Архив   Авторы  
Пермь, претендующая на роль новой культурной столицы, поистине город контрастов. И Вознесенская церковь стоит здесь на улице Большевистской.

Перминаторы
Искусство и культураСпецпроект

Сможет ли культурная революция в отдельно взятом городе привлечь творческую элиту и инвестиции






 

Вокруг происходящего в Перми культурного бума сегодня сосредоточено столько ожиданий, что смелая идея сделать именно этот город культурной столицей страны вызывает у наблюдателей вполне спортивный азарт. Краевой министр культуры Борис Мильграм провозгласил ее в виде манифеста, предъявленного участникам Пермского экономического форума. Деловая элита восприняла его заявление с восторгом. И это можно понять. Вместо трудных дебатов о том, как поднять то, что упало, вот он, простой, быстрый и, как уверяют авторы проекта, дешевый выход из тупика, в который загнал региональную экономику кризис. Находишь в городе подходящую для пиара социо­культурную нишу, заполняешь ее броскими концептуальными акциями. Потом предлагаешь это все потенциальным инвесторам как символический капитал и реальный потенциал, а они тотчас вкладываются в городскую инфраструктуру, которая начинает день ото дня хорошеть, воодушевляя жителей и привлекая туристов. Конечно же, где­-то мы уже такое читали. Про то, что шахматы двигают вперед экономику. Про то, что деньги нужны только на первичные телеграммы, а потом пойдут пожертвования. И про столицу, что автоматически переходит в Васюки. Однако то, как весело и необидчиво творцы пермской культурной революции принимают колкие напоминания об Остапе Бендере, заставляет думать, что и это тоже является частью их идеи.

Пейзаж после битвы

Ходить по Перми интересно, но небезопасно. Дорожное покрытие в самом центре города больше похоже на лунный пейзаж. А под ноги-то смотреть неохота. Вокруг - удивительная смесь запустения, постоянной стройки и чисто пермяцкой, по-видимому, иронии по этим поводам. Улицы сохранили свои советские названия, но это смотрится концептуально. На какой еще улице, кроме Ленина, могут стоять эти советские колоссы, в которых обитает местная власть? Зато народ креативит по части названий разного рода заведений: пивной клуб "абырвалГ", кафе "Еще бы", паб "Гвоздь", блинная "Сковородка", строительная компания "Теплов и Сухов". Причудливой архитектуры новодельные дома "для богатых" торчат отовсюду, портя городские виды, и поставлены они явно без общего плана, что заставляет с умилением думать об их московских собратьях, придерживающихся хотя бы единого стиля. Набережная Камы с потрясающими видами и целующимися студентами на парапете находится в таком плачевном состоянии, что напоминает местами деревенский проселок. Какая-то странная надпись на жутком заборе указывает на гибнущий зоопарк. Завернув во двор красивого дома с табличкой "Охраняется государством", можно увидеть пустырь из сталкеровской зоны.

Краевой музей, гордость города, переехавший год назад в памятник культуры Дом Мешкова, выглядит гигантской инсталляцией. Потому что он упакован целиком в защитную ткань, поперек которой написано "Музей открыт". Там, под тканью, хранится, в частности, уникальная коллекция артефактов пермского звериного стиля, которого не было больше нигде. Знаменитая художественная галерея расположена в кафедральном соборе, и сохранившийся иконостас пронизывает все ее три этажа, ведущие к главному потрясению залу пермской культовой деревянной скульптуры. Это как раз то, из чего Пермь давно могла бы сделать себе культурный капитал и стричь с него купоны. Но ничто, кроме дорогого и продающегося только в галерее каталога, о местной гордости не напоминает.

На гербе Пермского края медведь, что уже даже не смешно. В сувенирных магазинах стоят китайские поделки и матрешки. В любом европейском городе давно бы наладили производство постеров, календарей и миниатюрных копий знаменитых скульптур. Но Пермь все-­таки далекий конец Европы, хотя "понаехавшие" реформаторы местной культуры и предпочитают говорить, что начало. Здесь на сувениры и памятные знаки не размениваются. Впрочем, поставили на главной улице диковатого вида скульптуру "Пермяк Соленые уши". А в аптеке на просьбу показать знаменитую местную лечебную соль полчаса совещаются, о чем это я толкую. Впрочем, соль нашлась, и горло перестало болеть. Но, может, столичная энергичная экспансия действительно необходима, чтобы пробудить задремавший, как в "Спящей красавице", город?

В чем соль?

Конечно, идея новой культурной столицы пока висит в воздухе, что понятно даже одному из авторов проекта Борису Мильграму: "Это, наверное, утопия. Но за этим стоит попытка вырваться из плена невозможного. Из той ситуации, что у нас столица может быть только в одном месте и оттуда всем будут диктовать, как жить и нужно ли жить вообще. Но преодолеть этот миф можно, только выдернув себя из него". Так что никто и не выдает декларацию о намерениях за реальный результат. Слишком недавно начался пермский бум - ему полтора года всего. Правда, город и окрестности теперь живут без продыху фестивалями, выставками и акциями отнюдь не губернского масштаба. Это и экспозиция "Русское бедное", давшая начало Музею современного искусства, и акция столичной "Новой драмы", по следам которой основатель московской "Практики" Эдуард Бояков вот­-вот откроет в Перми театр "Сцена-Молот", и городской фестиваль "Живая Пермь", и смена московской прописки на пермскую фестивалем-школой "Территория", и интересная экспозиция видео­арта "Видение", и первый в России большой поэтический фестиваль "СловоNova", который в середине декабря тоже пройдет в Перми. И все же, несмотря на весь шум вокруг каждого события, закончить эту повальную фестивализацию можно в пять минут. Ведь все держится на дружеском альянсе губернатора Олега Чиркунова с сенатором Сергеем Гордеевым. Это "западники", предпочитающие работать с зарубежными экспертами, поклонники русского авангарда и концептуализма. Они призвали в город бывшего пермяка, известного театрального режиссера Бориса Мильграма, чтобы он порулил культурой и массовыми коммуникациями. И выделили на это бюджетные и внебюджетные средства, причем совсем немаленькие. На помощь приехал Марат Гельман, бывший столичный политтехнолог и галерист с мировым именем. Впрочем, бывают ли политтехнологи бывшими - вопрос дискуссионный. Гельман упорно пытается убедить аудиторию разнообразных форумов и печатных изданий, что он простой строитель новой пермской культурной вертикали, что его интересует исключительно актуальное искусство и привлечение к нему внимания. Однако уж очень тянет проект "новая культурная столица" на политическую заявку. Это же некий образец ребрендинга страны, ориентированный на создание позитивного имиджа. И по большому счету ничего плохого в этом нет. Сам Гельман говорит об этом: "Вот все мне твердят про пиар. А на самом деле это не пиар, а ребрендинг. Когда государство объявляет о своей независимости, для него крайне важно, чтобы его независимость признали соседние государства. Поэтому и наши амбиции должны быть признаны всеми. Кроме того, первый всегда может рассчитывать на огромный бонус. Мы первые, кто хочет доказать, что жизнь возможна не только в Москве. За счет этого мы получаем новый поток федеральных денег. Мы собираемся стать инновационной площадкой для тех процессов, которые в любом случае произойдут в России, либо России не будет, и она сожмется до Москвы".

Зато отнюдь не повод для дискуссий тот факт, что культура в Перми, естественно, была и до пришествия "перминаторов", как их называют оппоненты. Правда, про нее не писали в "Нью-Йорк таймс" и "Шпигеле". Но все же здесь не глухая тайга, а город­-миллионник, университетский и промышленный центр, описанный Пастернаком в "Докторе Живаго" как Юрятин. Здесь всегда была очень сильна культурная среда, кристаллизовавшаяся в окружении заводских пригородов. Гуляя с уроженцем Перми, документалистом Борисом Караджевым и следя за его рукой, указывающей направо и налево, понимаешь, что здесь когда-­то были вполне столичные возможности для культурного роста, придушенные поздним застоем. Скажем, во дворе известного театра "У Моста" стоит памятник местному киномеханику, который в 70-е открывал для молодежи те же фильмы, что и московский "Иллюзион". Или балетное училище, выпускавшее мировых звезд. Или городская библиотека, директор которой еще в советские времена превратил ее в клуб.

Пермяки и "новые пермские"

Однако "новые пермские" историей города не интересуются. Они предлагают пермской культурно­-художественной прослойке либо принять навязанные по праву силы правила игры, либо вступить в конкурентную борьбу. Что на словах вполне нормально. Но на деле выглядит не слишком корректно, ведь финансовый ресурс и громкие имена на стороне "варягов". Конечно, пермяка писателя Алексея Иванова ("Сердце Пармы", "Географ глобус пропил", "Золото бунта", "Блуда и МУДО") к безвестным личностям не отнесешь. Потому он и стал главным оппонентом Мильграма и Гельмана, сочтя, что столично-космополитический дух их проектов никак не укоренен в пермскую почву, а значит, они  временщики, паразитирующие на ней. Иванов впрямую говорит, что "чужими щами сыт не будешь". Что каждая новая выставка (кроме "Русского бедного") на Речном вокзале, где разместился музей совриска Permm, это гигантский "салон Анны Павловны Шерер". Так что весь этот бум, по его предсказанию, закончится вместе со сроком полномочий губернатора Чиркунова. Больше никто не захочет вкладывать деньги в мыльные пузыри. А Пермь, чей бюджет сегодня перекраивается в пользу актуального искусства, еще долго будет зализывать раны. Безусловно, кто прав, покажет только время. Однако очень жаль, что "перминаторам" не удалось увлечь своими идеями Иванова и других оппозиционеров (например, автора книги "Пермь как текст" Владимира Абашева или очень рьяного председателя Пермской гражданской палаты Игоря Аверкиева). Тогда, возможно, безудержная гонка за новациями и истерическое придумывание аттракционов имели бы противовес в виде здорового консерватизма неравнодушных к судьбе Перми людей.

Впрочем, в Перми есть люди и институции, которые состоялись и заработали себе репутацию до всяких "варягов". И, надо сказать, команда Мильграма это оценила и присоединилась как к историко-литературному фестивалю "Сердце Пармы" (из-за чего его отец и вдохновитель Алексей Иванов в сердцах не приехал в Чердынь), так и к классическим "Дягилевским сезонам", куда Гельман втиснул весьма неожиданный contemporary art  художника Олега Кулика и арт-группу "Синие носы". Этнофутуристический фестиваль Кamwa тоже был вполне доволен тем, что к нему подключили московского музыкального продюсера Александра Чепарухина, который в дальнейшем подписался плотно сотрудничать еще и с Пермской филармонией, расширяя и расцвечивая ее афишу небанальным репертуаром и исполнителями. Международный фестиваль документального кино "Флаэртиана" вместе с Гельманом делает онлайн-проект.

В общем, у столичных журналистов было немало поводов посетить Пермь, чтобы увидеть своими глазами, действительно ли публика ходит в Permm, по данным которого только дебютное "Русское бедное" посетили сорок тысяч человек. И есть ли в Перми публика вообще. Большинство побывавших в будущей культурной столице сходится на том, что все это интересно, энергетично и для молодежи, которая здесь учится в многочисленных вузах, привлекательно. Но одним актуальным искусством город преобразить невозможно, зато можно обезобразить. В блоге губернатора Чиркунова, к примеру, недавно бурно обсуждался проект новых остановок городского транспорта, предложенный Артемием Лебедевым, еще одним эмиссаром столичной культуры, создающим в Перми Центр развития дизайна. Его маниакальная работа над внедрением буквы "П" в городскую среду не слишком радует пермяков. Для остановочных павильонов этот элемент не подходит, потому что в арку, им образуемую, сквозит и дождем хлещет. Зато неприличное слово напрашивается само собой. Однако место смычки "варягов" и местных найдено удачно: если они смогут прийти к консенсусу по поводу остановок, то дальше договариваться будет легче.

Крупным планом

Рай.doc

Каждый едет в Пермь по интересному для него поводу. Мне вот давно хотелось попасть на единственный в нашей стране международный фестиваль документального кино "Флаэртиана", придуманный местным документалистом и культуртрегером Павлом Печенкиным, когда Пермь еще никто не собирался раскручивать как проект. Пройдя через неизбежный этап междусобойчика для посвященных, которые понимают, кто такой классик режиссуры Роберт Флаэрти, что за фильм его "Нанук с Севера" и какие принципы документалистики он исповедовал, фестиваль стал заметным культурным событием, обращенным как к городу, так и к миру. У отборщиков непростая задача. Каждая картина фестиваля должна быть непосредственным наблюдением за человеком, документом о его каждодневной, обыденной и при этом сакральной жизни. Но несмотря на довольно жесткие эстетические рамки, в них вписывается немало работ признанных мастеров-документалистов, которые, раз побывав в Перми, разносили весть о фестивале. И вот в этом году его программа не содержала практически ни одного проходного фильма. Хронометраж - как у игровых картин, а оторваться невозможно. Вот страдающие от невыразимой словами экзистенциальной боли благополучные финны в "Гостиной нации". (Друзья, приезжайте в Пермь, может, тут вы найдете наконец счастье!) Естественная мистика ритуального поиска реинкарнации умершего ламы в "Избранном". Режиссер Нати Барац родом из Израиля и поехал в Тибет с юмористической целью - поискать в этих краях евреев-ортодоксов, а нашел этот сюжет. В "Плати и женись" показаны авантюры нелегальных иммигрантов из бывшей Югославии, пытающихся зацепиться в негостеприимной Вене, - печальная история неунывающих гастарбайтеров. А победитель - картина китайского художника Юй Гуани "Петь, чтобы выжить" - так просто шедевр, сплавляющий психологическое исследование и социальную проблематику.

Однако кроме замечательных фильмов "Флаэртиана" на этот раз предложила идею перезагрузки. Фестиваль вполне в соответствии с новейшей пермской модой оброс спецпрограммами и социально ориентированными проектами, сделав заявку на превращение структуры в "мощный холдинг от нон-фикшн". Направления - конкурс документального кино в Интернете "Флаэртиана-онлайн" и популяризация документального кино в программе "Вуз-Флаэртиана". Лаборатория документального театра, представившая фрагмент проекта москвича Александра Родионова "Мотовилихинский рабочий", в котором использованы реальные рассказы работников знаменитой пермской Мотовилихи. Конкурс сценарных заявок Perm.doc с обещанием победителю запуска его картины на киностудии "Новый курс". Статистика, которую Печенкин привел на открытии фестиваля, говорит о том, что с такими темпами Пермь станет если не культурной столицей, то по крайней мере раем для документалистов.


Ирина Любарская
Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера