В этом фильме, как говорится, переночевали "Новый кинотеатр "Парадизо" Джузеппе Торнаторе, "Миссис Хендерсон представляет" Стивена Фрирза, "Компаньоны" Роберта Олтмана, ну и, конечно, "Мулен Руж" Бэза Лурманна. Ностальгическое ретро - хороший повод не слишком париться над сценарием, выдвинув на первый план винтажные декорации, костюмы и музыку. И воссоздав на экране некий среднестатистический "дух времени", пробуждающий воспоминания о старых открытках, архивных фильмах, бабушкиных пластинках и туфлях, в которых мама выходила замуж.
Франция середины 30-х годов. Фашистский мятеж отгремел, и Народный фронт пришел к власти. Но сколько ни мечтай о социализме-коммунизме, экономический кризис этими мечтами не побороть. Предприятия закрываются, буржуины вывозят капитал за рубеж. В воздухе пахнет грозой, однако на улицах по-прежнему звучит аккордеон. Менеджер мюзик-холла "Шансония" Пигуаль (Жерар Жюньо) теряет разом все - работу, жену и сына. Обрести снова смысл жизни мужчине, уже пережившему расцвет лет, помогает мечта. Вместе с рабочим-активистом и безработным комиком Пигуаль начинает возрождать старушку "Шансонию". Их главный шанс - золотоволосая милашка, которая поет довольно приятным голосом (Нора Арнезедер).
Анонсы фильма во многом обманывают. И прежде всего русское название, дважды прокричавшее столицу Франции. На самом деле в оригинальных титрах фильма указан некий условный адрес (Faubourg 36), который означает просто предместье, окраину Парижа. Впрочем, Эйфелева башня в кадре видна. Однако и тут обман, потому что башня нарисована на заднике, а подробные декорации парижского предместья были выстроены под Прагой. Исторический антураж тоже нужен только для затравки, чтобы зритель подумал, что смотрит драматический мюзикл, в котором пение и танцы служат развитию сюжета и раскрытию характеров. Однако по большому счету это фильм-ревю, в котором вставные музыкальные номера важнее сюжета. Что подтвердил сам режиссер Кристоф Барратье ("Хористы"), приехавший на российскую премьеру фильма. Он рассказал, что вначале были принесенные ему песни в стиле 30-х годов, послушав которые, он решил показать в фильме не парадный, а "народный Париж". Действительно, на экране в полный рост предстает набор национальных клише, причем экспортный его вариант - в случае России это можно было бы назвать "хохлома". Багеты, береты, панамы, круассаны, шампиньон, шансон, амур, тужур, бонжур.
Впрочем, композитор Райнхард Вагнер написал симпатичные песни. Актеры прекрасно поют сами. Пьер Ришар сыграл яркую эпизодическую роль песенника-затворника. Да и оператор Том Стерн, снявший большую часть фильмов Клинта Иствуда, а сейчас активно работающий в Европе (он снимал "Царя" Павла Лунгина), сумел вдохнуть в эту оперетту немного жизни. Сентиментальные зрители могут запасаться платочками - им будет над чем всплакнуть.
