Архив   Авторы  
Московские дворняги давно научились жить среди людей, но обходиться без них

Территория волков
Общество и наукаExclusive

Бездомные собаки в Москве давно не поддаются счету, как, впрочем, и деньги, которые тратят на решение этой проблемы




 

Биологи, наблюдающие в Москве за бродячими псами, выявили странную, на первый взгляд, тенденцию — у некоторых собак отмечается явная поведенческая регрессия. Четвероногие живут в мегаполисе среди людей, но по повадкам становятся все больше похожими на своих лесных собратьев — волков. Дичают! Зачем большому городу «санитары леса»? Такая постановка вопроса находится за рамками привычных стенаний «ах-как-жалко-бедную-собачку» и привычного ответа «отдадим-ее-в-приют». Волки — это не собаки, они всегда опасны для людей. А потому в несложной задачке про то, как поделить немалые бюджетные средства на количество бездомных дворняг, появилась новая переменная, которая требует ускорить ее решение.

Команда «Чужой!»

По данным зоозащитников и экологов, в городе насчитывается от 20 до 100 тысяч бесхозных собак. Данные столь существенно разнятся, поскольку нет внятной системы учета. Но ближе к правде, говорят специалисты, цифра в 30 тысяч — она получена в ходе выборочных замеров. Это когда выбирается несколько типичных московских территорий, на которых тщательно пересчитывается собачье поголовье. После этого строится статистическая модель, экстраполируемая на весь мегаполис. Так, по приблизительным подсчетам, в центре города на квадратный километр приходится от 8 до 18 дворняжек. В Марьине их уже больше — 35, в районе Рижского вокзала — порядка 53, в промзоне на Соколиной горе — 317. Стоит отметить, что с конца 90-х общие цифры практически не менялись, а это значит, что за последние 10 лет бездомных собак в городе меньше не стало. Их стало больше. Поскольку еще примерно 12 тысяч собак, если верить не всегда правдивой статистике, находятся в 22 московских приютах.

Едва ли не каждую неделю в городе происходят события, прямо указывающие на то, что решать «нечеловеческую» проблему нужно уже сейчас. В среднем ежедневно в Москве насчитывается шесть покусанных граждан. В год набирается более двух тысяч пострадавших. Есть и другая крайность: псов начинают стихийно и массово уничтожать едва ли не на глазах у всего города. Последний случай — убийство нескольких десятков собак у Киевского вокзала. Дикость? Конечно! Не все собаки одинаково опасны.

Биолог Андрей Поярков, научный сотрудник Института проблем экологии и эволюции имени А. Н. Северцова, классифицировал столичных дворняг, условно разбив их на четыре группы. В первую (их примерно 20 процентов) входят так называемые сторожевые собаки, которые селятся на территориях гаражей, автостоянок, складов или больниц. Собак, как правило, подкармливают охранники и персонал этих объектов. Большинство таких псин разгуливают с ошейниками и стерегут границы помеченных ими владений, громко лая, лишь иногда пуская в ход зубы. Это, пожалуй, самая безвредная категория бродячих псов.

Вторая категория «по Пояркову» — это собака, у которой есть потребность общаться с человеком. Это так называемые попрошайки. Они точно знают, кто из прохожих угостит их, а кто нет. Эти собаки живут небольшими стаями и подчиняются вожакам. Они фактически не представляют угрозы для людей, поскольку зависят от них как от кормовой базы.

Третья группа на контакт с человеком не идет, добывает пропитание на улицах, в основном потребляя объедки из мусорных контейнеров или урн. Эти звери пугливы и тоже для горожан не опасны.

Последняя группа в классификации — дикие собаки, которые живут в городских кварталах, но тщательно сторонятся человека. Одичавшие собаки безопасны для людей до того момента, пока те не пересекут невидимую линию, ограничивающую их «суверенную территорию». Тогда они могут атаковать чужака всей стаей. Именно у этих особей и наблюдается пресловутый волчий синдром. Знаете ли вы, где именно располагаются эти «территории волков»? Вряд ли.

Классификация Пояркова очень важна для понимания процессов, происходящих в столичной экосистеме. Например, в районе появляются специалисты по отлову собак. Естественно, первыми в группу риска попадают животные из безобидных второй и третьей группы. Первая находится за заборами под присмотром сторожей, а четвертая настолько осторожна, что практически неуловима. В результате в «собачьи ящики» попадаются самые добродушные дворняги. Ловцы уезжают, а место отловленных ими занимают свободно выходящие за свою территорию кобели из первой группы сторожевых собак или из четвертой. В результате процесс размножения не прерывается, а, наоборот, ускоряется.

Команда «Место!»

Еще в 1997 году группа ученых-биологов, экологов, зоологов разработала по заказу правительства Москвы поистине уникальную программу под названием «Животные в городе». «В том исследовании мы продумали практически все, — рассказывает председатель президиумаМосковского общества защиты животных Кирилл Горячев, — не заложили только одной позиции — защиту от чиновника. В результате разработанная программа долго кочевала по разным департаментам, а потом из нее вырвали часть, связанную со стерилизацией, и начали осваивать бюджет». Необходимо отметить, что до 1999 года в Москве разрешалось усыплять бездомных животных, чем активно и занимались. Но в 2001 году распоряжением правительства Москвы № 403-РЗП был утвержден «Регламент по отлову, транспортировке, стерилизации, содержанию, учету и регистрации безнадзорных и бродячих кошек и собак в Москве», а в 2002-м постановлением правительства Москвы № 819-ПП введена «альтернативная стратегия регулирования численности безнадзорных кошек и собак: массовая стерилизация (кастрация) женских особей с последующим возвращением в места прежнего обитания».

Бродячих животных предлагалось отлавливать, стерилизовать и после курса послеоперационной реабилитации в приютах возвращать в тот район, откуда взяли. Предполагалось, что эта мера позволит резко сократить число бездомных животных, ведь с помощью стерилизации решалась проблема бесконтрольного размножения. По такому принципу, кстати, успешно работают зоослужбы в Чехии, Болгарии, Германии и еще не одном десятке стран. Там не воруют бюджетные деньги в том масштабе, как у нас, и потому проблемы бродячих животных там просто не существует. Казалось бы, все хорошо и четко продумано — лови, оперируй, выпускай, контролируй рождаемость. Но только не в условиях Москвы. Ученые говорят, что всему виной небольшая чиновничья правка. Будто бы некто, прежде чем поставить свою подпись под программой стерилизации, вычеркнул из нее весьма существенный пункт, касающийся возврата собак после операции в места обитания. Получалось, что собаки теперь оставались на попечении приютов. Вы спросите: и что же тут плохого?

Команда «Искать!»

Как только часть отловленной популяции освобождала помеченную ими территорию, на ее место тут же мигрировала другая. Численность собак и в приютах, и на улицах неуклонно увеличивалась. Тем не менее, по общему убеждению специалистов, к прошлому году ситуация начала стабилизироваться, владельцы приютов обзавелись армией волонтеров, помощь которых компенсировала бюджетный голод. Но беда пришла, откуда никто не ждал. Как рассказали «Итогам» в одной из компаний, много лет содержащей несколько приютов, в прошлом году этот сегмент рынка услуг выставили на электронные торги. «Это настоящая катастрофа, — говорит руководитель одного из приютов. — Если раньше все решалось на конкурсе, в котором принимали участие исключительно профильные организации, имеющие опыт работы в отрасли, свои ветеринарные клиники, штат сотрудников, волонтеров и свою же инфраструктуру, то теперь управление приютами разыгрывается на электронных торгах. В результате на торги приходит некая неспециализированная компания, первым делом вполовину снижая нижнюю планку заявки. Естественно, нынешние хозяева приютов вынуждены снижать свои расценки. Мы прекрасно понимаем, что, если торги выиграет сторонняя организация, собаки просто погибнут от истощения, болезней и невнимания персонала, поэтому вынуждены снижать ставку до победы. В результате приют получает денег гораздо меньше того, что жизненно необходимо».

И все равно массовый отлов и питомники — не панацея. Ну кто, например, будет считать, сколько собак содержится в приютах? Персоналу легко подделать данные — на бумагах предоставить сведения, что у них, например, содержится 1000 собак, а на самом деле содержать всего 500. Выгода прямая, поскольку на содержание одной собаки город выделяет 147 рублей в день. Несложно подсчитать, сколько можно сэкономить в год на приписках.

По словам зоопсихолога Андрея Неуронова, решить проблему бездомных животных в городе могла бы помочь социальная реклама. Например, в западных странах люди с удовольствием забирают собак из приютов. Такой поступок общество всячески поощряет и одобряет. У нас же престижно иметь породистого пса, которым можно похвастаться перед друзьями. «Попасть в приют для собаки у нас означает навсегда потерять свободу и ждать смерти в неволе, — поясняет Андрей Неуронов. — Если бы приюты широко рекламировались, то многие бы задумались: а зачем покупать за бешеные деньги щенка, если можно бесплатно получить симпатичного преданного пса?»

Команда «Фу!»

Специалисты не скрывают, что возлагали надежды на стерилизацию бездомных животных. Но программа провалилась. «В первую очередь из-за безобразной реализации, — считает Андрей Поярков. — Она оказалась распыленной по городу, занимались ею бессистемно и непланово. Не было четкого учета количества прооперированных собак. Проверить, стерилизована ли собака, можно только операционным путем. В итоге некоторых собак «оперировали» дважды, а большинство так и оставались нестерилизованными. Мы предлагали концентрировать усилия на строго определенных районах города, добиваться там высокого процента стерилизации, а потом сдвигать сектор в другие районы. Однако организациям, выигравшим тендер на отлов, оказалось гораздо проще ловить без какой-либо координации». Это было выгодно во всех отношениях. Если работа идет по районам, всегда можно спросить с ответственных лиц — а что сделано, например, в Центральном округе, покажите стерилизованных собак. Когда все делается бессистемно, можно показать любую собаку. Известны случаи, когда якобы стерилизованные суки успешно рожали, потому что собаку ловили, делали надрез, зашивали и показывали проверяющим как стерилизованную. А иногда одна и та же прооперированная собака гастролировала из района в район — для тех же контролеров.

До сих пор так и нет точных данных — в какую сумму обходилась и обходится стерилизация одной собаки. Есть общая сумма: около 800 миллионов рублей бюджет Москвы ежегодно выделяет на содержание приютов, стерилизацию животных, строительство новой инфраструктуры. Однако детализация расходных статей — тайна, покрытая мраком. «По сути, существовавшую до начала 2000-х программу отлова и усыпления бродячих животных заменили на программу стерилизации, построенную по тому же принципу — чем больше поймал, тем больше получил денег, — говорит Кирилл Горячев. — Вообще все это занимательная математика для следственных органов. Например, когда мы с группой ученых начали заниматься борьбой с усыплением бродячих животных, выяснилась странная закономерность. Ловцам платили за голову пойманной собаки, а завод «Эколог», где собаки утилизировались, вел учет в тоннах. Получив данные от одних и других, мы сопоставили их и выяснили, что вес одной собаки равнялся 400 граммам… Шли колоссальные приписки. Мне кажется, сейчас ничего не изменилось…»

Команда «Голос!»

«В феврале — марте Госдума будет рассматривать в первом чтении федеральный закон «Об ответственном обращении с животными» — тот самый закон, которого мы ждали десять лет, — говорит адвокат, член рабочей группы по разработке законопроекта Евгений Черноусов. — К 1 июля он должен быть принят. Большинство проблем, которые возникали вокруг темы агрессивных и безнадзорных собак, как раз связаны с тем, что у нас не было федерального закона о животных». Например, новый закон обяжет хозяев регистрировать собак агрессивных пород. Там же предусмотрены и санитарные нормы для содержания животных в квартирах, то есть удастся решить проблему, когда в одной квартире живут по 20 собак сразу. К тому же во всех регионах должны отлавливать и стерилизовать собак, как это сейчас делают в Москве. Естественно, речь идет о белой схеме, а не о том, как это происходит сейчас во многих случаях. После того как будет принят федеральный закон, внесут поправки и в московское законодательство о животных. Этот документ просто необходим, иначе ситуации, когда происходит массовое убийство собак, как это было недавно на Киевском вокзале, будут повторяться, взрывая общественное мнение. Там, кстати, были нарушены все правила отлова животных. Сегодня по этой процедуре порядок такой — сначала нужно отправить заявку в ДЕЗ на отлов и стерилизацию собак. Там заявку рассмотрят, узнают, нет ли у собаки опекуна, если он есть — обратятся к нему и сообщат о решении отловить его собаку. Если она стерилизована, то ее отлавливать не будут, если нет — выносится решение об отлове. Тогда ДЕЗ обращается в СОДЖ (Служба отлова диких животных), тот оформляет заказ и передает его в ветеринарную клинику. И только после этого приезжают ловцы и перевозят животных в клинику для стерилизации. Кстати, по времени весь этот процесс никак не регламентируется, но, как показывает практика, можно решить вопрос за неделю, если усиленно капать на мозги работникам ДЕЗа.

Председатель Столичной коллегии адвокатов Георгий Зубовский убежден, что, пока собака будет оставаться в лучшем случае объектом собственности, а не субъектом права, ситуации, подобные случаю на Киевском вокзале, будут повторяться. Мало кто знает, что формально бездомные собаки — собственность города. Если человека укусил бродячий пес, он может подать в суд на городскую администрацию. Такие прецеденты были, и дела выигрывали. Причем если собаки живут на автостоянке или территории гаража, ответственность за них должна лежать именно на тех, кто является руководителями данного объекта.

Георгий Зубовский убежден также, что и владельцы собак должны нести персональную ответственность за своих питомцев. Персональная ответственность за выброшенную или сбежавшую собаку будет лежать на ее хозяине — это едва ли не главное правило, которое должно заставить закон работать. Причем ответственность эта совокупная — от финансовой до уголовной, в зависимости от ситуации, спровоцированной собакой. Профессиональные кинологи не зря говорят: не бывает плохих собак, бывают плохие хозяева. Надо подкрепить этот тезис юридически, и проблема начнет решаться. И еще хорошо бы, чтобы Счетная палата обратила внимание на расходование бюджетных средств, выделяемых на решение «собачьих» проблем в мегаполисе. А то как-то странно получается — деньги расходуются, а бродячих собак меньше не становится.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера