Архив   Авторы  

Закон сохранения энергии
Политика и экономикаВ России

«Концепция такая: мы готовы предоставлять свое богатство для развития мировой цивилизации, а взамен хотели бы получить доступ к передовым технологиям. Чтобы соединить свое сырье с ноу-хау и получать высококачественный продукт», - говорит первый вице-премьер Игорь Шувалов

 

На минувшей неделе в столице Латвии прошло заседание Совета государств Балтийского моря (СГБМ). От России в нем участвовал первый зампред правительства Игорь Шувалов. О том, почему в Европе «не восхищаются» Россией, о судьбе крупнейших газотранспортных проектов, а также о проблемах глобальной энергетической безопасности первый вице-премьер рассказал «Итогам».

- Игорь Иванович, почему свой первый зарубежный визит в новом качестве вы совершили в столь проблемный для России регион?

- Так получилось, что по поручению председателя правительства Владимира Путина мне пришлось его замещать на саммите. Совет государств Балтийского моря переживает период реформирования: сегодня из всех участников СГБМ только Россия, Исландия и Норвегия не члены ЕС. По каким правилам играть? На саммите была принята декларация, в которой констатировалось, что СГБМ как организация останется, но в ее рамках начнут действовать новые принципы проектного характера. Некоторые из этих проектов для нас очень важны. Особенно два из них - это энергобезопасность, а также наука и образование. Так что саммит я считаю важным и продуктивным.

- Тем не менее он закончился раньше запланированного времени. Как вы это объясните?

- Знаете, я на часы не смотрел. Мне саммит показался весьма продолжительным. Он начался с неформального ужина. Там присутствовал председатель КЕС Жозе-Мануэль Баррозу. Он, в частности, сказал о том, что в ближайшее время будет представлена стратегия ЕС в отношении всего Балтийского региона, и о том, как будет вести себя Брюссель, чтобы обеспечить энергобезопасность. Самое важное состоит в том, что участники саммита отметили особую роль России как в регионе, так и на всем европейском континенте. Должен сказать, что практически все ключевые вопросы мы обсудили как раз во время этого ужина. Вот вам и компенсация того времени, которое мы якобы «не договорили» на самом форуме.

- И свою речь в Риге вы произнесли по-русски.

- Свою речь я начал по-английски, сказав, что в этой аудитории более 50 процентов людей понимают русский и потому я буду говорить на языке своей страны. Так и оказалось. Больше половины участников не надели наушники для перевода. В том, что я большую часть выступления говорил по-русски, был особый смысл: присутствие нашего языка и культуры в Балтийском регионе весьма ощутимо. Но еще важнее другое: русский - это бизнес-язык. Нравится это кому-то или нет. Характерно, что большинство глав правительств, которые присутствовали на форуме, в той или иной степени владеют нашим языком. А представитель Польши на бизнес-форуме вообще свою речь по-русски произнес. Вот вам и ответ.

- Насколько я понимаю, главным вопросом на форуме было обсуждение проекта Nord Stream?

- Главным вопросом было обеспечение энергобезопасности. Здесь три ключевых момента. Это безопасность спроса, безопасность предложения и безопасность транзита. Именно так мы разрабатывали эту идею, когда готовились к саммиту «восьмерки» в Санкт-Петербурге. И она получила полную поддержку всех лидеров «группы восьми» и продолжает оставаться на повестке дня. У нас нет никаких сомнений, что в ближайшее десятилетие наши энергоносители на европейском рынке будут востребованы. Мы имеем четкие инвестиционные программы. Мы понимаем, сколько в России будет произведено энергоресурсов и какие объемы можно поставить на европейский рынок. Проблема в том, что нам нужны маршруты и физические возможности, чтобы добытые нефть и газ были поставлены нашим партнерам. Поэтому в Риге обсуждалась безопасность транзита. Говорили о том, чья это ответственность - либо России, либо тех, кто приобретает энергоресурсы? А может быть, транзитных государств? В ходе дискуссии пришли к выводу, что это совместная ответственность. Чтобы обеспечить действительно реальную, глобальную энергобезопасность, все страны должны разделять и выгоду, и риски. Необходимо понять, что новые нефте- и газопроводы - это вещь нужная всем, а не только России или Германии.

- Многие в Евросоюзе обвиняют Москву в том, что она использует энергетику в качестве политической дубины. В частности, ряд политиков в странах Балтии рьяно выступают против проекта «Северный поток».

- Сначала по поводу пресловутой «дубины». Нас действительно часто упрекают в том, что мы используем энергетический фактор в политических целях. Да, Москва потребовала от Украины и Белоруссии расплатиться по счетам. Но есть ли хотя бы один факт того, что Москва с помощью «энергетической дубины» повлияла на решение той или иной геополитической проблемы? Отыщите хотя бы один случай, чтобы под нажимом России был принят какой-нибудь международно-правовой документ или решение по размещению или не размещению военных баз и так далее. Никто ни одного подобного факта назвать не может. Наши ценности с Европой - общие. Защищая свои, мы защищаем и ценности наших партнеров.

- С ценностями понятно, но против проекта Nord Stream некоторые европейские страны, тем не менее, возражают.

- Здесь прежде всего действует фактор коммерческого интереса. Часто говорят о следующем: мол, если построят «Северный поток», то другие трубопроводные системы не будут заполнены. Страны-транзитеры не будут получать соответствующих комиссий. Мы по этому поводу давали и даем разъяснения, суть которых сводится к тому, что существующие трубопроводы будут использоваться в полном объеме, что мы станем добывать больше энергоресурсов для их заполнения. Но нам нужна безопасная система доставки, и она должна быть настолько разветвленной, чтобы и поставщики, и потребители чувствовали: продукт будет вовремя поставлен. Это не попытка отнять у кого-то заработок. В общих интересах осуществить этот проект, чтобы получить дополнительный маршрут и тем самым снять возможные осложнения со странами-транзитерами.

- Ваши аргументы нашли понимание?

- Мне показалось, что реакция была положительной. На финальной пресс-конференции никто из председателей правительств не сказал, что он против реализации этого проекта. Они говорили лишь о том, что самым серьезнейшим образом надо изучить его экологические аспекты. И если не будет подобного рода опасений, то не возникнут и политические препятствия для реализации проекта.

- Себестоимость Nord Stream уже увеличилась чуть ли не вдвое по причине экологических требований. Не слишком дорого нам обходится учет интересов сопредельных стран?

- Эти вещи я не могу комментировать, ибо не видел последнего ТЭО газопровода. Но когда речь идет об экологической безопасности, это всегда дополнительные расходы. Насколько мне известно, как с нашей стороны, так и со стороны германских партнеров по проекту давались гарантии того, что все меры экологической безопасности будут соблюдены. Сколько бы это ни стоило.

- На каком этапе сегодня находится реализация «Северного потока»?

- Пока идет процесс согласования маршрута. Нам нужно получить надлежащее решение стран, через экономические зоны которых будет проходить трубопровод. Когда это случится, сейчас ответить сложно. Но партнеры по проекту стараются, чтобы это произошло как можно быстрее.

- Кто в России отвечает за реализацию данного проекта - президент или премьер?

- За Nord Stream отвечает «Газпром». Этим мы подчеркиваем, что это не политический, а сугубо бизнес-проект.

- И все же, в чем положительный итог прошедшего в Риге саммита? Ведь все как было, так и осталось: строительство Nord Stream уперлось в экологическую стену, да и других болевых точек в отношениях с Балтией и ЕС хватает.

- Во-первых, как я уже говорил, большинством участников СГБМ было признано, что процветание региона возможно только при участии России. А второй, не менее важный момент в том, что все хотят двигаться вперед. Забыть обиды, которые имелись с обеих сторон, и осуществлять бизнес-проекты. Должен подчеркнуть, что такой призыв звучал прежде всего со стороны балтийских государств.

- То есть вы хотите сказать, что власти, к примеру, Эстонии готовы вернуть «Бронзового солдата» на место?

- Я об этом не говорю. Я говорю лишь о факте, который состоит в том, что эти страны дали нам сигнал, сделали заявление о том, что они готовы к конструктивному диалогу. Я со своей стороны поддержал такой шаг. Почему, к примеру, с Германией у России существует высокая степень кооперации, а со странами, которые еще совсем недавно входили с нами в состав единого государства, ничего подобного нет и в помине. Они, да и мы тоже, напрочь вычеркнули друг друга из своих экономических систем. Никто тем же прибалтам не запрещает интегрироваться в ЕС, но они должны понимать, что Россия для них является самым мощным экономическим соседом. Хорошо, что в странах Балтии это стали теперь осознавать.

- Вернемся к «Северному потоку»... Почему мы так боремся за него, как и за другие проекты, связанные с прокачкой энергоресурсов на Запад? У нас что, нет альтернатив? Может быть, стоит обратить наконец внимание на внутренний рынок. Да и на Востоке готовы принять наши энергоносители.

- Мы смотрим и на внутренний, и на внешние рынки. Для нас это в равной степени приоритетно. А бьемся за новые проекты только потому, что экспортный потенциал России огромен и мы его должны реализовать.

- Игорь Иванович, вы будто передовицу «Правды» зачитываете.

- Вы знаете, эту аксиому я буквально вызубрил наизусть. Пусть кто-то по этому поводу и хихикает, но это чистая правда. У нас реально существует огромный внешнеторговый потенциал, и Россия действительно обладает богатейшими запасами энергоресурсов, как и вообще минерального сырья. И потому наша концепция такая: мы готовы предоставлять свое богатство для развития мировой цивилизации, а взамен хотели бы получить доступ к передовым технологиям. Чтобы соединить свое сырье с ноу-хау и получать высококачественный продукт.

- А нас в обмен на минеральное богатство уже согласны допустить в западные закрома высоких технологий?

- Где-то уже пускают, а где-то нет. Где-то и мы кого-то допускаем к своим минеральным ресурсам, а где-то и кого-то - нет. Но в целом наша долгосрочная концепция такова: все, что есть у России, мы на выгодных условиях готовы предоставлять для глобального развития. При этом не ограничивать развитие, а как раз предоставлять ресурсы. Но также иметь доступ к тем благам, которыми располагают те или иные государства, которые мы можем использовать для своего развития. Это и называется взаимовыгодным сотрудничеством. Повторяю, у России настолько огромный потенциал по сырью, что в одиночку нам его в ближайшее столетие не потребить. Специалисты утверждают, что у нас запасов только одного угля на 800 лет вперед.

- Некоторые западные партнеры упрекают Москву в том, что им не совсем ясна российская энергетическая стратегия. Что вы им о ней не рассказали?

- У нас элементарная стратегия. Она в следующем: мы должны коренным образом изменить внутри страны энергоэффективность нашей экономики. Кстати, президент на этот счет недавно подписал указ. В силу причин, доставшихся в наследство от СССР, у нас очень энергоемкая экономика. Если вы посмотрите, сколько в России потребляется энергии на единицу ВВП, то тут мы впереди планеты всей. Потому внутри страны мы должны добиться развития энергосберегающих технологий. При этом и для производства энергии необходимо использовать самые современные способы. Те же возобновляемые источники. У нас по гидроэнергетике имеются огромные возможности. Есть большая программа по развитию угольной генерации. Есть газовая и ядерная генерации. То есть мы имеем весь комплекс возобновляемых, традиционных источников и намерены его развивать. Так что все просто. Правда, просто об этом сказать, но сложно сделать.

- Раз все так ясно и понятно, то за что же Россию на Западе постоянно упрекают?

- Когда человек, организация или государство набирает мощь, приобретает силу, деньги и так далее, то это редко вызывает у окружающих восхищение. Наоборот, зачастую порождает зависть, а иногда и страх. Страх по отношению к мощной фигуре, которая неизвестно, как себя поведет. Если вы посмотрите на такое сильное государство, как США, то вы поймете, что в мире к американцам отношение далеко не восторженное. Россия тоже стала сильной. Ее также не любят или завидуют. Нас опасаются потому, что не разделяют наших взглядов, или потому, что не до конца понимают наше поведение. Поэтому я думаю, что все эти упреки сопряжены с нашим статусом сильного государства.

- Чего вы ждете от саммита Россия - ЕС в Ханты-Мансийске?

- Я жду начала позитивных переговоров по новому соглашению. При всех заявлениях руководителей ЕС о том, что Россия - очень важный партнер, они на эту важность все-таки должны посмотреть по-другому. Мы хотя и не входим в ЕС, но мы - родственное европейское государство, которое их процветанию тоже способствует. Именно так Евросоюз должен нас воспринимать. Наш лозунг такой: чем больше вы от нас зависите, а мы от вас, тем больше мы находимся в рамках безопасности. Как только вы пытаетесь подальше от нас отодвинуться, так сразу же увеличивается степень недоверия.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера