Архив   Авторы  
Константин Корищенко (справа) и председатель совета директоров ФК "Уралсиб" Николай Цветков на Дне банкира 2008

Золотая осень
Дело

Президент ММВБ Константин Корищенко: "Сегодня российский рынок является номером один в мире по темпам роста"

 

Политики и финансисты забили тревогу: мировые биржи слишком резво выходят из кризиса. Стоимость сырья и фондовых индексов чуть ли не ежедневно штурмует новые высоты. Не означает ли это надувание нового "пузыря", который рано или поздно спровоцирует новый кризис? О рисках посткризисного восстановления и месте российского рынка в этом "осеннем марафоне" в интервью "Итогам" рассказал президент Московской межбанковской валютной биржи Константин Корищенко.

- Константин Николаевич, судя по тому, как растут фондовые индексы и цены на нефть, нынешняя осень выдалась поистине золотой. Хотя есть версия, что этот блеск обманчив, что ситуация в любой момент может измениться. Как вы считаете, обоснован оптимизм биржевых игроков?

- Мне кажется, романтиков на финансовом рынке давно уже не осталось. Инвесторов становится все меньше, а спекулянтов все больше. И спекулянтам совершенно не важно, насколько устойчивы изменения, главное, чтобы они вообще были. Причем все равно, в какую сторону: деньги можно зарабатывать как на растущих, так и на падающих рынках. Так что не думаю, что сегодняшняя ситуация - следствие чьего-то оптимизма. Это просто демонстрируемая спекулянтами, своего рода увеличительным стеклом, тенденция, которая сложилась на рынке.

- Насколько продолжительным может быть этот тренд?

- Думаю, такого продолжительного позитивного тренда, как тот, что начался примерно в 2002 году и продолжался до 2008-го, у нас уже не будет. Во всяком случае, в обозримом будущем.

- Почему?

Существуют разные оценки того, что было движущей силой того тренда. Тут можно указать и события 11 сентября 2001 года, повлекшие за собой противостояние между США и частью исламского мира, что вызвало рост цен на энергоносители; и растущий госдолг Соединенных Штатов; и политику дешевых денег, которую проводили ведущие центробанки мира... В любом случае этот "золотой век" был достаточно уникальным сочетанием целого ряда факторов. Считать, что оно повторится, было бы слишком опрометчиво.

- Некоторые аналитики полагают, что экономические циклы вообще становятся короче. История, так сказать, ускоряет свой бег.

Если согласиться с этой логикой, то, значит, нужно признать, что мы приближаемся к какому-то еще более серьезному кризису через цепочку маленьких.

- Вы соглашаетесь?

- Нет, я как раз так не считаю. Если что и ускоряется, так это смена зон стагнации и роста. Нельзя воспринимать мировую экономику как единое целое. Несмотря на глобализацию, она по-прежнему состоит из множества экономик, каждая из которых имеет свои особенности. Говоря сегодня о мировом кризисе, мы на самом деле имеем в виду кризис англосаксонской модели с ее бурно развивавшимся в последние годы финансовым рынком. Долгие годы именно США и Великобритания были зоной стабильности и роста, но сейчас эти страны вступили в полосу фундаментальных проблем. Возможно, для этой модели кризисы действительно будут учащаться и углубляться. Но другая часть мировой экономики будет, напротив, расти более быстрыми темпами. Еще Ленин писал о неравномерности развития капиталистических стран, и в этом отношении мало что изменилось: кто-то вырывается вперед, кто-то отстает, потом происходит смена лидера.

- Какие страны войдут в новую зону роста?

Думаю, это развивающиеся страны Азии и Латинской Америки и континентальная Европа. В том числе  Россия.

- Перспективы выглядят обнадеживающе. Однако поводов для беспокойства пока, пожалуй, больше. Ряд экспертов видят угрозу в состоянии банковского сектора. Некоторые даже полагают, что вторая волна кризиса, вызванная ростом "плохих" долгов, или уже началась, или вот-вот начнется.

Проблема "плохих" долгов  это, конечно, важный фактор состояния экономики. Но сегодня она стоит далеко не так остро, как год назад. Больным местом тогда были маржин-коллы, вызванные падением стоимости залогов  финансовых активов либо недвижимости. Сегодня ситуация прямо противоположная: стоимость активов, находящихся в залоге, резко выросла, кредиты обеспечены с избытком. Еще одна проблема осени 2008 года состояла в отсутствии возможности рефинансирования кредитов. Но за год государство смогло создать механизмы, позволяющие рефинансировать значительную часть задолженности экономики. В общем, говорить о второй волне кризиса  по крайней мере по этим основаниям, - мне кажется, не приходится.

- Насколько наши фондовые индексы соответствуют сегодня состоянию реальной экономики?

Могу сравнить нашу нынешнюю ситуацию с тем, что было, к примеру, в 2006 году. Тогда нефть стоила около 70 долларов за баррель, доллар  2728 рублей, а индекс ММВБ находился в диапазоне 1300-1350. То есть ситуация повторяется. А это говорит о том, что фондовые индексы связаны с очень небольшим количеством параметров, наиболее существенные из которых  цены на нефть и курс рубля.

- В свое время многие ваши коллеги с опаской смотрели на бурный рост капитализации российских активов, считая это явление не вполне здоровым и чреватым резким "сдутием" в случае изменения конъюнктуры. И эти опасения в общем-то подтвердились. Не пришла ли пора вновь задуматься о качестве роста?

- Абсолютно устойчивое состояние может быть достигнуто только за счет полной диверсификации экономики. Конечно, у нас здесь все далеко не идеально. Но, пожалуй, не смогу назвать ни одну экономику, которая на сто процентов отвечала бы этому требованию. Кто-то зависит от сырья, кто-то - от финансового рынка, кто-то - от производства ширпотреба, кто-то - от высокотехнологичного сектора. Не стоит показывать на Россию пальцем: масштабы падения наших фондовых индексов вполне сопоставимы с тем, что происходило на других биржах. А сегодня российский рынок является номером один в мире по темпам роста. Да, он более подвержен спекулятивным колебаниям. Отчасти это, конечно, связано с тем, что очень многие компании-эмитенты зависят от цен на сырье. Но основная проблема все-таки в структуре инвесторов. От других стран мы отличаемся очень маленькой долей долгосрочных инвесторов.

- В чем причина такого положения?

- У нас все еще не развиты системы долгосрочных коллективных сбережений, такие как пенсионные и инвестиционные фонды. Основная масса участников российского фондового рынка - это либо население, являющееся, как правило, спекулятивно настроенным игроком, либо международные фонды. Иностранцы в принципе могут быть и долгосрочными инвесторами. Но они очень сильно подвержены влиянию мировой конъюнктуры. Кроме того, они стараются выдерживать равные пропорции инвестирования. Поэтому даже рынки, чувствующие себя достаточно уверенно, рано или поздно становятся жертвами "выравнивания": активы начинают распродаваться только потому, что упал фондовый рынок в какой-то другой, "проблемной" стране.

- Продолжу тему: министр финансов Великобритании на недавнем "финансовом саммите" G20 одной из главных проблем назвал необоснованный рост цен на рынке активов. И с ним согласны многие аналитики: надуваются новые "пузыри". Особое внимание обращается при этом на развивающиеся рынки, не в последнюю очередь - на российский. Обоснованные опасения?

У этой проблемы несколько аспектов. Во-первых, практически все развитые страны имеют сегодня очень низкий уровень процентной ставки. В развивающихся же, как правило, ставки более высоки. Эта разница, процентный дифференциал, создает предпосылки для так называемой carry trade  операции, при которой денежные заимствования, сделанные в одной валюте, инвестируются в другую, с более высокими ставками. И второе: денежно-кредитная и бюджетная политика развитых стран создает высокие риски обесценения их валют. В результате инвесторы пытаются найти безопасные с их точки зрения активы и обращаются то к недвижимости, то к нефти, то к золоту, то к каким-то другим, как правило, сырьевым товарам, имеющим независимую внутреннюю стоимость. То есть к таким, количество которых невозможно резко увеличить в короткие сроки. Соответственно, достаточно быстро растут стоимость самих этих активов и капитализация компаний, связанных с их производством. Является ли все это надуванием спекулятивных "пузырей" или же естественной реакцией инвесторов на не очень, мягко говоря, осторожную финансовую политику стран Запада?.. Трудно пока сказать.

- Все-таки согласитесь, что подобное поведение не лучшая характеристика "безопасности" активов. Ажиотажный спрос - один из признаков зреющего "пузыря".

Инвесторы стремятся вкладываться в активы, которые обещают высокий доход. Но естественным ограничением такого рода процесса всегда являлась стоимость денег: в большинстве случаев инвестируются заемные средства. Если стоимость денег достаточно высока, аппетит к риску резко снижается. И наоборот.

- Тот же глава британского минфина хочет найти и другие ограничители, ратуя за разработку методики контроля за ценами на активы. Разумная идея?

- Экономическая теория гласит, что любая попытка регулировать цену бессмысленна. Если цена неадекватна, значит, что-то не в порядке либо со спросом, либо с предложением. В данном случае проблема на стороне спроса: избыточное количество денег создает постоянное ценовое давление, толкая вверх то один, то другой актив. Лечить эту болезнь следует не замораживанием цен, а ограничением денежной эмиссии.

- Ну а что делать "жертвам" эмиссии? Бразилия в прошлом месяце ввела двухпроцентный налог на приходящие в страну краткосрочные иностранные инвестиции. Интересное ноу-хау?

- Ну, во-первых, это не ноу-хау, а давно известный механизм. Еще в начале 70-х американский экономист Джеймс Тобин предложил ввести налог на операции с иностранными валютами - с целью ограничения трансграничных спекуляций. И в некоторых странах, например в Чили, эта идея, известная как "налог Тобина", была реализована. Есть, впрочем, и масса других форм контроля за движением капитала. Ничего страшного в этом, в принципе, нет. Даже в либеральнейшем Евросоюзе существует норма, разрешающая вводить при необходимости меры валютного регулирования. А у нас, напомню, они применялись вплоть до 2006 года, в последнее время - в виде так называемых резервных счетов.

- Так, может, пришла пора повторить тот опыт?

Есть два противоречащих друг другу, но, тем не менее, в равной степени справедливых утверждения. Первое: либеральное движение денег стимулирует развитие рынков. И второе: либеральное движение денег стимулирует создание спекулятивных пузырей. Еще 10 лет назад в мире доминировала первая идея. Но произошел кризис, и сегодня все чаще исходят из второго утверждения. Не исключаю, что оно окончательно овладеет умами, и страны мира одна за другой, в том числе и Россия, встанут на путь валютного регулирования. Но нужно, во-первых, понимать, что любое лекарство имеет побочный эффект. А во-вторых, валютный контроль не решит проблемы. Это лишь сдерживающий фактор, подсыпание, образно говоря, песочка в шестеренки. Защитить свой рынок от спекулятивных колебаний вы с помощью таких мер не сможете. Это доказывает пример Китая: несмотря на жесткие капитальные ограничения, с началом кризиса фондовый рынок там упал так же, как и везде.

- Однако китайская экономика не только не упала, но и продолжила быстро расти.

- Динамика биржевых индексов и динамика ВВП - это все-таки разные вещи. Что касается фондового рынка Китая, то особых отличий в его поведении, повторяю, не было. Если же рассматривать китайскую экономику в целом, то не нужно забывать, что она наполовину, а то и на три четверти плановая. Рассуждать о ней в рыночных терминах, мягко говоря, не совсем корректно.

- Вернемся к российскому фондовому рынку: председатель правления Национальной ассоциации участников фондового рынка Алексей Тимофеев заявил, что кризис практически не повлиял на его развитие, что перед нами стоят все те же проблемы, которые решаются "с прежней скоростью и эффективностью". Согласны с такой оценкой?

Фондовый рынок  очень широкое понятие. Скажем, в рамках Группы ММВБ появилось за этот год очень много нового  начиная от принятия стратегии и заканчивая разного рода технологическими проектами. Но я согласен с тем, что наш рынок нуждается в серьезном нормативном совершенствовании. У нас остались проблемы, связанные с регулированием торговли, по-прежнему нет законов о клиринге и центральном депозитарии. Слава богу, потихоньку решаются проблемы, связанные с инсайдом и с налогообложением... В общем, кризис, если так можно выразиться, оказался нейтральным к процессу нормотворчества. Не замедлил, но и не ускорил его.

- В рейтинге мировых финансовых центров Всемирного экономического форума Россия за последний год опустилась на 4 позиции, с 36-й на 40‑ю, заняв место между Польшей и Венгрией. Вас не беспокоит этот факт?

Нет, абсолютно не беспокоит. Подобные рейтинги напоминают мне одну известную детскую игру. Один просит другого назвать число. Ему отвечают: "Три". "А у меня четыре  я выиграл". То есть результаты просто подгоняются под заданную планку. При желании можно назвать крупным финансовым центром даже Науру, Виргинские острова или еще какой-нибудь офшор  если взять в качестве критерия количество зарегистрированных компаний или число транзакций. Но никто ведь не станет относиться к такой оценке всерьез.

- По какому же гамбургскому счету вы предлагаете определять наше место в мире?

- Ни по какому. Ранжировать мировые финансовые центры столь же бессмысленно, как, например, рейтинговать станции Московского метрополитена. Все эти торговые площадки - элементы мировой системы движения капитала. Каждый из них выполняет в этой системе свою функцию и не может быть ни хуже, ни лучше других.

- Ситуация на российском валютном рынке, по сути, вернулась на полтора года назад: ЦБ осторожно "отпускает" курс рубля, пополняя резервы. И его опять критикуют сразу с двух сторон. И те, кто считает, что ЦБ должен вообще перестать контролировать курс. И те, кто считает, что не следует допускать укрепления рубля (а еще лучше - девальвировать его). Чья позиция более близка вам?

Я бы не присоединился ни к первым, ни ко вторым. Идея отпускания рубля в свободное плавание предполагает, что ЦБ перестает влиять на курс, так сказать, в обе стороны.

- Именно так.

Но давайте представим, что будет, если курс за один день укрепится против доллара, условно говоря, на пять рублей, а потом через неделю на пять рублей упадет. Это вызвало бы панику среди населения. Мы можем сколько угодно говорить, что не надо держать сбережения в иностранной валюте, но призывы, к сожалению, пока остаются призывами. Думаю, пройдет еще не один год  может быть, даже лет десять,  прежде чем иностранная валюта перестанет быть "народным" средством сбережения. Сегодняшняя валютная политика  это отражение массового сознания.

- И в этом смысле она адекватна?

Да, в этом смысле она абсолютно адекватна.

- В общем, перехода на инфляционное таргетирование ждать пока не стоит?

Существует два серьезных препятствия для перехода к инфляционному таргетированию. Первое, как я уже сказал,  массовое сознание, психология людей, привыкших хранить свои сбережения в иностранной валюте. И второе  агрессивная кредитная политика ряда стран, заливающих мир дешевыми деньгами. Необходимы инструменты, которые позволяли бы справляться с несоразмерно большим притоком капитала. Мы же не можем потребовать от Соединенных Штатов, чтобы они держали свою ставку рефинансирования на том же уровне, что и наша.

- Не меньшую тревогу вызывает сегодня судьба доллара. Насколько продуктивна и реальна обсуждающаяся идея отказа от него как от валюты № 1 и создания взамен какой-то новой общемировой расчетной единицы?

- Во многих странах, как известно, запрещено курение в общественных местах. Но это же не привело к тому, что сигареты исчезли из жизни. То же самое и в отношении доллара. Нельзя вывести его из оборота в силу каких-то запретительных или рекомендательных мер. Да, можно говорить о том, что по мере расширения использования других валют - евро, иены, юаня, в будущем, возможно, рубля - доля доллара в мировых транзакциях будет сокращаться. Но это постепенный, достаточно медленный процесс. По тем же причинам не следует ожидать появления в ближайшие годы некой общемировой валюты. Это, наверное, правильная, логичная мера. Однако реализация ее в условиях множественности государств и различия их интересов крайне затруднительна.

- Многое будет определять состояние финансовой системы Соединенных Штатов. Собственно, все эти идеи как раз и порождены сомнениями в ее устойчивости. Насколько вероятен катастрофический сценарий?

Нет, никакой катастрофы ни с американской экономикой, ни, соответственно, с американской валютой в обозримом будущем, думаю, не произойдет. Слишком много нитей связывает американскую финансовую систему с остальными миром, и такого развития событий никто не допустит. Да, роль доллара будет снижаться, но он по-прежнему останется мировой валютой.

- Константин Николаевич, надеюсь продолжить нашу беседу 2 декабря на Дне Банкира.

С удовольствием приму участие в этом традиционном мероприятии.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера