Архив   Авторы  

Бремя "Ч"
Искусство

"Чайка", поставленная Кристианом Люпой в Александринском театре, понравится не всем, но изумит каждого

Международный театральный фестиваль "Александринский" открылся в С

анкт-Петербурге премьерой "Чайки" режиссера Кристиана Люпы. Худрук Александринского театра Валерий Фокин когда-то обещал, что пять европейских режиссеров поставят в его театре пять классических пьес. Грек Теодорос Терзопулос уже выпустил "Эдипа" Софокла, а Люпа выбрал чеховскую "Чайку". В России он ставит впервые, но театралам со стажем имя этого польского режиссера должно быть знакомо. В давние советские времена до нас доносились слухи о поисках нового языка, необычных приемах и манифестах, сочиняемых Люпой. Бытовой, традиционный театр его не интересовал, режиссера увлекала область подсознания. Идеи "зависшего театра", "театра протяженности" воплощались в его экспериментальных спектаклях и будоражили воображение советских граждан своей недопустимой вольностью. Теперь Люпа - мэтр, педагог, воспитавший целое поколение польских новаторов, но и мы изменились. Нас теперь голыми руками не возьмешь: вольностей в театральном деле - с избытком, эксперименты - на каждом углу, быть новатором стало модно. Словом, поразить воображение много всего повидавшей публики нынче трудно, надо очень уж постараться. Кристиан Люпа, слов нет, постарался.

Только ленивый театровед не вспомнит на спектакле польского режиссера о знаменитом провале "Чайки" в Александринском театре 1896 года. "Пьеса шлепнулась и провалилась с треском", - писал Антон Чехов брату Михаилу. В публике шикали, смеялись, называли увиденное бредом (все равно как Аркадина пьесу сына), критики изощрялись в остроумии, и так далее. На самом деле все было совсем не так ужасно, второй и третий спектакль прошли с успехом, но театральная мифология зафиксировала раз и навсегда - в Александринке провал. "Еретически гениальной" эту чеховскую пьесу назовут позже, в тот злосчастный день она показалась просто еретической. И вот, сидя в зале на новой "Чайке" Александринского театра, думаешь примерно так же - еретическая пьеса, вызывающая, непонятная. Люпа, прорвавшись сквозь плотную оболочку мифа, вновь подвел Чехова к той драматически опасной грани, за которой возможно все: недоумение, ругань, провал. Выученный едва ли не наизусть текст напрочь лишился поэтического флера и зазвучал, как новенький. В Александринском театре режиссеру показали первую редакцию пьесы, ту, что так жестоко провалилась, именно ее Люпа и решил ставить, изрядно, впрочем, сократив. "Чайка" в его руках выглядит как только что написанная новая драма. Странная, нескладная, невыстроенная, корявая, но все же цепляющая не пойми чем.

Люпа всегда предпочитал ставить прозу. Там свободы больше, там простор, не скованный жесткой драматургической структурой - есть где разгуляться фантазии. И "Чайку" он попытался поставить так же, разрушив рамки камерной пьесы. Никакого привычного быта нет и в помине, никаких пресловутых мхатовских сверчков и прочих звуков, напоминающих о прелести живой жизни. Режиссер написал на афише спасительное "по мотивам пьесы А. П. Чехова" и вывел знакомых всем героев в поистине космическое, таинственное и пустое пространство (сценография самого Люпы). Его "Чайка" - действо метафизическое, повествующее о метаморфозах мировой души (той самой, из сочинения Треплева). "Общая мировая душа - это яЕ яЕ" - твердит в треплевской пьесе Нина Заречная. А в спектакле Люпы так могли бы сказать едва ли не все персонажи, если бы дали себе труд вникнуть в этот "декадентский" текст. Здесь Треплев (Олег Еремин), неудачливый драматург, чья пьеса так нелепо провалилась в начале спектакля, странным образом похож на "преуспевающего" писателя Тригорина (Андрей Шимко). А в стареющей Аркадиной (Марина Игнатова) можно разглядеть упрямство, вызов и молодой восторг Нины Заречной (Юлия Марченко). Столкновение мечты и реальности в этом спектакле драматично, но и обыденно. Страдание здесь нарочито лишено героизма, оно некрасиво и часто даже вульгарно. Полина Андреевна (Виктория Воробьева), безнадежно мечтающая о любви доктора Дорна, скинув туфли, босая, растрепанная, яростно и злобно хлещет его букетом цветов. Аркадина, отчаянно ревнующая Тригорина, бросается на него с кулаками, колотит по голове, по лицу: "Со мною нельзя говорить такЕ" Потом срывает с себя платье и, оставшись в одной рубашке, заламывает руки и демонстративно фальшиво, надрывно выкрикивает: "Ты такой талантливый, умныйЕ ты единственная надежда России..." Публика смеется, и Тригорин вслед за ней. Он в этом спектакле похож на странного, нелепого клоуна: облысевшая голова, очки, мятая одежда, болтающаяся, как на вешалке. Никого он здесь не любит, ни Аркадину, ни Нину, просто доживает свою жизнь, не щадя ни себя, ни других. Да и Нина в этом спектакле если и влюблена, то, похоже, только в свою мечту. С Тригориным говорит без всякого почтения, вызывающе вопрошая: "Ну что, как чувствует себя известный писатель?" Коротко стриженная, длинноногая современная девушка, она хорошо знает, чего хочет, и идет к цели, расшибая лоб, острые локти, коленки, а заодно и жизнь.

У Люпы еще и зрительный зал активно включен в действие, многие реплики обращены прямиком в публику, там ищут сочувствия и поддержки персонажи. "Поймите меня, пожалуйста", - просит Треплев. "Ну это же бред?" - кивает первому ряду Аркадина, прослушав пьесу сына. "Жалованья всего 23 рубля. А ведь есть и пить надо? Чаю и сахару надо?" - пристает к зрителям Медведенко (Сергей Еликов). То есть, надо понимать, и мы, в зале сидящие, участники общей мистерии, Люпой срежиссированной. "Люди, львы, орлы и куропатки..." - так начинается монолог Нины Заречной о мировой душе. Значит, люди - это мы и есть, не поспоришь. Душа эта время от времени материализуется у Люпы видеопроекцией на заднике. То мужская, то женская фигура скользит, парит в воздухе, наползая на двухэтажную конструкцию, ставшую декорацией для треплевского спектакля.

Об этом спектакле, бесславно провалившемся, один только доктор Дорн сочувственно отозвался: "Быть может, я ничего не понимаю или сошел с ума, но пьеса мне понравилась. В ней что-то есть". Примерно то же самое хочется сказать и о спектакле Люпы. В нем что-то есть. А что, словами не выразить. Тем более что и режиссер словам не очень-то доверяет. Из текста, как уже говорилось, многое вычеркнуто, знакомые реплики обрываются, едва начавшись, текст не форсируется, слова глотаются, гаснут. Время от времени угасает и энергия. Как будто из людей как-то разом воздух выпускают. Они оседают вдруг на стульях, замирают, зависают в воздухе. Потом вновь воскресают, как в дурном театре, одну и ту же сцену по второму разу играют. Или вот Нина, забывшись, начинает исполнять вдруг монолог Сони из чеховского "Дяди Вани", выскакивает помреж, рабочие, актрису гонят со сцены. Зачем, отчего? Бог ведает. Такое впечатление, что эту "Чайку" написал и срежиссировал Треплев, молодой декадент и ниспровергатель, столько в ней странного, необъяснимого. Общий смысл выплывает не из слов героев и не из их поступков, скорее из звуков и ощущений. Вместо заезженных, знакомых монологов здесь - обрывки, мычание, неопределенные жесты, тоска, вместо трагического финала - внезапный обрыв связи. Треплев не застрелился. Почему - не знаю. Быть может, потому, что жить еще страшнее, невелика разница. Остается только гадать. На премьере публика, зал до отказа забившая, и аплодировала-то без особой бурности, настолько была финалом ошарашена. Тут не до аплодисментов, так хотелось во всем разобраться. Не уверена, что получится. Но и отринуть увиденное тоже не получается. А это верный признак живого спектакля.

Марина Зайонц, Сергей Тягин (фото)
Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера