Писатели делятся на мифогенных и немифогенных. Тех, кто просто выдает тексты, и тех, вокруг кого возникает некий ореол, образ.
Алексей Слаповский
не бегает от прессы, не совершает эксцентричных поступков, не нарушает никаких табу, а градус мифогенности высок. Возможно, дело в потрясающей работоспособности. Слаповский - автор десятков пьес, сценариев для телесериалов. Но главное - проза, отмеченная узнаваемой авторской манерой: "День денег", "Мы", "Они", "Синдром Феникса" и многое другое. Недавно Слаповский попробовал себя в литературе для подростков, выпустив дилогию "Пропавшие в Бермудии" и "Пропавшие в Стране Страха". И ответил на вопросы "Итогов".
- Для одних ваша дилогия - "детско-взрослая" проза. Другие сравнивают ее с советской подростковой повестью. А вы?
- Это я сам так определил свои книжки: "детско-взрослые". Надеюсь, они станут чем-то вроде семейного чтения, хотя... вслух в семейном кругу уже не читают. Ну хотя бы порознь. В идеале хотелось написать нечто наподобие "Путешествия Гулливера". Или "Алисы в Стране чудес". Вот такие образцы. Вряд ли я к ним близко подошел, но желание было.
- Публика и критика оценили?
- Не мне судить. Если говорить об органолептике читающего, она сильно исковеркана. Мы привыкли заглатывать тексты, в которых все пряно, остро, в общем, вкус себе испортили. Нюансов уже не воспринимаем. Поэтому, если в тексте нет грубых подсказок, читатель о многом и не догадается. Так, некоторые простодушно считают, что у Пушкина в "Капитанской дочке" нет стиля. Ни метафор, ни сравнений. Обычный вроде язык.
- Не сказывается ли на вашей прозе давнее хобби - написание телесценариев?
- Не хобби, а кормящая работа. Может быть. У меня ведь на первом месте диалоги. Мне бы быстрей, быстрей, чтобы персонажи сразу начали общаться. Это с одной стороны. Но зато, когда я работаю с телеканалами, пытаюсь отстоять свой взгляд на вещи и смыслы. Соединить человеческое и формат.
- А в литературе можно оседлать формат?
- Возьмите Джоан Ролинг, чей "Гарри Поттер" в жанре на все 100 процентов. Чисто подростковая книга. Но она и писательница, для этого приспособленная. "Детская" в лучшем смысле. Когда взрослый писатель пишет детскую книгу, особенно фантастическую, удается редко. Это получилось у Толстого с "Золотым ключиком", да и то сюжет был не свой.
- Что у вас сегодня на подходе?
- Только что вышла книга "Издранное". У нее подзаголовок "Книга для тех, кто не любит читать". Это сборник рассказов. Ее можно считать новой, потому что сборник все время пополняется.
- Вот почему говорят о неслыханной плодовитости Слаповского.
- Когда говорят о плодовитости, возникают ассоциации со свиноматкой или кроликами (смеется). Это недоброжелатели лексически упражняются. Нет бы сказать: работящий. Или хотя бы - продуктивный.
- Еще есть мнение: Слаповский - двуликий Янус, который сценариями зарабатывал деньги, а потом писал литературу уже за идею. Это миф?
- Миф, конечно. Я не отвинчиваю себе одну голову и не привинчиваю другую, когда пересаживаюсь, не сходя с места, от прозы к сценарному делу. Сценарии - это как... Вот представьте, к примеру, что я в свободное от сочинения романов время "бомблю", то есть занимаюсь частным извозом (и знаю людей, которые, будучи сценаристами и режиссерами, делают это не метафорически). Езжу, подвожу людей, получаю от этого деньги, но и удовольствие.
- Удовольствие от работы на заказ?
- Почти все мои сценарии не заказные. Это мои предложения, с которыми другая сторона соглашалась. Единственное исключение - "Ирония судьбы. Продолжение".
- Все, кто жил в семидесятые, крутили в голове варианты продолжения этой истории. Но никто не записал.
- Наверное. Потому что "Ирония судьбы" уникальна. Там сюжет вечный, потому что в нем социальности ноль целых ноль десятых. Зарплата 120 рублей, гарнитур 700 и 30 сверху - кто сегодня помнит эти милые подробности? А мы решили показать, что происходит сейчас с подобными любовными коллизиями. Наглая откровенность замысла обеспечила скандал и успех. Фильм еще не вышел, а мнений о нем уже было много, в основном негативных.
- Немудрено. За что вы, Алексей Иванович, лишили Надю и Лукашина тихого семейного счастья?
- Да, я предположил сделать так, что они не поженятся. Вообще-то желание понаблюдать, что будет с принцем и принцессой после свадьбы - неправильное. Потому что сказка кончилась, и когда принцесса стирает белье, а принц пьет пиво у телевизора, это другое. Нехорошо за этим подсматривать. У нас была задача не плясать на костях и не поднимать старый пепел, а выяснить, работает ли эта сказка в другом варианте. И оказалось, что люди наступают на те же грабли, хотя на них написано, что это грабли, табличка висит: "Стой! Наступишь - будет плохо". Но человек наступает - хочет испытать под Новый год такое приключение, пусть даже ценой шишки на лбу.
- Вы предлагаете сценарии, у вас берут. Обычно наоборот бывает. Как удалось повернуть ситуацию?
- Надо написать пять заявок и, глядишь, одну из них примут. С первым же моим сериалом "Остановка по требованию", где симпатичные, замечательные Певцов и Дроздова, именно так и было. И мы сделали лирико-ироническую комедию после бесконечного потока фильмов про пиф-паф ой-ой-ой. Потому что ситуация в конце 90-х была именно такая - категорически не хватало кино лирического, но при этом не сопливого. Похоже, что сегодня подобного уже не снимут. Произошло что-то необратимое.
- Что именно?
- Телевизионные деятели будут отпираться, будут кивать на аудиторию. Но телевидение долго и упорно занималось занижением интеллектуальной планки. Наконец уперлись в пол. Почему занижать планку выгодно? Потому что снимать дешевле, актеров можно брать похуже, сюжеты попроще. Причем считается, что пипл сам хочет подешевле, что пипл обожает ливерную колбасу и терпеть не может брауншвейгскую. И пошел сплошной ливер. Тут чаша эстетического терпения этого самого пипла просто переполнилась. Рейтинги у всех попадали со страшной силой, никто не хочет смотреть "мыло". Они схватились за головы. Если раньше интеллигенция отвыкала смотреть телевизор, то теперь уже и в широких кругах стало модно говорить: "Я телевизор не смотрю".
- Кое-кто называет это снобизмом.
- В принципе я тоже так считаю. Телевизор служит пусть кривоватым, но зеркалом того, что происходит в обществе. Вот, дескать, там врут. Но врут-то по-разному! Если с умом сравнивать, можно сделать много интересных наблюдений. Хотя и говорят, что там зажим свободы слова, туда-сюда. Но никто свободу слова не зажал, в блогах, в журналах говорить можно что угодно. Ежедневно выливаются кучи нецензурных слов абсолютно на всех. Суть не в этом. Поступили тоньше. Зачем бороться со свободой слова? Надо слово просто девальвировать. Сделать так, чтобы никто на эту шелуху и требуху не обращал внимания.
- Размыли информационную среду?
- Да! И во многом своего добились. Поэтому сейчас идет такая уравниловка. Потребителю по фигу, что это, "Коммерсант", "Экспресс-газета", журнал "Итоги" или журнал "Максим". Что на глаза попалось, то и читают. Люди в растерянности, они запутались. На самом деле под свободой слова в цивилизованном обществе подразумевается другое - это доступ к информации если не любой, не будем военные секреты трогать, то той, которая касается жизни общества, и тех, кто принимает решения. Чиновники Москвы кричали в истерике, когда одного из них поймали с поличным, что, дескать, это исключение, в целом мы прозрачны. Только они это прокричали по-петушиному, на следующий день еще одного чиновника схватили за руку. Что они будут кричать на этот раз?
- Вы сейчас работаете над какими-то сценариями?
- Да, как обычно. Жду выхода телефильмов по романам "Синдрома Феникса" и "Я - не я". Еще скоро выйдет книга "Победительница". Первое название у нее было "100 лет спустя. Письма нерожденному сыну". Героиня в 2109 году рассказывает своему сыну - так получилось, что она его не родила, но хорошо представляет - о своей жизни. Ей 124 года. Молодая еще старушка. Половину русских слов она забывает, поэтому использует те, которые стали ходовыми в XXI веке, то есть английские, арабские и китайские. Это совсем не антиутопия. Но я написал, например, о выборах 2012 года, о том, как народ удивил сам себя и выбрал Медведева вторично.
- Проверим, как оно будет на деле. Если доживем.
- Доживем непременно. И еще один фильм снимается: рабочее название "Москва.ru". Десять новелл, объединенных общим сюжетом и настроением. Я соавтор сценария, режиссер - Андрей Комаров. А патронирует правительство Москвы, насколько я знаю, - наш проект выиграл какой-то там тендер, меня в подробности не посвящали. Надеюсь, что мы выиграли вчистую и никто от нашего тендера не отстриг. Раз они теперь стали такие честные и прозрачные, придется это подтверждать делами. А это трудно. "Правду говорить легко и приятно", - утверждал персонаж романтического писателя Булгакова, а мы-то реалисты, мы знаем - и нелегко, и неприятно. Особенно когда это действительно правда, а не дозволенный слив информации. Но меня опять ведет в политику. Извините.
