В галерее «Дом Нащокина» открылась выставка живописи знаменитой «русской кубистки» Надежды Удальцовой и ее мужа Александра Древина. Это редкая возможность увидеть творчество знаменитых супругов одновременно. Вместе они выставляли свои работы лишь дважды: в 1928 году в Русском музее и в 1934 году в Армении. Позже, когда в 1938 году Древин был арестован, о выставках пришлось забыть.
В 1940-е годы Александр Родченко писал жене: «Был у Удальцовой, показывала живопись. Жалко, что не видела ты, очень хорошая». Ту живопись вообще мало кто видел. Во-первых, жизнь жены репрессированного не располагала к излишней открытости. О том, что муж был расстрелян в феврале 1938 года, спустя чуть больше месяца после ареста, художница не знала долгое время. Несмотря на расстрел, еще и двумя годами позже у нее принимают прошения с ходатайством о пересмотре дела Древина, равно как и передачи для него в Таганскую тюрьму. Если вспомнить, что в 1918 году был расстрелян большевиками отец Удальцовой, и то, что она осталась одна с сыном, осторожность Надежды Андреевны выглядит вполне естественной. Впрочем, не только антисоветскими, но и нонконформистскими счесть ее работы вряд ли было возможно. Прославленная «русская кубистка», учившаяся когда-то в Париже у Ле Фоконье и Метценже, энергично участвовавшая в дискуссиях супрематистов о путях нового искусства, после в 1930-1940-х возвращается к пейзажам, вполне реалистическим портретам и натюрмортам в духе Матисса. Впрочем, и отсылки к Матиссу выглядели в 1930-е достаточной причиной для обвинений в формализме. Да и после войны Удальцовой досталось в кампанию борьбы с формализмом и космополитизмом. Когда же наследие Серебряного века было открыто заново, возвращение Удальцовой к фигуративной живописи многие склонны были считать уступкой времени. И в этом была вторая причина, почему эти работы не привлекали внимание даже в начале 2000-х годов, когда выставка «Амазонки авангарда», где были и ранние работы Удальцовой, триумфально проехала по музеям Европы и США.
Меж тем при взгляде на экспозицию можно предположить, что эволюция и Удальцовой, и Древина не была лишь вынужденной уступкой эпохе. Хотя и компромиссы, разумеется, были. «Подражание уже существующим формам», о котором в 1917 году художница писала не без презрения в письме к Малевичу, похоже, становится последним ее убежищем в лихую годину. Возможно также, что «новые формы жизни» оказались столь мало пригодными для человеческого обитания, что традиционные формы искусства обрели новый смысл. Хотя бы упорной верности мастерству, а не идеологии. На выставке можно увидеть знаменитых «Купальщиц» (1930) Древина. Если они и похожи на нимф, то вовлеченных в природную мистерию. На полотно «Сухая береза» (1929) пейзаж выплескивается бурей красок и страстей. Рядом - поздние картины Удальцовой. Например, великолепная «Обнаженная» конца 1930-х годов, где скульптурная выразительность формы чудом соединяется с изменчивостью, подвижностью живого тела. Или - пейзаж «На террасе», написанный в 1959-м маслом стремительно, будто быстро сохнущей акварелью. В основном это работы из частных собраний. С 5 февраля к ним добавятся картины из коллекции Третьяковской галереи. Выставка продлится до 25 февраля.
