- Полной неожиданностью в прошлом году стала для меня картина «Груз 200». Алексея Балабанова я очень ценю и уважаю, считаю талантливым. Но режиссер этот, что называется, совсем «не мой», оттого многие его работы кажутся противоречивыми. Более того, я далеко не всегда разделяю человеческие ценности и взгляды этого человека. Однако при нынешнем состоянии умов, и особенно на фоне остального нашего кинопроцесса этот фильм не просто ярко выделяется, но кажется удивительным.
Сегодня не принято говорить об искусстве высокими, выспренними словами, но «Груз 200» показался мне во многом искренним, выстраданным. В нем я увидел Балабанова не только как режиссера, но и как человека. И наши ощущения советского времени совпадают. Равно как и ощущение того, что сегодня, в сущности, ничего не изменилось, а может быть, даже стало еще гаже. Балабанов дал себе волю, смелость сказать об этом в отличие от большинства, которое боится, не хочет или которому говорить об этом попросту невыгодно. Мы живем в непозволительное время, когда кино делается сплошь на потребу. В эпоху всеобщей конкурентной борьбы, зависимости друг от друга, зависти, желания быть успешным. Это вроде бы нормально, правильно. Однако почти весь кинематограф зиждется на шаблонах. Фильмы снимаются очень ловко (или полуловко) - вроде европейское коммерческое кино. Люди работают не за идею, не ради искусства, а только чтобы копейку вышибить или известность приобрести. А Балабанов - режиссер некоммерческий. В нем все еще живет эдакий бес. И картина может быть где-то кривоватой, где-то небрежной, смонтированной не так, как надо (хотя плевать ему на это «надо»), но искренней. Что-то такое в процессе съемок Балабанова зацепило, что он перестал бояться и стремиться кому-то понравиться. Перестал опасаться выглядеть несовременным и чересчур прямолинейным. На мой взгляд, картина ставит точку во всей «советской» теме. Своим «Грузом 200» Балабанов закрыл эту историю. Даже странно: высказал не все - а оказалось достаточно. |
