Архив   Авторы  

Годность и предубеждение
Искусство и культураСпецпроект

От культового авангардного "Воццека" в Большом ждали скандала. И дождались - только со знаком плюс



 

Эта история - чистая правда: настоящий Иоганн Кристиан Войцек был казнен в Лейпциге за убийство жены, совершенное из ревности. Случай с немецкой дотошностью изучался психиатром, отчет которого попал на страницы специализированного издания, и там его прочитал будущий автор пьесы Георг Бюхнер. Пьесу он написал в 1836 году, но она стала востребованной, лишь когда в Европе отчетливо запахло порохом. Тогда уже ее увидел молодой композитор Альбан Берг. Он выточил из пьесы отличное либретто и написал великую оперу. Это случилось в 1921-м, с тех пор его признали "виднейшим представителем экспрессионизма в музыке", а "Воццек" стал обязательным репертуаром всех серьезных оперных театров.

В нашей стране Берга и его ­музыку числили по разделу "абстракцистов и пидарасов", потому ставили его единственный раз еще в конце двадцатых годов в Ленинграде, и то ненадолго. Это, собственно, предыстория. А история делалась в Большом театре, и на кону, выходит, была громадная ставка.

Похожее ожидание грозы было три года назад, когда Большой обзаводился новой версией "Евгения Онегина", но сейчас все складывалось гораздо жестче. Мало того что на место в афише очень консервативного театра метит классика авангарда ХХ века, это еще и первая премьера при Леониде Десятникове, новом художественном руководителе Большого. Промах давал бы повод если не к очередному классическому "Борису Годунову", то к ограничению полномочий. Пан или пропал.

Театр ощерился, передовые умы труппы в канун премьеры сами себя поддерживали в умильном тоне: мы, мол, справились, а кто не поймет - его проблемы. К тому же уровень ответственности был двойной. С одной стороны, раз никаких "воццеков" у нас прежде не видели, можно было сделать добротную постановку для upper middle class и протестировать публику Большого театра, готова ли она ее воспринять. С другой - оба главных творца премьеры, режиссер Дмитрий Черняков и дирижер Теодор Курентзис, не могли себе этого позволить как раз потому, что дорожат своим именем в мировой оперной элите. Просветительской постановкой они бы поставили его под сомнение, разочаровав слетевшихся на премьеру продюсеров и фестивальных интендантов. Вообще-то даже за это им стоило бы сказать спасибо, все-таки поют не бояре в шубах, а ­завсегдатаи бара в джинсах. Да и предаться аскетизму в доме, где любят большой стиль, уже поступок. Но они пошли до конца и сделали талантливый спектакль. Он получился глубже и тоньше средневзвешенного мирового "Воццека", если можно себе такого представить.

Триллер и хоррор: два в одном

Фурор, скандал, революция - все ожидания оправдались, да еще и со знаком плюс. Сценографически Черняков скрестил театральный прием - населенный персонажами вертикальный срез жилого дома - с кинематографическим: черное поле фокусирует изображение в рамки одной квартиры (бара), а затем сжимает его до точки и открывает другое. Режиссерски, на уровне идеи, он перевел считавшуюся пацифистской или в лучшем случае социальной оперу в пространство экзистенциальной драмы. Три акта по пять картин, никаких антрактов, полтора часа непрерывного нагнетания ужаса. Триллер и хоррор, два в одном, но за ними, как ни давись скепсисом, театральный психологизм очень трепетного на самом деле черняковского разлива. Согласно сюжету есть денщик Воццек, читающий ему морали ханжа Капитан и ставящий на нем эксперименты жуткий Доктор. Есть подруга Воццека Мари, она же беспутная мать его ребенка. Запутавшийся в этих трех соснах главный герой в приступе ревности-помешательства убивает Мари и гибнет сам. Черняков уверен, что ревность тут вообще ни при чем, это чувство для Воццека слишком мелко. Мари для его героя - иллюзия связи с миром. А Воццек на самом деле - типичный Другой.

Думая так, Черняков не грешит против либретто. Для Воццека "человек - это бездна, заглянешь - и голова кругом", и ему приходится выживать в пространстве, где "бессмертная душа воняет водкой". Первая же сцена представления Воццека и Капитана выстроена по лучшим образцам армейской тупости. С Доктором тоже не все очевидно: Воццек - добровольная жертва эксперимента, получающая за это деньги. Что вообще-то жуткая реальность сегодняшнего дня, от которой стынет кровь. Потому имена героев "Капитан" и "Доктор" закавычены, режиссеру нужна дистанция от простодушного оперного "называния" в пользу обобществления зла. Ровно за тем же, чтобы повнимательнее разобраться с источником зла, Черняков микширует социальную тему. У всех героев вне службы обыкновенные мужские двойки, они ходят в один бар с трансляцией бесконечного матча на громадном экране, где тусит обыкновеннейшая публика в джинсах.

Точное попадание - приглашение на заглавную роль австрийца Георга Нигля. Да простят меня патриоты, адекватной замены в Большом ему нет. Круглоголовый, круглоглазый, хорошо сложенный обыкновенный человек очень похож на соседа по лестничной площадке или попутчика в метро: его отменная вокальная школа и выверенность игры вылепили образцово заурядного героя, на свою беду задумавшегося о жизни. При этом не он странноват, а жизнь странновата. Рядом с ним чуть проще смотрелись другие исполнители, даже бойкая Мари - Марди Байерс, сопрано с хорошим диапазоном. И, конечно, выше всяких похвал оркестр Большого театра с маэстро Теодором Курентзисом. Честно говоря, не чаяли, что справятся, тем более так ярко, точно и артистично. Технические и стилистические сложности как будто остались за скобками, энергетика из оркестровой ямы хватала за горло, так что музыка сама по себе развивала драму до жуткого, раздавливающего crescendo после сцены убийства Мари. Выяснилось, что Курентзис, который еще недавно так самозабвенно ковырялся в форшлагах барокко, не только сам отвечает мировому стандарту стилистической гибкости, но и умеет увлечь ею оркестр. Который, надо отдать должное, в последние сезоны иногда звучал по-европейски - но не в таком ошеломляющем масштабе.

Яволь, капитан

Может, оттого, что "Воццек" исполнялся на языке оригинала, общечеловеческий кризис гуманности обрел отсылки на что-то специфично немецкое, обостренное первыми же репликами jawohl, Hauptmann. Есть, конечно, закономерность в том, что опера появилась на свет в Германии между двумя мировыми войнами, оставившими вопрос, можно ли после кошмара заниматься искусством. Однако с тех пор пацифизм не приемлет не просто войну, а войну всех против всех, а к понятию "социальная драма" накрепко прилипла добавка "вульгарная". В Большом на самом деле произошла революция. В какой-то мере "Воццек" продолжил того самого "Онегина" Чернякова - в смысле не столько следования авторским идеям, сколько поиска в нем важных сегодня тем. Новый спектакль можно также рассматривать и как русское обживание концептуального пространства немецкого театра, где есть и "Карьера Артуро Уи" Хайнера Мюллера, и "Аллея космонавтов" Саши Вальц. Но нет тонкого психологизма, каким может гордиться новый "Воццек".

А вот предубеждение, что "Воццек" способен расстроить психику, вместо того чтобы подарить гармонию, как "нормальная" опера, не выдерживает проверки здравым смыслом. Конечно, зритель ходит в оперу за разным, и за поиском гармонии в том числе. Но уже пора распознать два источника неприязни к атональной музыки - наивное стремление человека к понятным радостям и остатки сконструированных тиранами правил. Тираны не любили атональную оперу - ни в Германии, где она впервые прозвучала, ни в России, где ее 82 года не ставили. Новый "Воццек" Большого сделал атональность гармоничной, с чем его можно и нужно поздравить. Похоже, он теперь действительно не сможет "есть бобы, брить капитана, не кашлять и пестовать свою манию", как советовал Воццеку плохой Доктор.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера