошло более семи лет. Так что "ковровых бомбометаний" в войне с коррупцией в ближайшем времени ожидать не приходится. Скорее продолжатся практикуемые ныне "точечные удары".

Видит GRECO

Конвенция Совета Европы о борьбе с коррупцией требует от страны, ратифицировавшей этот документ, "принять такие законодательные и иные меры, которые могут потребоваться для того, чтобыЙ" (этих "чтобы" набралось на 23 статьи). Всякому прочитавшему их становится понятно, что реализация европейских стандартов неизбежно приведет к масштабным потрясениям в российской бюрократической системе.

Европейская конвенция, по словам главы Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству Юрия Шарандина, вынуждает изменять не только нормы права, но и правовой менталитет. "Даже наука не имеет сегодня четкого определения, что же такое пассивный подкуп", - отметил сенатор. А в конвенции этому правонарушению уделяется немало внимания. Пассивный подкуп - это по сути любые действия чиновника, выходящие за рамки его прямых обязанностей. К примеру, предоставление каких-либо преимуществ коммерческой организации даже без факта взятки с ее стороны. Вряд ли стоит напоминать, что у нас это происходит сплошь и рядом.

Откровением может стать и жесткость воспитательных мер по-европейски: в большинстве случаев наказанием за коррупционные преступления станет лишение свободы. Отечественные же мздоимцы отделываются чаще всего штрафами. Иными словами, в российском законодательстве статей, предусматривающих для коррупционеров наказание в виде тюремного заключения, на порядок меньше, чем в Европе.

Или взять пассажи конвенции, посвященные искоренению коррупции в судах. Мздоимство среди полицейских и служителей Фемиды - бич многих стран: на вымогательства со стороны этих служб жалуются 75 процентов опрошенных в Бангладеш, 100 процентов индийцев, 42 процента - в Непале, 96 - в Пакистане. В России жалоб куда меньше, но проблема не в их количестве, а в том, что иммунитет, дарованный российским служителям Фемиды, сводит на нет любую попытку пресечь порочную практику, если таковая зафиксирована. По словам эксперта комиссии по противодействию коррупции Олега Вагина, решение о привлечении судьи к административной ответственности принимается только по представлению лично генпрокурора (до назначения официального преемника Владимира Устинова такого рода запросы будут скапливаться на генпрокурорском столе). Опять же по ходатайству генпрокурора судебная коллегия решает (и ей на это отводится 10 дней), можно ли судью заключить под стражу. Таким же образом выдается и разрешение на осуществление в отношении подозреваемого служителя Фемиды оперативно-разыскных мероприятий.

Для европейцев российские иммунитеты - нечто за гранью понимания. Тамошний чиновник, заподозренный в том, что он нечист на руку, сам спешит оправдаться и доказать свою незапятнанность. А куда ему, спрашивается, деваться, если вся его жизнь проходит как в шоу "За стеклом". В соответствии с законодательством контролируются все доходы и расходы госслужащего, его собственность и счета в банках. Введение подобной системы в России стало бы революцией. Неудивительно, что заимствовать европейский опыт у нас не особенно торопились.

Конвенция Совета Европы ждет ратификации в России более семи лет. Между тем с 1999 года ее уже ратифицировали 33 страны (число стран-участниц, необходимое для того, чтобы конвенция вступила в силу, - 14). Сегодня членами GRECO - Группы государств против коррупции - являются 40 стран, в том числе и США (стать членом группы может не только государство, ратифицировавшее конвенцию). Россия в этом международном клубе может стать "мальчиком для битья", если вступит в него, ратифицировав конвенцию без скорейшей доработки собственного законодательства. Но так оно, вероятнее всего, и будет.

ООН и ныне там

Нынешняя кампания по выявлению взяточников в органах власти идет полным ходом. Последним по счету ведомством, пораженным этим недугом, как выяснилось, стала Счетная палата. Начато расследование в отношении нескольких ее высокопоставленных сотрудников и очередного члена Совета Федерации, картинку взятия которого с поличным продемонстрировали центральные телеканалы. У сенатора от Калмыкии Левона Чахмахчяна, впрочем, как и у его коллег-депутатов и прочих госслужащих категории А, имеется иммунитет. Потому операция ФСБ по его разоблачению имеет пока что эффект лишь в плане пиара усилий по очищению властных рядов. До ареста и суда дело не дошло. Оно и понятно: развернувшаяся борьба с коррупцией ведется, мягко говоря, на шатком законодательном фундаменте. Госдума вот уже десяток лет не может принять специальный антикоррупционный закон. Соответствующие поправки в УК тоже почему-то не проходят.

Депутаты никак, скажем, не хотят пропустить законопроект о запрете для госслужащих иметь собственность за рубежом, хотя во многих странах такая норма предусмотрена. Последняя законодательная инициатива на эту тему, предложенная депутатами Борисом Виноградовым ("Родина") и Владимиром Рыжковым (независимый), встретила достойный отпор коллег по палате. В числе прочего звучали поистине убийственные аргументы против этой меры. "А что же делать, если бабушка на Сицилии оставила наследство?" - задался, например, вопросом глава комитета по делам Федерации "единоросс" Виктор Гришин.

Конечно, парламентарии отнюдь не против того, чтобы у нас все было не хуже, чем в Европе, особенно с учетом того, что это санкционировано верховной властью. В этом году Госдума уже ратифицировала одну конвенцию о борьбе с коррупцией - ее авторство принадлежит ООН. Правда, по словам Шарандина, тот документ куда как мягче европейской тезки. Впрочем, и ооновский вариант обязует власти подкорректировать не только букву, но и дух российских законов. К примеру, ввести институт конфискации как наказание за коррупционные деяния. Неудивительно, что при обсуждении конвенции ООН в Думе кипели шекспировские страсти.

"Что это за какая-то мутная история с конфискацией? Мы что, оговорку какую-то сделали?.. А то придется, допустим, "Челси" конфисковывать. А как?" - кипятился депутат Алексей Митрофанов (ЛДПР). Но, безусловно, примой того пленарного заседания стал вице-спикер Владимир Жириновский. Начав с риторического: "Нет ничего? Как "нет ничего"?! У всех у вас есть!" - он предложил объявить финансовую амнистию, запретить любой вывоз денег из страны, отменить вступительные экзамены в вузы, повысить зарплату чиновникам (низшему звену до 50 тысяч, а высшему - до полумиллиона рублей), а главное - провести воспитательную работу "с женским коллективом нашей страны", потому как именно жены и дочери, по мнению Владимира Вольфовича, толкают чиновников на скользкий путь мздоимства. За прошедшее со дня того памятного заседания время ни одно из этих предложений не было реализовано (что понятно). Как, впрочем, не были внесены и любые другие антикоррупционные поправки в законодательство.

Своим путем

Первая же попытка по приведению наших законов в соответствие с международными нормами противодействия коррупции потерпела неудачу. Речь идет о предложении ряда депутатов (на сей раз от партии власти) ввести тотальный контроль за банковскими счетами высших госслужащих и членов их семей. Концепция будущего закона предусматривает, что помимо подачи декларации министры, парламентарии, судьи, прокуроры и прочие высокопоставленные чиновники должны будут раскрывать детальную информацию обо всех своих финансовых операциях. Точнее, закон обяжет банки предоставлять эти данные в Федеральную службу по финансовому мониторингу. При открытии счета у гражданина тут же поинтересуются, не является ли он госслужащим или родственником такового.

Несмотря на все трудности, этот закон скорее всего будет принят. Правда, похоже, лишь по той причине, что таково требование Международной группы по борьбе с финансовыми злоупотреблениями, членом которой Россия является. Ее эксперты посетят Москву с инспекцией в апреле будущего года, и им надо что-то предъявить. Вопрос в том, насколько это "что-то" повлияет на ситуацию с коррупцией в самой России.

Пока что, судя по состоянию законодательства, у нас больше хотят слыть европейцами, чем быть ими на деле. Международные нормы по сути отменяют презумпцию невиновности для чиновников, заподозренных в коррупции. Им самим приходится доказывать, что вся их собственность нажита честным трудом. Проверить это не так сложно: все доходы и расходы европейских бюрократов производятся посредством кредитных карт, в законах детально прописаны требования по декларированию собственности. У нас же обязанность чиновников А-категории заполнять декларации до сих пор зафиксирована не в законе, а указом президента.

Есть опасение, что и нормы европейской антикоррупционной конвенции нескоро воплотятся в российские законы. Конвенция разрешает конфискацию, выдачу преступно нажитых средств и самих преступников в страны, где было совершено правонарушение. При сборе доказательств факта коррупции компетентные органы согласно конвенции получают на вооружение весь необходимый арсенал - арест банковских счетов, проверка и арест финансовой или коммерческой документации и прочее. Словом, доказать, что чиновник нечист на руку, можно было бы без помеченных купюр и ОМОНа в соседнем кабинете. У нас, однако, предпочитают второй путь.

Возможно, потому, что он куда зрелищнее и, главное, эффективнее в плане убеждения избирателя накануне выборов в том, что власть бдит. Четкая же регламентация поведения чиновников в российских условиях, где под самыми невероятными углами пересекаются личные и групповые интересы бизнеса и власти, приживается с трудом.

В общем, придется, похоже, объяснять европейцам, что реализация всего подписанного и ратифицированного требует времени и сил. В конце концов, протянули же десять лет без законодательного оформления отмены смертной казни, протянем и без закона о борьбе с коррупцией.

Светлана Сухова
Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера