Динара Алиева родилась в Баку. Еще будучи выпускницей консерватории уверенно заявила о своем таланте, спев заглавные партии ни много ни мало в "Богеме" Пуччини и "Трубадуре" Верди на сцене Азербайджанской национальной оперы. Выступала с Денисом Мацуевым, сначала в Баку, потом на его фестивале CRESCENDO в разных городах России и во Франции. Сегодня за плечами певицы уже и сольные концерты в Москве, и выступления с Федосеевым, Спиваковым. И вот новая ступень: гастроли в Италии с маэстро Темиркановым и симфоническим оркестром Петербургской филармонии. Алиева уверенно покорила оперную державу. А по возвращении встретилась с корреспондентом "Итогов"
- Выступать на родине оперы, в Италии, и где-то еще - разница большая?
- Конечно. Тем более если это концерты в таких знаковых местах, как вилла Пуччини в тосканском местечке Торре-дель-Лаго, где композитор создал свои "Мадам Баттерфляй", "Тоску", "Богему". Разумеется, там особая энергетика. Однако новая сцена построена в модном, хайтековском стиле, и многие акустические нюансы не совсем продуманы. Но итальянцы принимали восторженно! А другой концерт проходил в Сиене, на Пьяццо-дель-Кампо. Вот где настоящая древность. Даже гримерка с маэстро Темиркановым у нас была в часовне. Работать с Юрием Хатуевичем - большая честь. Он прекрасно чувствует певца, с ним поешь свободно, как дышишь.
- От итальянцев трудно дождаться похвал. А тут - "новая Каллас", "новая Тебальди"... Уверен, итальянцы отдают должное пению. Но правда ли, что сегодня внешние данные начинают играть не меньшую роль, чем вокал?
- Возможно, есть у меня с Каллас что-то общее во внешности... Но главное - постоянно совершенствовать вокальное мастерство. На современной оперной сцене внешность оценивают высоко. Но есть тут и свой резон. Ведь почти все партии написаны для героинь 18-19 лет. И если поет певица в возрасте и внушительных габаритов - это не совсем убедительно.
- Бытует мнение, что габариты необходимы как "подпорка" для голоса.
- Верно, для дыхания. Но есть разные вокальные школы: американская, русская, европейская, в которой, в свою очередь, также отличаются манерами воспитанники Германии, Италии… Разница - в подаче звука. И современному певцу надо уметь настолько владеть голосом, чтобы приспособиться к требованиям разных традиций. Все эти новые тенденции мне помогает освоить замечательный педагог Светлана Нестеренко. Она уже воспитала целую плеяду певцов, представляющих сегодня отечественную школу на лучших сценах мира. В их числе Марина Мещерякова, Александр Виноградов, Марина Зятькова. После концерта, когда выкладываешься по полной, безумно хочется есть. И тут главное не пойти у себя на поводу. А еще важно не нервничать, быть спокойной. Нервы - это главное, из-за чего можно сорвать голос.
- А если в зале плохая акустика? Не волнуетесь?
- Акустика - это важно. Тут главное не форсировать, не пытаться "прозвучать" во что бы то ни стало. Ведь в отличие от эстрадников у нас нет микрофонов. И ты не знаешь, как тебя слышно в зале. Вот я пела на прослушивании в "Ла Скала" и была потрясена, как они сохранили после реконструкции свою знаменитую акустику.
- Вы работали с Темиркановым, Федосеевым, Спиваковым. И с молодым Мацуевым. Есть какая-то разница?
- Это великие музыканты, наблюдая за их работой, приобретаешь колоссальный опыт. А вообще концерты с такими артистами экстра-класса приносят невероятное удовольствие! С Мацуевым мы помимо классики пели и джаз, и Денис просто покорил своим мощнейшим джазовым драйвом. Уметь держать публику очень важно для артиста. Увлечь аудиторию и быть раскованной на сцене мне, похоже, удавалось и в Баку, и в Европе, и в Москве, где мои сольные выступления проходили в Доме музыки и в консерватории. А ведь московская публика очень взыскательная…
- Критики порой пишут, что оперный рынок поделен и таланту трудно пробиться. Ваш случай - исключение?
- Конечно, нужна поддержка. Но если есть талант, харизма и удача - тобой непременно заинтересуются. Думаю, куда большая проблема - режиссерский эгоцентризм.
- Скандальные постановки?
- Уверена, многие молодые ко мне бы присоединились! Модернизация классики часто убивает ее дух. Современная постановка может быть хороша, если изменить эпоху, обновить костюмы. Но когда ломают традицию, когда Хозе - пациент психиатрической больницы, это противоречит изначальному замыслу!
- Зато такой проект проще протолкнуть?
- Увы. Но если певец выходит на определенный уровень, он уже может блюсти свои интересы, отказываться от подобных предложений. И мне однажды пришлось немного "подыграть" - исполнить партию Микаэлы, которая была полицейским, а не крестьянской девушкой. Это далеко не верх режиссерского абсурда, но все равно больше на такое не пойду. Будем надеяться, что традиции в оперу еще вернутся.
