Архив   Авторы  
Представители благополучного запада переусердствовали в увлечении стерильностью и сделали свой организм уязвимым для многих бактерий

Бацилла глобализации
Общество и наукаОбщество

Вместе с волной мигрантов в Европу идут новые, еще неизвестные медикам инфекции. Печально знаменитая кишечная палочка E. сoli — первая из многих



 

Скандал вокруг кишечной палочки E. сoli, источник которой искали то в огурцах, то в соевых ростках, то в мясе, выходит на глобальный уровень. Изучением штамма, недавно доставленного в Россию, теперь займутся наши ученые, чтобы разработать соответствующие препараты. Эксперты по всему миру задаются элементарным вопросом: каким образом кишечная палочка, десятилетиями мирно существовавшая в деревушках Центральной Африки, реинкарнировалась в центре чистоплотной старушки-Европы? Кто-то видит в происходящем заговор — мол, это хорошо продуманная комбинация, выгодная бизнес-кругам, а кто-то вообще намекает на террористическую атаку. Но трезвомыслящие микробиологи предполагают, что виной тому глобализация и ее неразлучная спутница — массовая миграция. За тысячелетия относительной оседлости человечество разделилось не только на этносы и народности. Между людьми прошли и невидимые границы, которые ученые называют ареалами обитания. В них постепенно возникли собственные биологические подсистемы — с локальными инфекциями и уникальными иммунными механизмами. Глобализация же, словно поварешка, энергично перемешала этот застоявшийся «биологический суп». Кислый вкус его в Европе уже ощутили...

Жертвы эволюции

Ученые уже идентифицировали бактерию и успели изучить ее, но не спешат с ответом на вопрос, откуда она появилась в Европе. Выяснилось, что микроорганизм встречается в Центральной Африке, его геном почти на сто процентов совпадает с геномом местного штамма. И все же отличия есть. Европейская гостья приобрела от другой бактерии — шигеллы дизентерии — ген, позволяющий синтезировать убийственный токсин (его называют токсин Шига). Из-за него, собственно, люди так тяжело и переносили болезнь. «Бактерии, — объясняет доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой микробиологии, вирусологии и иммунологии Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени И. П. Павлова, директор центра клинической микробиологии Виктор Тец, — способны меняться. Во-первых, это может быть мутация, а во-вторых, так называемая горизонтальная передача гена от одной бактерии к другой. Один из способов — перенос гена от клетки к клетке. Он происходит с помощью бактериальных вирусов или бактериофагов. То, что мы наблюдаем с данной кишечной палочкой, это перенос гена от шигелл к E. сoli».

Возникает вопрос: если этот штамм столь опасен, как он попал к такому большому количеству людей — ведь его разносчики должны были погибнуть или сильно болеть. Некоторые ученые считают, что надо искать животный след. «Коровы нечувствительны к токсину, который вырабатывает эта бактерия, — поясняет Виктор Тец. — Микроб может жить в кишечнике коровы и выделять токсин, но в ее организме нет таких рецепторов, к которым он мог бы прикрепиться. В результате возникает такая ситуация — в желудочно-кишечном тракте животных бактерия может развиваться, размножаться и выделяться в окружающую среду. Сами по себе огурцы, помидоры или шпинат содержать внутри палочку не могут, они только, формально говоря, испачканы снаружи. А значит, очаг надо искать не среди растений, а среди животных».

Впрочем, человеческий фактор все-таки представляется экспертам более вероятным. У бактерий, особенно у тех, что выпестованы в теплых странах, свои «условия хранения». По словам научного сотрудника кафедры микробиологии биологического факультета МГУ Андрея Шестакова, «бактерии, живущие внутри человека, могут попасть в окружающую среду и в случае теплого климата длительное время оставаться жизнеспособными». По мнению Виктора Теца, пока нет информации, как кишечная палочка с геном шигелл, контролирующим выработку столь опасного токсина, оказалась в Европе. Можно предполагать два сюжета ее появления. В первом микроб приобрел свои свойства и дополнительные гены и был завезен в Европу «в готовом виде». Во втором случае откуда-то появился вирус бактерии, несший ген, контролирующий синтез токсина. Этот вирус нашел подходящую E. сoli, и сформировался штамм, о котором сейчас так много говорят.

Ничего экстраординарного в происходящем нет. Возникновение фатального штамма — результат банальной эволюции. «Изменчивость — основа сохранения вида независимо от того, о каком живом существе идет речь — человеке или бактерии, — уверяет Виктор Тец. — Когда меняются условия окружающей среды, одни вымирают, а другие, наиболее приспособленные к этим условиям, выживают и начинают доминировать». Но успокаивать себя тем, что погибшие от палочки в Германии люди стали жертвами эволюции, не стоит. Если посмотреть на проблему глобально — человек сам создает условия для возникновения новых видов бактерий.

Есть контакт

Несколько лет назад ученые из Медицинской школы Нью-Йоркского университета опубликовали исследование, в котором предрекали увеличение количества летальных для человека вирусов и инфекций. Прежде бактерии не приобретали смертельные свойства в том числе и потому, что их носители — люди — жили небольшими изолированными группами. Решение убить своего носителя для бактерии означало лишить себя среды обитания. По мере разрастания человеческой популяции, отмечают американские специалисты, болезнетворные микроорганизмы получили более широкую среду для жизнедеятельности. Они развили в себе возможности быстро активизироваться после латентного периода и заражать большее количество людей. Рост городов, глобализация и миграция практически устранили угрозу вымирания маленького сообщества. Плюс к тому высокая плотность населения дала бактериям больше возможностей для взаимодействия друг с другом. «В организме каждого человека в составе нормальной микрофлоры находится от 3 до 5 килограммов сырой массы микробов, — поясняет Виктор Тец. — При популяции в 7 миллиардов человек мы сталкиваемся с 28 миллиардами килограммов живущих в нас микроорганизмов». Это огромное количество бактерий имеет много отличий, связанных с особенностями их хозяев — людей, а также географическими, климатическими и другими особенностями окружающей среды. Как правило, население достаточно устойчиво к микробам, циркулирующим в данной местности.

Происходящая ныне глобализация позволяет людям быстро преодолевать большие расстояния и попадать на территории, где циркулируют микробы, к которым у них низкая устойчивость. В результате они становятся легкой добычей этих микробов. В медицине это явление получило название «болезнь путешественника». Специалисты из американского центра здравоохранения Pan American Health Organization установили, что многие хвори, уже давно забытые современной медициной, вновь начинают активизироваться. В качестве примера приводят лихорадку денге в странах Латинской Америки, которая снова вспыхнула в конце 2000-х годов, тогда как последние несколько десятилетий о ней ничего не было слышно. Причем болезнь распространилась не только по своей «исторической родине», но и в южнотихоокеанских областях США, популярных у туристов, не имеющих внутреннего оружия против этой бациллы.

Дело в том, что наш иммунитет ежедневно сталкивается с огромным числом бактерий, к которым он давно привык. Пока мы едим, пьем, общаемся с друзьями или элементарно берем деньги у продавцов, иммунная система беспрестанно сканирует микробы, большинство из которых ей давно знакомо. Однако в разных регионах даже одной климатической зоны одни и те же бактерии могут отличаться друг от друга, а значит, организм на всякий пожарный будет реагировать на них как на врага. Этим, кстати, объясняется тот факт, что мы умудряемся подхватить насморк в самом начале отдыха. Виктор Тец приводит пример, ставший практически хрестоматийным для отечественной эпидемиологии. В знаменитом «Артеке», куда съезжались дети не только со всей страны, но и из других государств, практически каждая смена начиналась с того, что большая часть ребят заболевала ангиной. «Дети, приехавшие из разных регионов, обменивались стрептококками, причем стрептококк из Новосибирска был не таким, как московский, и как результат полсмены отправлялось в лазарет, — объясняет специалист. — Это была целая проблема, в результате детям превентивно стали давать антибиотики. Проблема исчезла».

Сегодня весь мир превратился в такой «Артек», где идет постоянный обмен разными видами бактерий. Заболевания возникают у людей с низкими и высокими гигиеническими стандартами. В целом можно считать, что западные люди, растущие, как правило, в чистоте, оказываются в этой дружбе народов не в самой выгодной позиции.

Без защиты

Гипотетически можно представить и обитателя индонезийских джунглей, который, попав в чистенькую Норвегию, неожиданно начнет кашлять и чихать. Однако именно здоровье обитателей благополучного Запада в большей степени страдает от глобализации, поскольку снижение иммунитета — обратная сторона цивилизации. «Европейцы живут в изнеженных условиях, в полнейшей чистоте, вокруг минимум бактерий, едят только хорошо вымытые фрукты и овощи, прожаренное мясо, — поясняет аллерголог-иммунолог Ирина Шамонина. — К тому же они постоянно пьют антибиотики. Иммунитет у них — худший в мире. Зато совершенно иная ситуация в странах Африки, Азии и Латинской Америки, где подчас царит откровенная антисанитария. Но за счет этого иммунитет у местных жителей очень крепкий, ведь они с рождения окружены множеством самых разнообразных бактерий».

В попытке создать вокруг себя стерильные условия человек фактически идет против природы, тысячелетиями выстраивавшей отношения между бактериями и людьми. «В принципе человек изначально приспособлен к постоянному потреблению различных микробов, — говорит Андрей Шестаков. — Дело в том, что единственным способом сохранения продуктов питания долгое время была ферментация — квашение, брожение, соление, копчение. В этих процессах принимают участие микроорганизмы. Получается, человек употреблял еду с большим числом микробов. Сейчас мы почти перестали есть такие продукты, поскольку все сохраняется замораживанием или консервированием».

Бесконтрольное употребление антибиотиков по поводу и без повода тоже дрессирует бактерии, заставляет их мутировать в борьбе за выживание. Так, в Нью-Дели был выявлен ген NDM-1, обеспечивающий микроорганизмам устойчивость практически ко всем существующим антибиотикам. Такие «монстры» обычно появляются в больницах, однако в начале этого года бактерия с геном была обнаружена в одном из водоемов индийской столицы. Как она попала туда — через канализацию одного из медицинских учреждений или же мутировала в естественных условиях, ученые решают до сих пор. Удивительно, что бактерия с геном NDM-1 впоследствии всплыла в Великобритании, где зафиксировали 70 случаев заражения, но, к счастью, оказалась безопасной для человека. Однако страшно представить, какими были бы последствия, прицепись такой ген неуязвимости к агрессивному штамму палочки, вызывающей дизентерию или холеру.

Впрочем, все это не повод шарахаться от людей, прибывших из других частей света, только потому, что они являются носителями другой бактериологической среды. Как не повод и отказывать себе в удовольствии путешествовать по миру. Вероятность того, что турист из той же Индии или Средней Азии завезет с собой «чужие» бактерии, весьма мала. Но представим, что речь идет не о путешественнике или командированном, а о гастарбайтере, которому поручено фасовать те же овощи в фермерском хозяйстве или рубить мясо в супермаркете. Вряд ли он, озабоченный проблемами выживания, будет демонстрировать социальную гиперответственность. Тут нужно вмешательство государства. Например, введение отдельных требований к сотрудникам компаний, имеющих дело с продуктами питания. У нас, кстати, специальных критериев для работников пищевой промышленности не существует — достаточно стандартной медицинской книжки, которую часто покупают на черном рынке. Власть, например, могла бы потребовать от бизнеса, принимающего решение о найме на такую работу людей с другой иммунной программой, гарантировать их регулярное медобследование. Теоретически это возможно, практически — нет, ведь кошмарить бизнес — то есть слишком часто проверять — у нас запрещено. Хотя на фоне глобальных угроз соблюдение даже элементарных гигиенических требований на мясокомбинатах, в плодоовощных хозяйствах и в ритейле становится задачей государственной важности.

Т ак что потребителю остается пока принимать меры на бытовом уровне. Можно тренировать иммунитет в индивидуальном порядке. «Например, потреблять продукты с высоким содержанием микробов. Это кисломолочные продукты, квас, живое пиво, сыры, — говорит Андрей Шестаков. — Конечно, кидаться на экзотическую еду не советую, но продукты, которые нас не убивают, делают нас сильнее. Тогда наш иммунитет начинает хоть как-то шевелиться».

Ну и, конечно, напоминают эксперты, надо тщательно мыть руки после уборной и перед едой. Как это в детстве заставляли делать наши бабушки. Они-то знали толк в чистоте...

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера