Архив   Авторы  
Именная звезда писателя на Аллее славы Голливуда

Звезда по имени Рэй
Искусство и культураПрофиль

С каждым годом у легендарного Рэя Брэдбери все больше шансов оказаться на Марсе





 

В конце августа на Лос-Анджелес обрушится неделя Рэя Брэдбери под оптимистичным лозунгом «Живи вечно!». По всему городу пройдут публичные чтения, театры зазывают на инсценировки, в городской ратуше полетят вверх чепчики на всенародном чествовании. Свое 90-летие перенесший инсульт юбиляр встречает в инвалидном кресле, но бодрый духом. В 2004 году автор «451 градус по Фаренгейту» и «Марсианских хроник» получил Национальную медаль искусств из рук тогдашнего президента Джорджа Буша в самом Белом доме. А вот приглашением в Санкт-Петербург, где был удостоен премии «Российский национальный Олимп», гигант фантастической мысли манкировал. Вообще мало кого из зарубежных литераторов так боготворили в России, но на нашем горизонте звезда по имени Рэй Брэдбери так и не появилась. Даже обидно.

100-процентный американец

Как можно познакомиться с Рэем Брэдбери? Ничего фантастического. Подходите к нему на одной из многочисленных автограф-сессиях — что называется, засвидетельствовать почтение, а там и до приглашения в гости недалеко. С режиссером и актером Родионом Нахапетовым, во всяком случае, так и случилось. «Он бывает довольно резок в высказываниях, язвителен — полностью соответствует своему литературному образу, — откровенничает Нахапетов из Лос-Анджелеса. — И, похоже, видит во мне идеального русского читателя. Когда мы привезли ему питерскую премию, он был необычайно тронут».

А ведь еще недавно российская любовь к Брэдбери оставалась безответной. Все его первые — перестроечные — интервью начинались с ворчания: «Мои книги издают в СССР с 50-х годов. Но ни одного рубля я так и не увидел». Жаловаться было на что. Брэдбери в советское время действительно печатали охотно. Но на халяву. По данным 90-го года, его тексты были опубликованы 43 раза, а их общий тираж исчисляется миллионами экземпляров. Одна только книга «О скитаньях вечных и о земле» вышла объемом 2,5 миллиона копий. Напомним, что в СССР зарубежных авторов переводили, правили и печатали по своему усмотрению. А фактически большинству из них в гонорарных притязаниях попросту отказывали. Если что кому и платили, то чуть ли не по спецрешению ЦК и настоящим друзьям советского народа.

Брэдбери в особенных симпатиях к коммунистам замечен не был. Однако на «прогрессивного деятеля» вполне тянул: в «Фаренгейте» обличал бездуховность капитала, в «Марсианских хрониках» клеймил проклятых колонизаторов. И вообще проходил под грифом «научной фантастики»: фэнтези советская цензура противилась, антиутопий опасалась, мистицизм тоже был не в чести, а вот так называемый sсi-fi переводился на ура. И Айзек Азимов, и Клиффорд Саймак, и Роберт Шекли, и, конечно, Рэй Брэдбери. Сегодня всеми правами на русскоязычного Брэдбери владеет издательство «Эксмо». Однако первая попытка продать его у нас цивилизованно состоялась только в 2003 году. И была не слишком успешна. «На полках залеживался даже 50-летний труд «Из праха восставшие», — рассказал «Итогам» ответственный редактор российских изданий писателя Александр Гузман, — но затем книги начали переиздавать в формате «Интеллектуального бестселлера», и продажи пошли вверх». За соблюдением правил fair play пристально следят его заокеанские агенты из Harper Collins. В 2008 году они прислали на русский фан-сайт своего клиента письмо с просьбой удалить его произведения из свободного доступа. Фанаты взяли под козырек.

А сам писатель, узнавший о своей российской популярности от Михаила Горбачева, полюбил упоминать в интервью об истории, случившейся еще в 69-м году. Тогда он — уже гений, но еще не классик — был приглашен на голливудский прием в честь Mr Bondarchuk: американцы «обмывали» советский «Оскар», полученный режиссером за «Войну и мир». Покуда Бондарчук устало пожимал руки американским коллегам — Сэму Пекинпа, Билли Уайлдеру, Кингу Видору, Фрэнку Капре, — Брэдбери скромно «курил в сторонке». Кто он такой, когда вокруг голливудские небожители? «Но, едва прозвучала моя фамилия, брови вашего режиссера поползли вверх, — удивляется писатель.— Он сграбастал меня в свои медвежьи объятия и заорал на весь зал: «Вы знаете, кто это? Это величайший гений! Лучший писатель на свете! Все с дороги, а нам — водки!» Надо ли упоминать, что вечер этот закончился для Брэдбери натурально под столом?

«Рэй вообще не прочь похвастаться, — признался «Итогам» «русский друг Родион», — но это свидетельствует скорее о его феноменальной памяти, чем о врожденном тщеславии». Он всерьез рассказывает, каково ему было в материнской утробе — даже Лев Толстой свои воспоминания начинает лишь с пеленок. Упоминает, как посодействовал карьере Арнольда Шварценеггера, не прочь уронить, что одна из его первых рецензий получила похвалу от самого Федерико Феллини. И как лишь одно его слово спасло книжный раздел газеты Los Angeles Times от неминуемого закрытия. Но главную свою общественную нагрузку Брэдбери несет под лозунгом «Руки прочь от библиотек». И готов защищать книги с ничуть не меньшим жаром, чем легендарный пожарный Монтэг, сделавший Брэдбери знаменитым. Вообще Брэдбери явно внял классическому зароку: фантастом может он не быть, но гражданином быть обязан. Вернее, добропорядочным американцем. В конце концов, не случайно он появился на свет в городишке Уокиган — второй после Брэдбери знаменитостью из этих мест стал некий чудак, добившийся через суд, чтобы его официальным именем стала строка американского гимна...

Живее всех живых

Вообще известные фантасты на склоне лет больше смахивают на кассандр на пенсии, нежели на вдохновителей новых открытий. Оно и понятно: попробуй несколько десятилетий побывать в роли профессионального предсказателя. Одно дело — наполненные юными надеждами книги, совсем другое — приходящий с возрастом скептицизм. Брэдбери и сейчас живее всех живых. Всегда был не дурак выпить. Сам себя называет delicatessen regionalist. Не случайно культовая повесть «Вино из одуванчиков» впервые была напечатана в кулинарном журнале Gourmet. А свой 84-й день рождения звезда фантастики провел в диабетическом шоке. Перебрал с вином и сладостями, что категорически запрещено диабетикам. К вину — и отнюдь не из одуванчиков — его пристрастила Маргарет Сусанна Маклюр, или просто Мэгги, жена и помощница. По словам личного биографа фантаста Сэма Уэллера, наивысшим доверием к гостю в их доме был бокал Merlot из рук самой хозяйки.

Они прожили вместе больше полвека, народили четырех дочерей, и теперь у них восемь внуков и куча правнуков. На домашний адрес одной из дочерей писателя приходит вся фанатская корреспонденция. Пароль и явка самого творца — тайна за семью печатями. Родион Нахапетов рассказал «Итогам», что это довольно приличный дом в престижном районе Лос-Анджелеса: «Он состоятельный человек, но богачом такого не назовешь. Единственное чудачество — оплата театральных инсценировок из собственного кармана. По 500 тысяч долларов в год выходит». Но не стоит за него беспокоиться: ведь даже принты с его немногочисленных картин расходятся в среднем по 300 долларов за штуку.

Живет писатель в окружении огромного количества домашней прислуги и под опекой двух кошек. В 1950-е это была настоящая кошачья ферма поголовьем 22 штуки. Большая кошатница Маргарет — ей посвящены «Марсианские хроники» и много чего еще — умерла в 2003-м. Кажется, что она была хрестоматийной писательской женой — тем самым спутником, без которого не закручивается ни одна писательская орбита. Мэгги знала, на что шла, впервые увидев суженого ряженым. Юная работница книжного приняла парня за магазинного воришку: несмотря на жару, он был одет в длиннополое армейское пальто — в складках можно было вынести целый стеллаж. Рэй в те годы — да и до сих пор — остается записным остряком, хохмачом, любителем наивного эпатажа. Сегодня такого, не мудрствуя лукаво, назвали бы фриком. Тогда он числился по разряду фантазеров. И пока, развалившись на диване, мечтал о полетах на Марс, Мэгги изо всех сил колонизировала их семейную планетку. Ее планида была куда скромнее — оплачивать счета.

Она, конечно, поставила на верную лошадку. Но слишком бедную: Брэдбери утверждает, что на школьный выпускной он ходил в костюме дяди, погибшего от рук грабителя: дыры от пули аккуратно заштопали. Да и бурное воображение поначалу не приносило никакого дохода: пробы пера печатались в так называемых фэнзинах (самиздат для любителей фантастики). Возмужав в разгар Великой американской депрессии, он был рад и первому 15-долларовому гонорару за публикацию в бульварном sci-fi листке Super Science Stories. Раз и навсегда решив зарабатывать исключительно литературным трудом, бывший киоскер — Брэдбери пришлось побывать и в этом амплуа — начинает строчить по 52 рассказа в год. Это поточное производство и привело к тому, что некоторые его вещи в конце концов не только прославились на весь мир, но и попали в программу многих школ. Однако реальность зачастую оказывается фантастичнее любой выдумки. Так, совсем недавно некий заботливый отец-христианин пытался запретить «Фаренгейт»: мол, эта книга забита всякими непотребствами, крепкими высказываниями и вообще не для детских умов. «Не можете найти для школьной программы добропорядочную книгу? — заявил он учителям и директору. — Тогда пусть не будет никаких». При этом сам он, естественно, романа не читал...

Звезда № 2193

Последние десятилетия книги Брэдбери можно назвать фантастикой с большой натяжкой. Он либо вспоминает, либо сочиняет что-то наподобие абсурдистского ретро. Самые известные тексты остались в 50-х. И в отличие от современных авторов он пробивался на литературный олимп исключительно благодаря своей печатной машинке «Ай-Би-Эм». Ловкость рук — 120 слов в минуту, — и никаких побочных связей с голливудской машинерией. На тамошней Аллее славы его звезду, безусловно, открыли — но 2193-й по счету. Хотя начинались романы Брэдбери с кинематографом всегда по любви, заканчивались они печально. Главным провалом стал, безусловно, «451 градус по Фаренгейту» в исполнении Франсуа Трюффо. Основоположник французской «новой волны» снял не фильм-предупреждение, а пародию на тогдашний гламур. И сам в итоге признался Брэдбери: «Мне не хватило таланта передать ваши мысли на экране». Писатель, со своей стороны, даже назвал Трюффо трусом, не справившимся с техническим прогрессом в кинематографе: где, мол, механические псы? К слову, сегодня правами на экранизацию классической антиутопии владеет Мел Гибсон. Но Брэдбери — ему хочется видеть в главных ролях Николаса Кейджа и Шона Коннери — относится к идее возможного фильма скептически. «Мел звонил на прошлой неделе, — заявил Брэдбери некоторое время назад. — Обсуждал со мной сценарий. Думаю, дальше разговоров дело не пойдет — он сейчас занят проблемами со своей русской девочкой».

В общем, не кино, а сплошная головная боль. Вспомнить того же Майкла Мура. Услышав название его каннского хита «Фаренгейт 9/11», Брэдбери пришел в ярость. Но судиться с «пиратом» не стал из соображений чистоплотности: мол, не хочу иметь ничего общего ни с картиной, ни с ее создателем. Недавняя экранизация книги «И грянул гром» оказалась в аутсайдерах проката: из 80 миллионов долларов бюджета удалось отбить всего одиннадцать.

Так что сегодня у Брэдбери одна надежда — на Нахапетова. Актер и режиссер впервые обратился к повести «Вино из одуванчиков» еще в 60-х. «Когда Рэй увидел мою еще дипломную работу, — рассказал Нахапетов, — он дал мне полный карт-бланш на новую постановку, свел с агентом. Прочитав второй вариант сценария, Рэй плакал».

Не везет в кино — повезет на ТВ. В течение многих лет на экраны выходит телесериал «Театр Рэя Брэдбери» (доступен на наших кабельных каналах). У самого писателя, кстати, висит на стене огромная плазменная панель — он смотрит комедийный сериал «МЭШ», а однажды и вовсе был застукан в компании «Семейки Осборнов». Казалось бы, странная ТВ-программа для такого яростного противника телевизионной культуры. Но Брэдбери вообще весьма противоречив. Кто-то подсчитал, что он «напророчил» появление семи технических чудес последнего времени — от мобильного телефона до плеера и «умного дома». А сам даже машину не умеет водить. Еще он почем зря костерит Интернет, а сам не прочь потрепаться по скайпу. Презирает комиксы — и благословляет графические версии своих романов. А еще он боится летать и на борт самолета впервые решился подняться только после шестидесяти.

Зато мечтает протянуть еще лет тридцать — чтобы полететь наконец-таки на свой любимый Марс. Или хотя бы быть уверенным, что именно на Красной планете будет покоиться его прах — в банке из-под народного американского супа «Кэмпбелл».

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера