Архив   Авторы  
Президент Пушкинского музея Ирина Антонова и его директор Марина Лошак пытаются найти общий язык

Замена незаменимой
Искусство и культураПрофиль

Марина Лошак: от столичной галереи до федеральной «галеры»



 

Мистически настроенные люди говорят — «произошло чудо». Даже циникам событие, случившееся на днях в ГМИИ им. А. С. Пушкина, кажется невероятным. Ирина Антонова, более полувека возглавлявшая Пушкинский музей, подала в отставку. Российское общество этот факт приняло с не меньшим изумлением, чем католики — недавний уход на покой папы римского. Действительно, ведь люди, ощущающие себя (и почитаемые обществом) великими авторитетами с миссией особого духовного свойства, свой пост понимают как вечное служение. И покидают его, лишь прямиком уходя в мир иной. Или же, в худшем сценарии, их скидывают с пьедесталов возбужденные толпы революционеров-фанатиков. Здесь же, слава богу, все происходит самым любезным образом: Ирина Антонова удаляется добровольно, уступая место более молодой коллеге, которую сама же подобрала себе в преемницы.

Галерист

Если вам еще не знакомо это имя, то в любом справочнике российского арт-мира вы без труда узнаете, что Марина Лошак работала «главным куратором выставок» города Москвы. С июля 2012 года, то есть ровно год, она руководила музейно-выставочным объединением «Столица» (ныне МВО «Манеж»). Оно включает в себя большой выставочный зал «Манеж», недалеко от него расположенный на задах здания Госдумы так называемый малый «Манеж», а также новое обширное экспозиционное помещение в цоколе мухинской скульптуры «Рабочий и колхозница» у бывшей ВДНХ, плюс еще три городских музея. По свидетельствам информированных источников, эта должность начальника ключевых муниципальных выставочных площадок была создана столичным министром культуры г-ном Капковым специально для г-жи Лошак. Год — обычно слишком малый срок для запуска новых программ. Но в случае с Мариной Лошак этого никак не скажешь. Манежные экспозиции она сумела изменить сразу, причем кардинальным образом. Раньше, как известно, здесь демонстрировалось самое официозное, самое ядовитое и худшее из того, что производилось отечественными художниками. Налбандян, Шилов, Глазунов, чьи поделки за пределами СССР не выставлял ни один приличный музей мира, ходили по «Манежу» гоголями, регулярно получая его огромные площади под персональные экспозиции. А в промежутках висели унылые пейзажи, портреты передовиков и кислые производственные картины тысяч безвестных представителей Московского союза художников. Все на одно лицо, все как будто написаны одним несчастным, обделенным вкусом к творчеству и к жизни забулдыгой. В постсоветское время в «Манеже» проходили салоны шуб, ярмарки тяжеловесной буржуазной мебели и третьесортных академических картин «европейских мастеров», чаще всего наглых подделок по баснословным ценам.

Как ко всему этому безобразию относилась г-жа Лошак? Плохо. Без дипломатических экивоков она объявила журналисту Владимиру Раевскому (телепрограмма «За обедом»), что вообще не считает Шилова и компанию искусством. Но не ценит, продолжила она, и радикальные выходки московского авангарда, перформансы неотесанного дикаря Александра Бренера. Поэтому логично, что обновленный «Манеж» открылся персональной выставкой АЕС+Ф — на весь мир известной группы московских живописцев, скульпторов, фотографов и видеоартистов, создающих головокружительные шоу-фэнтези. Красиво, современно, на уровне мировых стандартов и в стороне от политических потрясений российского общества. Такая внеконтекстуальная выставка «неуместной красоты» могла состояться в Нью-Йорке или в Гонконге. В аналогичном духе самоценного шоу этой весной прошла в «Манеже» и выставка-инсталляция талантливейшей российской художницы Ирины Кориной. Всегда внимательная к жизни маргиналов, гастарбайтеров, челноков, Корина — возможно, угадывая настроения куратора — сделала нечто неопределенно-лирическое: карусель с пионерским костерком, смутно напоминающую фильм «Раба любви». Следующим в очереди на персональную выставку в «Манеже» стоит Александр Бродский — самый яркий и оригинальный российский архитектор с мировой известностью. Вообще словосочетание «мировой уровень» очень часто мелькает в заявлениях Марины Лошак. Оно касается как отбора на выставки лучших, апробированных международными экспертами современных художников, так и приемов экспонирования и в целом логистики функционирования культурных институций.

Никакие идеи «отдельного пути» национальной культуры, никакие темы «местных традиций» восприятия искусства и локальных вкусов нашей публики не окрашивают риторику г-жи Лошак. Она соотносит свою деятельность не с воображаемым «народом», а, как она ясно выразилась в одном интервью, исключительно с самой собой. Поэтому Лошак не стала готовить московскую публику к переменам показами разжиженного, как протертый суп, компромиссного модернизма, а сразу с места в карьер запустила линейку лучших игроков. «Но позвольте, как же тогда оценивать выставку «оттепельного» академического искусства 1960-х годов, с о-о-очень сомнительным набором авторов и работ, которую Лошак организовала в малом «Манеже»? — спросит придирчивый критик. — А как прикажете трактовать Музей советского дизайна с показом всех этих до тошноты знакомых «Москвичей» и холодильников ЗИЛ, который Лошак инициировала в большом «Манеже»?» Отвечу — сегодня повсеместно, от Японии до Канады, такая вот мода. Все — миром — ностальгируют по прогрессивно-наивным 1960-м годам. И Лошак именно такому варианту ностальгии по обновленным демократическим формам быта 50—60-х дает пищу, а вовсе не слезным стенаниям по утраченной империи и артефактам державной политики. Она — естественный западник, «либерал», по собственному признанию. Этим мироощущением Марина Лошак обязана во многом месту своего рождения — городу Одессе, порто-франко, где советское гетто щелкой приоткрывалось в свободный мир.

Нет сомнения, что ориентация на современное, лучшее и универсально-конвертируемое была усилена в г-же Лошак многолетней работой собирателем коллекции банка «СБС-Агро». Руководство банка давало своему сотруднику полную свободу с тем лишь непременным условием, чтобы объект коллекционирования имел ясные перспективы капитализации в международном масштабе. Таким видом арт-объектов прежде всего являются произведения исторического русского авангарда 1910—1920-х годов. Неудивительно, что в 2007 году Марина Лошак в сотрудничестве с Марией Салиной открывает на площадке молодого российского новаторского искусства «Винзавод» галерею «Проун». Название, заимствованное из произведений Эль Лисицкого, ясно указывало ее ориентацию. В этом скромном пространстве она провела ряд интереснейших выставок, университетскому исследовательскому духу которых мог бы позавидовать не один западноевропейский музей.

Разумеется, едва лишь слух о галеристском прошлом г-жи Лошак достиг ушей «истинных ценителей прекрасного», которые гнушаются заглянуть на «Винзавод» (одно, мол, название чего стоит!) и вообще полагают, что искусство не совместимо с понятием «товар», как на новоназначенного директора обрушился в Интернете поток оскорблений и издевок. Вот, полюбуйтесь, до чего докатились — «торговку авангардом с Курского вокзала» ставим во главе великого храма искусств. Но, друзья мои, ваши инвективы выдают полную неосведомленность, дикую наивность провинциалов. На мировом культурном олимпе едва ли не каждый второй руководитель музея имеет за спиной опыт работы в художественной галерее. Не университет и не арт-лицей способны обучить будущего музейщика взаимодействию с публикой, каждодневному общению с художниками, навыкам сочинения выставочных программ и концепций, наконец, близкому, «телесному» общению с произведением. Стандартный путь музейщика мирового уровня — это прямое и возвратное перемещение из разогретого пространства частных институций, мастерских художников, публичных диспутов, острой художественной критики в ледяные сферы официозных учреждений культуры. И Марина этот путь прошла, не убоявшись его обнародовать в официальном релизе и еще сопроводив уточнением, что ее хобби — коллекционирование наивного искусства и дамских шляпок (снова взрыв хохота и улюлюканий). Таким образом, Пушкинский музей в качестве нового руководителя уже 10 июля получает смелого и решительного эксперта со вкусом к активной международной выставочной деятельности и к собирательству самых разных форм и видов искусства.

Менеджер

Между тем нет ничего более чуждого российскому музейному сообществу, чем такой вот тип инициативного куратора и коллекционера. В СССР — России сложилась практика понимать музей в качестве хранилища чужих, краденых, не им выбранных и честно приобретенных вещей. Какой ни возьми, все наши музеи напичканы произведениями, к приобретению которых коллектив сотрудников не имеет никакого отношения. Они реквизированы государством у собственных граждан, объявленных врагами народа. На этот пласт революционных экспроприаций лег массивный слой захваченных военных трофеев, которые Красная армия привозила с обширных земель Восточной Европы и сваливала по распоряжениям начальства без разбора типа, характера и ценности вещей. Затем последовал своз коллекций из закрываемых музеев, объявленных неперспективными. Ближе к нашему времени пошли дары художников и коллекционеров. В итоге крайне немногочисленный корпус наших музеев до краев и сверх меры переполнен гигантским объемом произведений, которые он не имеет силы не то что экспонировать, а даже с должным тщанием хранить. Нет ни денег, ни пространств, ни достаточного количества классных специалистов. В Пушкинском музее это наводнение чужими вещами приняло катастрофические размеры уже в 1940-е годы, и до сих пор проблема не решена.

О каком кураторстве и собирательстве в таких условиях может идти речь? Не выяснена даже стартовая установка собирательства, а именно характер, существо и границы коллекции. Что именно должен собирать ГМИИ им. А. С. Пушкина? Египет или постимпрессионизм? Это музей древнего, старого или новейшего западного искусства? Никто не даст вам ответа — ни министр, ни весь коллектив, ни даже сама г-жа Антонова. Поэтому главным действующим лицом российского музея выступает не куратор и не собиратель, не ученый, а — хранитель, который в силу ужасающей бедности возможностей и оборудования имеет тенденцию превращаться в обычного кладовщика. Да, этим людям надо выразить искреннюю признательность. Вместо того чтобы плюнуть на устроенный государством бардак и уйти в веселые профессии арт-менеджмента, они как маньяки берегут сокровища, которые объявлены не национальным достоянием, а, заметьте, государственной собственностью. Хотим даем — хотим отнимаем, передаем в другие музеи, забираем повисеть на госдаче, а можем и вовсе передарить какому-нибудь высокому иностранному гостю. Не вашего ума дело! Таковы были прелестные вассальские правила общения кремлевских начальников с хранителями советских музеев. Они и по сей день не слишком поменялись. Ирина Антонова освоила эти правила в самые страшные времена вместе с многочисленными коллегами, которых этот большевистский мачизм раздавил. Сколько раз по указанию вождей она была вынуждена изворачиваться перед лицом международного музейного сообщества, говоря о судьбе Шлимановской коллекции! Ну как тут не вспомнить про некрасовскую бабу — «величавую славянку» «с красивою силой в движеньях, с походкой, со взглядом цариц»? Г-жа Антонова воплощает редкий тип русской «железной», лучше сказать — властной женщины, слова, облик, взгляд которой заставляют самоуверенных бугаев-начальников без видимой причины робеть и ощущать себя двоечниками и разгильдяями.

Ирина Антонова не имела, конечно, возможностей в корне переломить ситуацию. Но ее внешняя неприступность и жесткость (в сочетании с готовностью к сотрудничеству) сделали из Пушкинского музея особую территорию, где, по ее же собственным словам, «что-то случалось, что не позволялось в ином месте». Здесь показывали невероятные по советским понятиям выставки, которые, как корабли, прибывали к нам с Запада. Пушкинский музей был нашим культурным порто-франко, художественной «Одессой», куда еще в 1970-е годы устремлялась в своих мечтах юная одесситка Марина Лошак.

Ее университеты

Марина Девовна Лошак окончила Одесский университет по специальности «классическая филология». Работала в Одесском государственном литературном музее. В 1990-1991 годах работала в Государственном музее Владимира Маяковского в Москве. Была куратором коллекции банка «Столичный» («СБС-Агро»). С 1991 года — сооснователь (вместе с художницей Еленой Языковой и куратором Любовью Шакс) галереи предметов городской культуры «Роза Азора». В 2003 году стала директором Московского центра искусств на Неглинной, где организовала несколько выставок русского авангарда. В 2005-2007 годах работала директором Tatintsian Gallery, основанной нью-йоркским галеристом Гари Татинцяном. С 2007 года — сооснователь, арт-директор и совладелец (вместе с коллекционером Марией Салиной) галереи «Проун» на «Винзаводе».  С 2012 года — арт-директор Музейно-выставочного объединения «Манеж», в состав которого входят выставочные залы «Манеж», «Новый Манеж», «Рабочий и колхозница», «Домик Чехова», Музей-мастерская народного художника СССР Дмитрия Налбандяна и Музей Вадима Сидура. 1 июля 2013 года объявлено о назначении Марины Лошак директором Государственного музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина.

Муж Марины Девовны, Виктор Лошак, — известный журналист, возглавлял «Московские новости», долгое время был главным редактором «Огонька», ныне входит в руководство ИД «Коммерсантъ». Их дочь Анна — журналист, телеведущая.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера