Архив   Авторы  
Главный критерий «выживания» членов кабинета Дмитрия Медведева — выполнение майских указов президента. Владислав Сурков в эту парадигму не вписался...

Тот еще кабинет
Политика и экономикаПрофиль

Правительство Дмитрия Медведева: от неизбежного к неизбежному





 

Раньше, конечно, с отставками в Белом доме дело обстояло элегантнее. К примеру, несколько осведомленных источников заявляли, что «кабинет Михаила Фрадкова абсолютно точно доработает до Нового года». И можно было только поаплодировать, глядя на то, как Михаил Ефимович бодро сдает дела Виктору Зубкову аккурат на Рош Ха-Шана — первый день этого самого Нового года, только по еврейскому календарю. Сейчас же без изысков. Слухи о том, что кабмин в его нынешнем виде доживает последние дни, сочатся буквально отовсюду, что, по мнению людей знающих, указывает как раз на то, что граждане РФ и правительство Дмитрия Медведева еще некоторое время проведут в обществе друг друга. Неизбежное когда-нибудь случится, но не прямо сейчас. «Неизбежное» — поскольку впервые за долгие годы появился совершенно конкретный критерий качества работы правительства. Зафиксирован он в знаменитых майских указах главы государства.

Президент неоднократно давал понять: те, кто с текстом указов и методами их реализации не дружен, могут и должны найти себя на другом поприще. Бывший вице-премьер Владислав Сурков потерял прежнее место весной и обрел новое лишь недавно. Премьер Дмитрий Медведев на совещании в декабре констатировал отсутствие устойчивого экономического развития — фактически это намек на неизбежную отставку кабинета. Когда и с какими почестями она будет осуществлена — вопрос компетенции только одного человека. И мы его знаем! Резон повременить очевиден: впереди Сочи-2014, и лучше бы этот сложный участок пройти на обкатанной, пусть и не очень быстрой машине. Поэтому — «не сейчас». Но итоги работы кабинета Дмитрия Медведева уже сегодня близки к окончательным.

Действующие лица

«Техническое правительство» — словосочетание давно привычное. Место, по-товарищески переданное Владимиром Путиным Дмитрию Медведеву, не предполагало бы ничего иного, кроме признательности главы страны за четыре года технического — как оказалось — президентства. Однако майские указы внесли коррективы. К тому же с самого начала создавалось впечатление, что, уходя из премьеров в президенты, Владимир Путин позаботился о том, чтобы забрать с собой в Кремль как можно больше прежних министров. Помощниками ВВП стали Эльвира Набиуллина, Татьяна Голикова, Юрий Трутнев, Андрей Фурсенко, и почти все они уже получили самостоятельные участки: Центробанк, Счетная палата, Дальний Восток. Между тем с некоторыми нынешними обитателями Белого дома страна толком и не познакомилась. К примеру, много ли вы слышали о Максиме Соколове — не самом, как уверяют знатоки, бесталанном министре транспорта? О Сергее Донском, который сел на Минприроды? О Николае Никифорове на Минкомсвязи? Нет-нет, не как о самом молодом министре в России и до того, как Владимир Путин в декабре обронил в его адрес словечко «забурел»…

Вот кто обрел популярность, так это Антон Силуанов. Воплощенная функция министра финансов — повторять мантру «денег нет». Притом что все понимают: ради выполнения обещаний Путина Минфину придется раскошелиться, невзирая на то что «денег нет».

Например, такой сюжет: на горизонте — финиш программы материнского капитала в 2016 году. Силуанов громко говорит о том, что дальше следовало бы перейти к адресной поддержке тех, кто действительно в помощи нуждается, на чем, по его мнению, можно сэкономить не одну сотню миллиардов. За это невинное пожелание он получил по полной: как от потенциальных мамаш, так и от профильного вице-премьера Ольги Голодец. И то сказать: маткап сыграл далеко не последнюю роль в том, что в 2013-м рождаемость в России превысила смертность.

Однако парадокс: при всей аллергичности решений и предложений, которые обнародовал Силуанов, негодующих чувств в массах он не снискал. Казус Михаила Зурабова (помните, воплощение всего плохого в народном сознании?) вообще не сюжет для кабинета Медведева. То ли правительство как таковое стало менее заметным, то ли просто люди в нем собрались не столь яркие.

Новички, недавно влившиеся в команду, также не вызывают аллергической реакции. Вот Михаил Мень покинул главное кресло в Ивановской губернии через несколько недель после аудиенции у главы государства (отчитался по «майским», и вроде неплохо) по президентскому указу с красивым номером 777 и с формулировкой «по собственному желанию». При этом — ни одной предварительной утечки: ни по персоне главы ведомства, ни по факту создания министерства на базе профильного агентства. «Меня назначили министром, поздравления принимаются здесь» — один из самых распространенных сетевых каламбуров в день назначения Михаила Александровича. Хотя поздравлять не с чем: жилкомхоз — хорошо протоптанный путь на административный эшафот. С другой стороны, чем должность расстрельнее — тем интереснее вызов.

Напротив, в одночасье потерял все Виктор Ишаев — и кресло президентского полпреда, и должность министра по делам Дальнего Востока: быстрота его реакции на катастрофические паводки, от которых пострадали сотни тысяч жителей, не вдохновила ни дальневосточников, ни Кремль. Смена руководства прошла даже не по итогам, а в самый разгар борьбы со стихией.

Из президентских помощников в полпреды по Дальнему Востоку и вице-премьеры (проверенный по Северо-Кавказскому округу формат) переместился Юрий Трутнев. А министром стал Александр Галушка — на тот момент сопредседатель «Деловой России» и центрального штаба Общероссийского народного фронта. Галушка — один из немногих функционеров, способных с ходу и без зауми объяснить плюсы и минусы любой ситуации, возникающей в экономике, — получил возможность на практике обточить свою концепцию развития малого и среднего бизнеса. Собственно, эта должность не менее расстрельная, чем ЖКХ. «Печеньки» в случае выполнения те же, а вот ответственность, пожалуй, побольше: на помощь пострадавшему региону отправлены огромные суммы, так что, ко всему прочему, Галушке приходится осуществлять контроль за их освоением.

Исполнители

В рассуждениях на тему «правительство как единый организм» самые большие трудности испытываешь с продлением аналогии. Голова — понятно где. Тем, кому непонятно, подсказываем: не в Белом доме. А вот кто там шея, руки-ноги, печенка-селезенка, как говорила неподражаемая Света из Иванова, — «вот это вот всё»? Однако, кажется, по кандидатуре аппендикса разночтений нет никаких. Министр Михаил Абызов сам по себе существует, а вот министерства по вопросам открытого правительства как не появилось в мае 2012 года (тогда Абызов получил портфель), так не случилось этого и в году ушедшем. Абызов — это амбициозный молодой человек, по призыву Дмитрия Медведева перешедший на госслужбу из бизнеса. Дела более чем конкретного. И тем самым резко контрастирующего с нынешними его комментариями о том, чем открытое правительство отличается от закрытого. Немногочисленные публичные дискуссии, особенно в недружественной среде вроде недавнего «Форума действий» ОНФ, Михаил Анатольевич ведет несколько нервно. С форума «фронтовиков» он и вовсе сбежал, вызвав недоумение участников и язвительную реплику Владимира Путина: дескать, в открытом правительстве не все и не всегда следуют идеалам открытости. После подобного месседжа акции министра с непонятным административным анамнезом стремительно поехали вниз.

Столь же рискованной можно рассматривать и ставку на чиновное долголетие Владимира Мединского. Дело не в имидже. И даже не в том, что президентская культурная повестка с некоторых пор обеспечивается профильным советником главы государства Владимиром Толстым. Чехарда в самом Минкультуры — первый признак нестроений в отрасли. В уходящем году мы наблюдали маловнятные перестановки в руководстве кино, громкие уходы чиновников… Короче, в 2014 год, объявленный Годом культуры, Владимир Ростиславович еще может войти министром. Однако шансы этого чиновника остаться в кресле до следующего боя курантов следует признать спорными.

В череде аутсайдеров нельзя не заметить Дмитрия Ливанова — главу Минобрнауки. Это, пожалуй, печально — учитывая то, что именно его ведомство проявило максимальную готовность к диалогу с гражданским обществом. Министерство прославилось кампанией по выявлению диссертаций, стыренных у добросовестных ученых. Борьба с липовыми научными трудами, в которой бок о бок с чиновниками участвовали гражданские активисты, объединенные под лейблом «Диссернет», принесла весомые результаты. Один арест главы Высшей аттестационной комиссии Феликса Шамхалова чего стоил — правда, по другому делу, однако в суть кампании вписался лучше некуда. А еще были десятки разоблаченных депутатов и чиновников, заполучивших степень легально, но не вполне честно, и выявленные «вредители» в лице ученых советов отдельных вузов — слишком сговорчивые в тех случаях, когда за соискателем стоит материальный или административный ресурс…

Однако все это не спасло министра Ливанова от злой критики — начиная от проблем с ЕГЭ и заканчивая низкими позициями отечественных вузов в мировых рейтингах. А само министерство — от потерь. Замглавы Минобрнауки Игорь Федюкин — основной двигатель кампании — покинул пост «по собственному желанию». От активной антиплагиаторской деятельности министерство отошло, а Ливанов продолжил исполнение знакомой роли не мальчика, но мужа для битья. Дело, может быть, и нужное, но к чиновному долголетию не располагающее.

Вершители

«Тихие» ведомства и их руководители имеют различные шансы на успех. К примеру, Максим Топилин и его Министерство труда и социального развития особенно не проявляли себя в публичном пространстве до конца года. Хорошо это или плохо? Скорее второе — учитывая шум, поднявшийся вокруг пенсионной реформы. Конечно, финт с изъятием накопительной части пенсии за следующий год был придуман вовсе не Топилиным. Но уже одна история с пенсионной формулой, точнее, то, как невнятно про реформу рассказали россиянам, — повод задуматься о дальнейших перспективах.

А вот отсутствие громких информповодов по линии Минсельхоза, где Николай Федоров без лишней помпы провел санацию сомнительного наследия Елены Скрынник, — скорее плюс в чиновную карму министра.

Судить о том, кто и где останется, дело еще более неблагодарное, чем расписывать возможные отставки. Можно лишь отметить, что, к примеру, у Вероники Скворцовой и ее коллег — масса наработок по частно-государственному партнерству в здравоохранении. А без такого партнерства, учитывая общий курс на экономию бюджета, сегодня никуда.

Первый вице-премьер Игорь Шувалов — один из драйверов действующего кабинета. Его перемещение либо сохранение на прежнем месте — прерогатива отнюдь не премьерская. Равно как и остальные «вице»: про Дмитрия Козака, в частности, с уверенностью можно сказать две вещи — в следующем году он прекратит заниматься играми в Сочи (ибо те уже закончатся), но без работы не останется (прочат в губернаторы Санкт-Петербурга, например).

Отдельная песня — внешнеполитический и силовой блоки, полностью контролируемые президентом. Пока что его присмотр можно, пожалуй, назвать благожелательным невмешательством. Сергей Лавров наверняка продолжит хозяйничать на Смоленской площади: кому еще доверить дипломатические бастионы? Судя по всему, нынешний вице-премьер Дмитрий Рогозин продолжит свои усилия по собиранию российской оборонки в могучую кучку. Сергей Шойгу на посту министра обороны поддержит арктические и иные предначертания Верховного главнокомандующего. Если, конечно, Владимир Владимирович в следующий раз не бросит Сергея Кужугетовича спасать какой-нибудь очередной административный «Титаник». Вряд ли произойдет что-то плохое и с Владимиром Пучковым, который тихой сапой рулит МЧС, шаг за шагом выскальзывая из тени своего харизматичного предшественника. А Владимир Колокольцев, похоже, все так же будет крепить ряды труднореформируемых органов внутренних дел — если, конечно, не грохнет какое-нибудь совсем безобразное бирюлево.

Что же до карьеры нынешнего хозяина Белого дома… «Бывает, что бывших премьеров предают суду. И только в России суд придают бывшему премьеру» — упражняются в остроумии сетевые хомячки, предвосхищая возможную пересадку Дмитрия Анатольевича в кресло обновленного и укрупненного Верховного суда. Если так, то сие очень нестыдный пост для этого, как говорят, весьма и весьма толкового юриста.

Допустим, что возглавляемое Медведевым правительство не во всем и не всегда преуспевало. Но, скажем откровенно, каких-то еще суперменов, способных исполнять майские указы Путина от сих до сих в то время, когда экономика шарахается между стагнацией и кризисом, на горизонте как-то не просматривается. Как говаривал незабвенный Иосиф Виссарионович, «других писателей у меня для вас нет». И, добавим от себя, в ближайшее время не предвидится.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера