Архив   Авторы  

Как поживаете
Общество и наукаExclusive

Социологи нанесли на карту России излюбленные ареалы обитания закоренелых пессимистов и неисправимых оптимистов








 

Кризис бродит по России... Экономические проблемы перетекают из отрасли в отрасль, из региона в регион. Но главный негатив кроется не в обрушении "голубых фишек" на бирже или в банкротстве олигархов, а в изменениях настроений и ожиданий самых обычных граждан. Более двадцати крупных городов и регионов России стали полем для социологического исследования, получившего название "Межрегиональный индекс кризисного сознания". Проводила его группа независимых исследователей из ассоциации региональных социологических центров "Группа 7/89". Согласно добытым результатам самые закоренелые скептики страны проживают в Воронеже. А вот костромичи оказались неисправимыми оптимистами. Естественно, корреспонденты "Итогов" поспешили отправиться по этим заветным адресам.

Воронеж: опрокинутый кувшин

За многовековую историю Воронежа у его обитателей сформировался комплекс жителя несостоявшейся столицы, своеобразный "великодержавный воронежский шовинизм". Триста лет тому назад тут зарождался русский флот (Петр I строил флотилию для Азовского похода), и Воронеж фактически играл роль русской столицы. Здесь квартировал царский двор, появилось даже что-то вроде министерств. А когда отгремели фанфары в честь успешного Азовского похода, Петр заложил Санкт-Петербург, а о Воронеже благополучно забыли. В 20-е годы прошлого века всерьез обсуждался прожект по разнесению столиц СССР и РСФСР с переносом последней в Воронеж. И опять дело сорвалось. Окончилась неудачей и попытка стать городом-миллионником, которому по чину полагаются метрополитен и прочие социальные навороты. Как признаются местные жители, эта попытка подняться в статусе потерпела фиаско благодаря интригам Москвы. "Правительство в советское время не хотело тратиться на стройку подземки и поэтому специально хранило в тайне численность населения города", - поведал нам по огромному секрету один из воронежцев.

По прошествии двадцати лет после распада Союза Воронеж так и не стал, как задумывалось, донором для близлежащих регионов и на самоокупаемость не перешел. К тому же в центре Черноземья нет своих сырьевых ресурсов и градообразующих предприятий. Ситуацию, говорят, усугубил тот факт, что за последние годы в области сменилось несколько губернаторов. По данным соцопросов разных лет, чиновники так и не заслужили доверия горожан. И все же, несмотря на отягчающие обстоятельства, Воронеж развивался. В городе наладились банков­ский сектор, торгово-посредническая деятельность. На данный момент город является одним из крупнейших российских логистических центров. Но воронежцы упрямо продолжают считать, что им опять не повезло. "У нас сформировались как раз те отрасли, которые больше всего пострадали в результате экономического кризиса", - говорит местный социолог Александр Романович. По кому же кризис ударил больнее всего?

Крупнейший производитель легковых шин в России холдинг Amtel-Vredestein - владелец Воронежского шинного завода - не может расплатиться с кредиторами. Горожане уверены: предприятие будут банкротить. "У компании появились финансовые проблемы, и все три ее завода встали: один у нас, один в Кирове и один в Голландии, - говорит председатель обкома профсоюза работников химических отраслей промышленности Сергей Глебов. - Руководители компании думают, что им реструктуризируют долг, который составляет порядка 600 миллионов долларов, но на это никто не идет". В результате около тысячи человек трудятся на предприятии неполную рабочую неделю, с начала года уволили 275 человек. В этом году в Воронеж приезжали первый зампред правительства Игорь Шувалов, министр промышленности и торговли Виктор Христенко, которые, по словам профсоюзного лидера, вроде бы готовы помочь заводу и городу, но как это сделать в случае с шинниками, пока никто не знает. Воронежцы надеются: государство выкупит акции завода и наладит производство.

Не лучше дела обстоят и на воронежском авиапредприятии. Город будоражат слухи. "Уволена первая тысяча работников, поговаривают, что будет свернуто производство самолетов Ил-96, - рассказывает рабочий завода Виктор Серов, попавший под сокращение в апреле, - на заводе слышно, что еще около шести тысяч человек собираются сократить до конца года".

Когда предприятия друг за другом ложатся на бок, уповать приходится разве что на искусство. Но и тут кризис! В местном драмтеатре уверены: сцена - верный индикатор происходящих в обществе перемен. Завлит театра Николай Тимофеев рубит правду-матку: "Наше существование под вопросом! Если раньше худо-бедно давали средства на постановку спектаклей, то осенью прошлого года в управлении культуры заявили: "До конца первого полугодия не получите ни копейки постановочных средств". Сегодня у театра нет денег даже на Гоголя, а мы уже начали репетировать "Мертвые души"! Творческий процесс остановился, работаем с тем, что есть".

В городе с аншлагом идет комедия Александра Островского "Банкрот" (более позднее название "Свои люди - сочтемся"). На сцене на плече главного героя купца Самсона Силыча Большова заходится в рыданиях его супруга Аграфена Кондратьевна. Казалось бы, вот оно, настоящее уныние. Но не тут-то было.

- С декабря прошлого года общее количество зрителей заметно снизилось, а эта пьеса все равно собирает зал, - удивляется замдиректора театра по организации зрителей Алла Кузнецова.

Парадокс этот вполне объясним. У местных театралов есть шанс на классическом примере постичь науку, как заработать капитал на экономических неурядицах. Вполне актуально. Дело в том, что механика мнимого банкротства, применяемая героями комедии, до сих пор является одним из основных способов обогащения. На сцене заслуженный артист России Вячеслав Зайцев возмущается устами своего героя: "...И другие делают... На лежачих лесорах ездят, в трехэтажных домах живут... а там и капут, и взять с него нечего. Коляски эти разъедутся неизвестно куда, дома все заложены, останется ль, нет ли кредиторам-то старых сапогов пары три..."

- Признайтесь, используете какую-нибудь отсебятину в тексте, чтобы оживить зрителя? - интересуемся у актера после спектакля.

- Разве что в середине пьесы иронизирую по отношению к своему герою, который возмущается: "В России всегда воровали и будут воровать!"

Липочка, его дочь по пьесе, легко узнаваемая в современных джинсах, уверена, что интерес к "Банкроту" не случаен: "Зрителю нравится видеть на сцене то, что происходит в городе под боком у каждого, это своеобразная психотерапия".

На одной из улиц мы остановились у панно с изображением герба Воронежа. На геральдическом щите изображена золотая гора с возлежащим на ее вершине опрокинутым кувшином, из которого течет вода. Скала символизирует нерушимость, кувшин - достаток, а вода обозначает "градообразующую" реку Воронеж. Острословы шутят: "Наш герб - это опустошенный сосуд благополучия". Историческая память оказалась крепкой. И вдохнуть оптимизм в воронежцев не так уж и просто. А социолог Александр Романович вдобавок замечает, что воронежский скептицизм - штука, дающаяся от рождения, и является не чем иным, как особенностью менталитета: "Мы грубоватые, невоспитанные, хмурые, угрюмые и неотзывчивые. И это не только наша самооценка. Так о нас отзываются при соцопросах жители других регионов".

Кострома: родина божьих коровок

Город заборов и светофоров. Так о Костроме говорят его обитатели. Светофоров и заборов здесь действительно чересчур. Первые понатыканы чуть ли не через каждые сто метров, а с заборами вообще отдельная история - во все времена костромичи полагались только на себя, точнее, на то, что выросло у них в огороде. Ну а какой же огород без забора?! Но самый большой забор в городе принадлежит заводу "Мотордеталь", производящему поршневые группы двигателей внутреннего сгорания. Предприятие известно далеко за пределами России. Однако сейчас оно переживает не лучшие времена - с начала года уволено около 900 человек, и все ожидают очередную волну сокращений. Бывшие заводчане на чем свет стоит клянут руководство - мол, держали завышенные цены на продукцию и дождались, пока китайцы не начали делать все то же самое, только в четыре раза дешевле. Однако долго предаваться унынию оставшиеся без работы не стали, справедливо решив, что заработать от 9 до 15 тысяч рублей, которые им платили на заводе, смогут с легкостью и в другом месте. Многие подались в таксисты, и сегодня в Костроме чуть ли не самая высокая концентрация таксомоторов на душу населения - на 280 тысяч жителей одновременно работает не менее трехсот авто с шашечками. При этом самая дорогая поездка по городу обойдется где-то в 100 рублей! Такси можно вызвать по телефону в любую точку города, можно поймать на самой глухой улице в любое время суток, можно просто выйти из питейного заведения и выбрать из десятка машин ту, которая больше нравится по цвету или по физиономии водителя.

Те, кто не имеет водительских прав, подрядились мести улицы. И Кострома - город, издавно считавшийся "замарашкой", - вдруг засияла чистотой. Дело в том, что правительственная антикризисная программа предусматривает дотации в местные бюджеты, которыми костромские власти с удовольствием воспользовались. Если оставшийся без работы человек приходит в службу занятости, ему предлагают попробовать себя в должности дворника. Многие соглашаются. И всем хорошо - антикризисный бюджет освоен, человек трудоустроен, а город чист. Кстати, в городе мы не нашли ни одного гастарбайтера из Средней Азии с метлой в руках - все вакансии заняты местными.

И вот что странно. О костромских мастерах - столярах и плотниках - ходят легенды: на строительстве дач в Подмосковье они всегда были востребованы. А сейчас, с кем бы мы ни говорили, никто из Костромы на заработки не рвется. Жизненное кредо большинства местных жителей сформулировал нам один из горожан: "Деньги кончились - пошел там подхалтурил, тут подхалтурил, на хлебушек заработал, и слава богу". Кстати, костромичи даже во времена СССР трудовых книжек заводить не любили. И сегодня, по данным властей, в Костроме и области экономически активная часть населения составляет 33 процента. Но статистика - лукавая вещь...

- Кризис? Да не ощущаем мы его! - смеются местные жители и добавляют: - Мы в этом кризисе все последние годы живем - как ничего у нас не было, так и нету!

- Можно сказать, что мы, сами того не ведая, подготовились к кризису, - говорит "Итогам" заместитель председателя Костромской областной думы Сергей Деменков, - приняв за последние годы множество законов социальной направленности, с 2005 года рассмотрели 90 таких законопроектов! Объем публичных обязательств, то есть выплат физическим лицам как меры социальной поддержки, в бюджете 2009 года увеличился в два с половиной раза по сравнению с прошлым годом и составил 2,5 миллиарда рублей.

Когда Сергей Деменков рассказывал о законах, сделавших костромичей неисправимыми оптимистами, подумалось, что на родине Ивана Сусанина просто не может быть по-другому. Люди здесь всегда знают, какой дорогой идти, - так исторически сложилось. А кроме заботы властей и социальных гарантий, выживать костромичам помогает природный юмор. Например, несколько лет назад, когда ездить по разбитым дорогам сил уже не было никаких, сотни жителей города не пошли на митинги, не стали блокировать движение по центральной трассе, а с табуретками и удочками вышли на улицы и закинули снасти в придорожные лужи. И добились того, что дороги отремонтировали.

Вообще поездка по центральным улицам Костромы само по себе занятие очень нескучное. Весь город заклеен афишами, приглашающими жителей посмотреть на "Шоу бегемотов" и "Медведей-канатоходцев".

В городе есть что посмотреть - тут вам и древний Ипатьевский монастырь, и чудотворные иконы, и удивительной красоты центр города, возведенный в екатерининскую эпоху. А потому сейчас едва ли не единственная отрасль, что здесь растет, - туризм. Ускоренными темпами строятся гостиницы и рестораны, облагораживаются волжские берега. Власти рассчитывают, что по реке к ним приплывут туристы. Правда, местные жители охают: дескать, большую часть прибыльного бизнеса скупили "оборотистые москвичи". Действительно, по Костроме разъезжает много дорогих иномарок со столичными номерами. Однако один из разработчиков местной программы инвестиционной привлекательности региона доктор экономических наук Маргарита Беркович считает, что в притоке капиталов из других регионов нет ничего страшного, наоборот, это существенно оживит костромскую экономику. "Здесь никто никого не кошмарит", - утверждает Беркович.

Прогуливаясь по Костроме, мы решили проехать пару остановок на автобусе и столкнулись с обратной стороной наступательной социальной политики местных властей.

- Да я не знаю, кому тут билеты продавать, - сокрушается водитель рейсового автобуса Сергей, - больше половины удостоверения предъявляют: то военный, то мент, то пенсионер какой или ветеран. А от продажи билетов моя зарплата напрямую зависит - нам за это доплачивают. Тут город такой - военная академия и часть десантная стоит. Я сам-то не местный, из области, а там вообще работы нет, здесь хоть тысяч восемь в зарплату получается. Но ничего, проживем, как еще дед мой говорил - картошка растет, и слава богу.

Растет в Костроме не только картошка, но и ананасы, арбузы, дыни и даже кофе. Правда, все это произрастает не в огородах, а в теплицах едва ли не самого крупного предприятия в городе - комбината "Высоковский". Кроме экзотических для средней полосы культур, здесь выращивают и вполне расейские огурцы-помидоры. Директор предприятия Алексей Ситников убежден: в ближайшем будущем слава о костромских овощах прогремит по всей Европе, потому что уже сегодня хозяйство - своего рода визитная карточка российского овощеводства. На предприятии работают 458 человек, включая уникальных специалистов по выращиванию популяции божьих коровок, призванных уничтожать вредителей, которых не берет никакая химия. Комбинат дает возможность неплохо зарабатывать - средняя зарплата здесь 16,5 тысячи рублей, а значит, с кадрами проблем нет и не будет. Алексей Ситников уверен, что основное богатство Костромы - люди: "Не так давно мы закупили в Голландии дорогущий блок управления климатом, голландские специалисты установили его и уехали, обучив наших сотрудников некоторым сервисным операциям. Пришло время покупать еще один блок, и тут ко мне приходят несколько наших техников и говорят: "Давайте мы сами нечто подобное сделаем, детали купим на радиорынке, ничего сложного в этом блоке нет". И ведь сделали - работает не хуже голландского! У нас живут действительно удивительные люди!"

Кстати, эти удивительные люди живут в городе, который если и не претендовал, как Воронеж, на звание столицы России, но вполне заслуживает почетное право называться колыбелью отечественной государственности - ведь именно с порога Ипатьевского монастыря шагнула на русский престол трехсот­летняя романовская династия. При этом у костромичей нет комплекса несостоявшейся столичности. Быть может, их оптимизм был заложен еще в 1916 году, когда в столовой городского Общества трезвости, возможно, впервые в России, начали подавать всем желающим вкусные комплексные обеды по цене от 45 до 55 копеек. За эти деньги тогда можно было купить литра три молока. Правда, сейчас коров знаменитой костромской породы не держат ни в городе, ни в пригороде. Невыгодно. Куда прибыльнее содержать бани, кафе, сауны и частные гостиницы, разбросанные по окраинам Костромы. Одни названия чего стоят - едва ли не самая популярная сауна называется "Армагеддон". Спросом особым пользуется только у приезжих. Потому что костромичи по жизни не парятся.

Воронеж - Кострома - Москва

Исследование

Под напряжением

Независимые социологи выясняли отношение населения ключевых регионов России к экономическому кризису. Объектом исследования в ноябре 2008-го и марте 2009-го стали более 20 тысяч человек старше 18 лет. Социологи разбили фокус-группы в равных количественных пропорциях по полу, возрасту и социальной принадлежности. Опрос проводился по единой анкете, где посредством ключевых вопросов специалисты определяли уровень информированности и отношение к сложившейся экономической ситуации.

В результате второй волны исследований выяснилось, что почти 80 процентов от общей массы опрошенных слышали о финансовом кризисе. Впрочем, лишь каждый пятый смог сообщить подробную информацию о мировых экономических проблемах. Как ни странно, но поверхностные знания особенностей кризиса не помешали респондентам прогнозировать его развитие. В том, что ситуация будет только усугубляться, уверены 75 процентов жителей Воронежа, что позволяет им с большим отрывом лидировать в списке пессимистов. Около 65 процентов опрошенных по всем регионам заявили, что кризис уже оказал негативное воздействие на уровень жизни. 23 процента утверждают обратное - не отразился. И лишь 10 процентов от общей массы считают, что дальше экономическая напряженность пойдет на спад. Средняя доля жителей, считающих, что их материальное положение в течение ближайшего года будет улучшаться (оптимисты), составила 15 процентов. Индексом оптимизма стало отношение численности оптимистов к численности пессимистов. Так, в Костроме этот показатель составил 0,78 единицы при среднем значении по России 0,38.

В целом специалисты отметили, что по регионам охват населения кризисом растет. Почти вдвое уменьшилась доля людей, которых кризис не затронул, и в полтора раза увеличилось число тех, на кого он повлиял негативно.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера