Архив   Авторы  

Россиротпром
Общество и наукаExclusive

"На содержание сирот из бюджета выделяется 2-3 миллиарда долларов в год. И множество начальников и чиновников существуют за счет этого", - убежден член Общественной палаты Борис Альтшулер

 

В прошлом году в России зафиксировано 8900 отказов от детей, ранее принятых в семьи. Поводы самые разные. Зато причина одна: когда семья усыновляет или берет под опеку ребенка, ей никто не помогает адаптироваться. Остается один выход: вернуть маленького человека обратно в детдом. Как сделать так, чтобы дети, попадая в семьи, жили в них долго и счастливо? 27 апреля в Общественной палате пройдут слушания, где будут представлены предложения по реформе нынешней системы опеки. Об этом "Итогам" рассказал Борис Альтшулер, член Общественной палаты РФ и председатель правления региональной общественной организации содействия защите прав детей "Право ребенка".

- Борис Львович, это правда, что у нас контроль за усыновителями еще хуже, чем в Америке?

- Да, ныне существующий контроль является сущей формальностью: органы опеки раз в три месяца приходят заглянуть в холодильник. Этого недостаточно, потому что в семье, которая берет ребенка из детдома, почти в 100 процентах случаев возникают проблемы. Не сразу, а примерно через месяц--полтора. Это фазы привыкания. Первый этап можно назвать "туристическим", когда для ребенка все в новинку, все интересно. А потом начинаются будни, рутина, у ребенка возникает естественная реакция на отрыв от прежней привычной среды, какой бы она ни была. Он начинает сопротивляться и вдруг оказывается невыносимым. В этот момент семье нужно помочь. Бывает, что приемные родители обращаются за помощью в общественные организации. Но если спросить, почему они не обратились в органы опеки, родители смотрят на спрашивающих, как на идиотов: "Да вы что! Они же сразу отберут ребенка!" Там логика простая: если человек просит о помощи, значит, не справляется, значит, надо отбирать, разрывать договор.

- Просто злодеи какие--то…

- Нет, совсем не злодеи, а такие же люди, как мы, только поставленные существующими законами и правилами в дикое положение. Я говорил с большими начальниками органов опеки из разных регионов - это нормальные люди. Они сами не рады сложившейся ситуации, говорят: "Получается, мы крайние". Закон не дал им никаких возможностей помогать семье и оставил только вариант изымания ребенка. У одной начальницы опеки голос дрожал, когда она говорила: "Нам так нужны профессиональные службы, с которыми бы мы сотрудничали, к специалистам которых могли бы обращаться. А то ведь у нас ни психологов, ни медиков, ни социальных работников". В результате органы опеки и попечительства, сталкиваясь с проблемными ситуациями в семье, могут либо их "не замечать", либо разрушить семью, сделав ребенка сиротой. Кроме того, они же управленцы, они не умеют и не должны уметь то, что могут профессионалы-психологи, к тому же они дико перегружены своей работой, в которой никто их не заменит: на них и суды, и вопросы по жилью, и многое другое.

- Кто же поможет семьям?

- Специалисты–профессионалы. В последние годы в регионах России стал развиваться патронат - сопровождение семьи специалистами центров по патронату. При таком варианте ответственность за ребенка, живущего в проблемной семье, делится между службой по патронату и семьей. Это позволяет оказывать помощь, вести социально-восстановительную работу, не изымая ребенка из семьи. Подписывается договор, естественно, на добровольных началах, и семья, по сути, отказывается от части своей автономии, однако взамен получает поддержку в сложных ситуациях. Да, патронат - это принудительное сопровождение, но и помощь одновременно. При этом специалисты службы наблюдают за семьей, регулярно обследуют состояние ребенка, общаются с родителями, помогают решать проблемы. Например, распространенная проблема - устроить взятого сироту в школу. Этому часто противятся и родители других учеников, и учителя, и администрация. Боятся… В таком случае приезжает сотрудник службы, беседует с директором, с учителями. При необходимости организуется собрание, и вопрос решается. Главное, что родители не остаются с проблемой один на один. Идет постоянное взаимодействие.

- Есть ли положительный опыт патроната?

- Пионером применения патронатного воспитания была директор московского детского дома № 19 Мария Терновская. Она устраивала в семьи почти всех своих воспитанников - 94 процента. Потом система успешно распространилась в некоторых регионах. В Смоленске есть коррекционный дошкольный детский дом, которым руководит Светлана Кузьменкова. С помощью патроната она устраивала в семьи даже очень больных детей, обреченных быть заживо похороненными в интернатах для умственно отсталых детей. Однако принятый в 2008 году Закон "Об опеке и попечительстве" фактически уничтожил систему патроната, поскольку тот оказался приравнен к приемной семье, когда не предполагается никаких сопровождающих служб.

- Кому помешал патронат?

- Считаю, сработало то, что я называю "Россиротпром" - огромная система, живущая за счет "государственных детей", то есть детей-сирот. Мария Терновская рассказывала, что рядом с ее детдомом в Центральном округе Москвы находятся два дома ребенка, в каждом примерно по 75 малышей. А у нее в ее Центре патронатного воспитания 50 подготовленных воспитателей, готовых в любую минуту взять ребенка на патронат. Ребенку ведь критически важно в первые месяцы жизни чувствовать человеческое тепло и все то, чего он лишен в доме ребенка. Терновская много раз обращалась с предложением устроить детей из соседних домов ребенка в ее подготовленные семьи. И каждый раз получала отказ. Как-то в минуту откровенности одна крупная московская начальница сказала ей в частной беседе: "Мария Феликсовна, учреждениям тоже нужны дети". Вот эта формула многое объясняет.

- "Россиротпром" не заинтересован в том, чтобы пристраивать детей в семьи?

- Система заинтересована в самосохранении. На содержание сирот из бюджета выделяется от 2 до 3 миллиардов долларов в год. И множество начальников и чиновников существуют за счет этого. Кроме того, вся система по усыновлению - российскому и иностранному - работает в закрытом режиме, это очень взяткоемкая область. По сути - детский магазин. В России ежегодно появляется около 100 тысяч новых сирот, более 300 каждый день. Считайте, это поставка товара. Остановить такую систему можно, но ее лоббисты пока настолько сильны, что не пропускают ни одного разумного предложения, направленного на то, чтобы избавиться от этой "фабрики сиротства".

- Еще год назад президент Медведев говорил, что в России должна быть создана современная система защиты детства. Есть успехи на этом поприще?

- По-прежнему есть ведомственная бессистемность. Нет координации между ведомствами, а ее и быть не может, потому что каждая организация имеет бюджет, который хочет тратить по-своему. Дети у нас разбросаны по разным ведомствам: инвалиды относятся к одному, малыши - к другому, школьники - к третьему. Так их и гоняют из угла в угол. Все это надо менять в корне. В первую очередь нужно разделить заказчика и исполнителя услуг. Заказчиком должен стать правоустанавливающий муниципальный орган, который утверждает индивидуальные программы, планы работы по каждой конкретной семье и ребенку. Решения этого органа должны быть обязательными для исполнения остальными ведомствами.

- Это новый орган?

- В 1999 году приняли 120-й Закон "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних". В статье 11 там черным по белому написано, что координировать все органы системы профилактики (образование, опека, милиция, здравоохранение) должны комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав. С тех пор только три региона (Московская и Саратовская области, а также Пермский край) это реально реализовали своими региональными законами. Они установили: решение комиссии по конкретной семье обязательно для исполнения. Вот, например, в Перми: в органах соцзащиты есть кураторы семьи, которые работают не в учреждении, а "в поле". Поступает, скажем, сигнал о неблагополучии с ребенком, об этом тут же становится известно в местной комиссии по делам несовершеннолетних, а ее сотрудники сразу же обращаются к куратору семьи. И через час-полтора после поступления тревожного сигнала в семью приезжает этот социальный работник - поговорить, выяснить, что к чему. Если родители не идут на контакт, им объясняют, что в таком случае придут другие сотрудники, но уже с милицией. Ведь иногда какому-нибудь выпивающему папаше достаточно пригрозить, и он успокоится. Благодаря этому удалось предотвратить многие острые ситуации. Резко пошло вниз количество случаев социально опасного положения, ситуацию не доводят до крайности. Уменьшилось и число детей, которых забирают из семьи.

- Раздаются голоса о необходимости создания министерства по делам детей…

- Это тупиковый путь, все убивающий. Помимо того, что это очень дорого (сразу начнется дележка средств), появится опять много чиновников. Сейчас у нас семь ведомственных нянек, а будет восемь. Хотя заместитель губернатора Кемеровской области мне говорил, что он насчитал 14 нянек - значит, появится пятнадцатая. Считаю, нужно объединить их в работающую систему. По этому поводу Общественная палата собирается в ближайшее время представить проект закона в Госдуму.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера