Архив   Авторы  
Частная собственность, как и деньги, любит тишину. А в последнее время вокруг нее не утихают скандалы

Про жертвы перестроек
Общество и наукаExclusive

Все происходящее вокруг столичных поселков напоминает спешную ликвидацию последствий без выявления причин




 

Ситуация с поселком художников Сокол стала продолжением череды скандалов, разразившихся над "малоэтажной Москвой" в последний месяц. Вначале поэкспериментировали на обитателях Огородника и Речника. Затем взялись за "Остров фантазий", дома на Карамышевской набережной, а после перекинулись и на знаменитый Сокол. В каждом случае свои причины атаки и правовые тонкости. И тем не менее все эти объекты - уникальный для Москвы тип недвижимости: частные дома на столичной земле. И здесь вступают в силу особые правила игры, в которой ставка - всего один владелец на земельном участке, где можно было бы построить целую элитную многоэтажку. Цена вопроса заставляет искать истинные причины "поселковых скандалов".

Как страшно жить...

Жилой комплекс поселка Сокол строился в 20-е годы прошлого века в качестве полигона для обкатки новых градостроительных идей. На его примере советская власть решала, идти ли стране по пути индивидуального жилищного строительства, либо развивать массовую застройку. Чтобы стать жителем Сокола, требовалось вступить в кооперативное товарищество, созданное группой энтузиастов из профсоюза "Всекохудожник", и выложить приличную по тем временам сумму. Строился поселок для художников, но 15 процентов построек отдали рабочим семьям завода "Изолятор". По сей день этот жилой комплекс, занимающий 20 гектаров земли, остается уникальным - это тот редкий случай, когда участок, расположенный всего в нескольких километрах от Кремля, находится в частной собственности.

"О том, что на наши дома положили глаз, мы узнали из прессы, - рассказывает председатель администрации поселка Владимир Стоцкий. - Появилось сообщение, что префект Северного округа Олег Митволь обратился в прокуратуру с просьбой проверить на предмет законности строительство новых домов в поселке. Он акцентировал внимание на том, что около 30 домов являются новоделом, имели место снос исторических объектов и возведение вместо них современных коттеджей". Еще префект просил дать правовую оценку законности увеличения площади застройки комплекса "Поселок Сокол" и изменения его исторического облика. Жители занервничали. "Мне пришлось их успокоить и попросить привести в порядок весь пакет документов, - продолжает Владимир Стоцкий. - Бумаг так много, что для каждого отдельного участка и строения впору заводить свой личный архив". Откуда такие ворохи документов?

В поселке располагается 113 домов. Все они, как и поселок в целом, с 1979 года находятся на охране у государства. Поселок признан архитектурно-градостроительным памятником. Основания для такого решения были более чем серьезные - планировался и строился поселок классиками архитектуры Виктором Весниным, Николаем Марковниковым и Николаем Колли под руководством будущего академика Алексея Щусева.

Жить на такой территории, с одной стороны, престижно, а с другой - сущий кошмар. По крайней мере так говорят многие обитатели поселка. Владимир Стоцкий посетовал на то, что владельцы домов не могут на своей территории чихнуть без ведома властей: "Каждое дерево на участке состоит на учете в департаменте природопользования, там же хранятся данные о том, к какой породе оно относится. Чтобы спилить полусгнивший ствол, необходимо оформить большое количество бумаг". Любой, кто однажды столкнулся с оформлением разрешительной документации на строительство какого-либо объекта, проходил сквозь огонь и воду. Чтобы провести реконструкцию (слово "ремонт" в данном случае не употребляется, поскольку речь идет об объектах культурного наследия), законопослушный собственник дома должен пройти два десятка инстанций и собрать 52 согласования - от пожарных до префекта - это ровно столько же, сколько проходит строительная компания, возводящая многоэтажку. В основном, правда, все эти хлопоты ложились на плечи управляющей компании, которой является администрация поселка.

"Большая часть реконструированных домов принималась за подписью бывших префектов Северного округа Владимира Объедкова, Петра Бирюкова, Михаила Демина, - говорит председатель администрации. - По большому счету не важно, кто подписывал бумаги, важно, что государство в лице компетентных чиновников принимало наши дома, согласовывало все технические нюансы, давало определенные разрешения, а вместе с ними и гарантии". Именно поэтому сейчас у жителей поселка вызывают недоумение действия властей.

"Все, что вы видите на территории поселка, законно, - утверждает Владимир Стоцкий. - Любой чиновник, у которого есть к нам претензии, может отправить запрос в архив префектуры или в архивы организаций, которые выдавали свои заключения, и получить ответ". Собственно, какие к жителям претензии?

Эх, если бы все было так просто. Сомнения в законности действий некоторых местных обитателей появляются сразу при входе в поселок. На улице Шишкина высится огромный современный особняк, слабо подходящий под определение "дом художника" и уж совсем не связанный с понятием "архитектурно-градостроительный памятник".

Как можно в охраняемом государством поселке построить такое "шале"? В администрации поселка по этому поводу привычно ссылаются на правильно оформленную разрешительную документацию. Но ведь по закону все реконструкции должны еще и обсуждаться на общем собрании, которое правомочно одобрить проект или забраковать его. "Нас никто не спрашивал, а ставили перед фактом", - как-то вяло прокомментировал ситуацию один из сотрудников администрации. Вопрос о том, сколько и кому можно заплатить денег на различных этапах согласования реконструкции, остался без ответа. Жители говорят, что "за руку никого не ловили, а фантазировать на эту тему - дело подсудное".

"По закону должны быть соблюдены нормы этажности, архитектурный стиль, а также пятно застройки, - говорит представитель общественного движения "Наша столица" Александр Закондырин. - В реальности все эти ограничения при наличии денег можно обойти. Насколько я знаю, 1300 долларов за "квадрат" - это та сумма, за которую можно решить любой вопрос с реконструкцией".

Начиная с 1999 года муниципальные чиновники писали письма в мэрию и правоохранительные органы с просьбой разобраться в беспределе, творящемся на территории поселка. Из попавшей в руки "Итогов" переписки между сотрудниками районной управы "Сокол" и правительством Москвы становится понятен перечень претензий. В 2000 году районная управа по просьбе жителей поселка призывала контролирующие и правоохранительные органы проверить работу Совета самоуправления "Сокол": мол, без согласования с городскими властями сдают в аренду нежилые помещения, а вырученные деньги идут не на ремонт поселка, а в чьи-то карманы. В жалобе на имя заместителя премьера в правительстве Москвы Анатолия Петрова внимание обращали на тот факт, что Совет самоуправления самолично занимается обменом квартир в одноэтажных домиках, которые якобы новые русские незаконно сносили и вместо них возводили многоэтажные коттеджи.

Это в прошлом. Однако здесь поговорка "Кто старое помянет, тому глаз вон" не годится. Власти непременно помянут старое местным жителям. Правда, неплохо было бы, если б новые власти округа помянули старое также и в отношении прежних властей. Чиновники районного масштаба на протяжении нескольких лет обжаловали распоряжения префектуры, но это не принесло никаких результатов. В частности, в 1998 году префектура Северного округа своим распоряжением узаконила перепланировку жилого дома номер 16 по улице Поленова. В документе говорилось: "В связи с аварийным состоянием каркасно-засыпного жилого дома были представлены документы на его реконструкцию, перепланировку и реставрацию в пределах существующих границ отведенного земельного участка с целью повышения уровня максимальных удобств и комфортности дома". Уровень износа, по оценке БТИ, составил 67 процентов. В результате дом 1926 года перекроили, и современный коттедж, появившийся по этому адресу, узаконили распоряжением тогдашнего префекта Михаила Демина. Письма в разные инстанции из управы района "Сокол" не принесли результата. Дом и поныне там.

Снести нельзя помиловать

"В случае с поселком Сокол, - говорит заслуженный архитектор РФ Валерий Ржевский, - нельзя менять внешний облик домов, в частности нарушать основные пропорции строения, его размеры и этажность, а также необходимо сохранить цветовое решение крыш и фасадов. Если необходимо, можно поменять кровлю, двери, окна, потому что глупо, если в охраняемом государством объекте будет течь крыша. Материал, из которого сделан фасад, нельзя менять, например, недопустимо облицевать кирпичом деревянное строение, но можно поменять старую доску на новую. На участке допускается размещение легких временных конструкций, таких, как летний душ, детская площадка. Внутри помещения можно делать все, что угодно. Время же не стоит на месте, и если в двадцатые годы там было печное отопление, то теперь просто необходимо установить современный котел".

На примере поселка Сокол очень хорошо видно, что понятие частной собственности в России так и не сформировалось. Причем проблема не только в отношении чиновников к частникам, но и самих владельцев к своей недвижимости. "По сравнению с другими странами права пользования и пожизненного землевладения у нас на практике ничем не защищены, - говорит адвокат Александр Молохов. - Проблемы не только законодательного характера, но и правоприменительной практики. Когда идет судебная тяжба между гражданином и ведомством, чаще всего суды встают на сторону властей". С другой стороны ни одному англичанину не придет в голову перекраивать исторический особняк, если это запрещено законом.

"Где в России начинается и заканчивается собственность? Я не хотел бы искать ответ на этот вопрос на собственном опыте, - говорит житель поселка Алексей. - Бывают всякие случаи: конъюнктура, политика, а вы можете перестать быть владельцем своего дома".

Понятно, что при бюрократической системе люди привыкли решать дела по старинке. И мало кто признается, что перестроил свой дом за взятку. Уголовный кодекс карает одинаково как за дачу взятки, так и за ее получение. При этом ситуация с Соколом яркий пример того, что решить проблему за деньги - вовсе не значит получить пожизненную индульгенцию. Это может отсрочить проблему, а чиновник всегда может отказаться от принятого решения, сославшись на недочеты предшественника. Люди страдают сегодня за те взятки, которые раздали раньше чиновникам. Но кому досуг в этом разбираться? По сути происходящее представляет собой спешную ликвидацию последствий без выявления причин. Впрочем, есть проблемы и у тех, кто не дает взяток и не нарушает законов, но имел неосторожность обзавестись собственным домиком в столице. И это самая больная тема.

Как говорят по поводу случившегося эксперты в области земельного права, сегодня каждого второго владельца земли и коттеджа можно при желании вытолкнуть пинком под зад с его владений, придравшись к неточностям в оформлении документов. В Москве эта ситуация усугубляется к тому же большим количеством бюрократических препон и бумаг, в которых любая запятая (поставленная, между прочим, чиновником) может стать роковой. Снести нельзя помиловать. Да и сам закон при желании можно повернуть в нужное русло.

"По закону, а если точнее, то согласно Земельному кодексу, чтобы снести постройку, необходимо изъять земельный участок, - рассказывает специалист в области земельного права Вера Ковальчук. - Если земля в собственности, то права владельцев более-менее защищены". Но только более-менее... Изъятие может совершиться для государственных и муниципальных нужд в двух случаях, которые предусмотрены кодексом. Например, если по территории, где расположен ваш дом, пройдет федеральная трасса или газопровод. Или если на этом месте запланировали построить многоэтажный жилой дом.

Власти, конечно, должны предоставить компенсацию в виде денежных выплат согласно рыночной стоимости объекта либо предложить аналогичный участок земли, оплатив на нем постройку жилья. В таких случаях власти договариваются с собственником (печальный опыт хорошо известен из истории со сносом домов в Бутове), в случае его несогласия дело решается в суде. "Как правило, возникает вопрос, насколько эти компенсации адекватны и насколько независимы организации, занимающиеся оценкой", - говорит Вера Ковальчук. Юридическая практика показывает, что даже через суд человек может получить копейки, лишившись своего жилья.

Есть еще один способ, как лишить гражданина собственности, - это возможность изъятия земельных участков без предоставления компенсации. Как правило, частные дома находятся на территории населенных пунктов и в свидетельстве о собственности на землю прописано, что участок предназначен для индивидуального жилищного строительства. Если владелец решил построить на своей территории что-то еще, то землю заберут без всяких компенсаций. Также лишить человека собственности муниципальные власти имеют право, если земля не используется. "Доказать это не так просто, но можно, - говорит юрист. - Если в течение, например, пяти лет чиновники будут проводить проверки и не обнаружат какого-либо строения, то в принципе это будет являться основанием для изъятия земли без компенсаций".

Усугубляет положение тот факт, что для индивидуального жилищного строительства механизм изъятия не четко прописан. Например, не определено, какой орган должен этим заниматься, не существует подзаконных актов, разъясняющих данную норму.

Какие механизмы сработают в отношении поселка Сокол, нам только предстоит увидеть. Но, возможно, именно на этой территории случится прецедент, по которому собственников будут лишать их владений впредь. По информации "Итогов", в настоящее время около двух процентов московской земли находится в собственности частных лиц.

Застрельщик

Кто не спрятался, я не виноват

Ситуацию с последними скандалами в столице "Итоги" попросили прокомментировать префекта САО Москвы Олега Митволя.
 

- Олег Львович, чем обусловлена ваша инициатива о сносе поселка художников Сокол?

- Кто вам сказал, что это моя инициатива? Давайте будем точнее в терминах. Выявлено, что из 113 домов поселка 30 имеют увеличенную площадь в обход охранных свидетельств. По сути там должны были быть одни дома, а стоят в несколько раз больше. Мы хотим навести порядок, чтобы поселок соответствовал первоначальному облику. Будут сносить постройки или нет, решит суд. Пока у нас нет необходимых согласований.

- Но почему именно сейчас разгорелись кампании по сносу, в Северном округе нет более важных дел?

- Задам вам ответный вопрос: а почему вы не писали о том, что в прошлом году в городе снесено 110 объектов, из них 29 - в Северном округе? Сейчас в судах лежат иски на снос еще 282 объектов. Из стога сена выкопали одну иголку и размышляете, а почему вдруг здесь оказалась иголка.

- Иголка-то не одна. То Речник, то "Остров фантазий", то еще что-нибудь...

- Все эти истории не для того, чтобы снести поселки, а для того, чтобы прекратить самострой. У жителей "Острова фантазий" есть свидетельства о собственности, законность которых будет проверяться. А вот история с Речником совсем иного плана. Так, в 2006 году территория Речника увеличивалась на два гектара в месяц. А про речниковских "эсэсовцев" вы слышали? Журналисты, кричавшие о задержанных несчастных мальчиках, их фотографии видели? Как могло оказаться, что у нас "эсэсовцы" три месяца обороняют Речник? Вроде уже 65 лет нет фашизма. И самое страшное, что они доморощенные.

- Но завтра они могут встать грудью на охрану поселка Сокол.

- В моем кабинете лежат бумаги о нарушениях, которые писала управа "Сокол" на имя моих предшественников Хардикова и Измайлова. Они эти документы аккуратно хранили. Надеюсь, когда милиция поймает Хардикова, который числится в федеральном розыске, то задаст ему логичный вопрос: "Почему он этим бумагам не давал ходу?"

- А вы, значит, решили дать?

- Когда я пришел на эту работу, то первым делом сказал: "Кто не спрятался, я не виноват". Я хочу, чтобы мы с вами жили в нормальной цивилизованной стране. То, что происходит в городе, невозможно представить себе в Лондоне или Париже. У нас любой желающий может строить дом где угодно и потом требовать дачной амнистии. Я хочу, чтобы все были равны перед законом.

- Прошла информация, что вам угрожают. Какие меры безопасности предпринимаете?

- Тщательно пережевываю еду и стараюсь не есть на ночь. Это мои основные на сегодня меры безопасности.

Степан Кривошеев
Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера