-Егор Тимурович, нынешний кризис называют самым тяжелым за последние полвека. Вот уже и наши олигархи, говорят, разоряются...
- Это последнее, по поводу чего я пролью скупую мужскую слезу.
-А в чем, по-вашему, особенности нынешнего кризиса применительно к России?
- Есть два взаимосвязанных риска, реализовавшиxся в прошлом году. Это зависимость платежного баланса страны от цен на энергоносители и металлы, а также изменчивость потока капитала. Условно говоря, когда цены на нефть высокие, капитал в нефтедобывающую страну прибывает быстро, но как только цены на сырье падают, инвестиции столь же быстро уходят. Россия к такому повороту событий готовилась - был создан Стабилизационный фонд, затем преобразованный в Резервный фонд и Фонд национального благосостояния. Мы накопили крупные золотовалютные резервы. Это позволяет сегодня управлять ситуацией - тяжело, непросто, но без катастроф.
- А если резервы закончатся? Ведь они тратятся такими темпами...
- Если правительство не будет делать глупых ошибок, не закончатся. Чтобы в этом убедиться, надо открыть сайт Центробанка и посмотреть соотношение денежной базы и золотовалютных резервов.
- ЦБ, по-вашему, будет и дальше "придерживать" падение рубля?
- Надо быть реалистом и понимать, что ты не можешь бесконечно играть против рынка. Но сейчас тактический перевес на стороне ЦБ.
- И такая тактика себя оправдывает? Стоит ли вообще держать рубль?
- Его не держат - он упал.
- Но мог бы упасть больше.
- Мог бы, и такое желание у рынка есть. С другой стороны, ЦБ может легко сдерживать такие стремления. Впрочем, масштабы девальвации рубля пока сопоставимы с тем, что произошло в других странах, зависящих от экспорта сырьевых товаров.
- Есть мнение, что в случае быстрого падения рубля российская экономика только выиграла бы, а кризис был бы пройден быстрее и с меньшими потерями.
- Я понимаю логику этой точки зрения, более того - я ее разделял. Но Центробанк решил иначе, так что сейчас уже бесполезно это обсуждать.
- Анализируя антикризисный план правительства, на чем бы вы рекомендовали сосредоточиться и что, возможно, сделать иначе?
- Я посоветовал бы властям быть более финансово консервативными. Мы в несимметричном положении по отношению к странам, обладающим резервными валютами. Надо не переписывать американские или европейские планы, а вырабатывать собственную политику. К счастью, многие из тех, кто формирует экономическую политику в России, это понимают... Возвращаюсь: наши позиции с развитыми странами несимметричны. Оказаться в их круге можно будет только после нескольких десятилетий финансовой стабильности. Но не сейчас. Если они могут позволить себе ослаблять бюджетную и денежную политику, снижать процентные ставки и разрабатывать в условиях кризиса масштабные инвестиционные программы, то Россия этого себе позволить не может. Потому что, если нет печатного станка, который делает сколько угодно долларов или евро, то, действуя так же, как обладатели такого станка, ты быстро растратишь золотовалютные резервы, неизбежно получишь радикальную девальвацию национальной валюты, тяжелый банковский кризис, рост процентной ставки и быстрое падение производства. Мы таких ошибок пока не делали. Так что когда США снижают процентную ставку, а мы ее повышаем, то действуем правильно, хотя и не симметрично. Если мы радикально обвалим рубль, никому лучше не станет.
- Китай резервную валюту тоже не печатает. Почему же там снижают ставки по кредитам?
- Мы и Китай находимся в разном положении с точки зрения платежного и финансового баланса. Китай в гораздо меньшей степени зависит от цен на сырьевые товары. Золотовалютные резервы страны серьезно не сокращались. Мы в более сложной ситуации. Золотовалютные резервы России за последние месяцы уменьшились примерно на 200 миллиардов долларов. В этой ситуации имитировать китайскую политику для нас непозволительная роскошь.
- Возможно, нам подходит путь Казахстана, который не поддерживает национальную валюту и банки?
- Там долго поддерживали курс тенге, а потом уронили. У меня нет уверенности, что это было лучшее из возможных решений. Во время кризиса лучше не лишать банки поддержки государства. Банковский кризис был предсказан в России давно, и надо было многое делать раньше, чтобы его избежать или минимизировать потери. Сейчас радикализм не нужен. Есть вещи, которые реализуются в условиях, когда все мало-мальски нормально, и которые не делаются, когда пациенту проводят тяжелую операцию. Сейчас такой случай. Так что никакие игры с банковским сектором, на мой взгляд, сегодня недопустимы. А потом надо будет разобраться, кто прав, кто виноват, усилить надзор... Но не сейчас.
- Похоже, что государству предстоит выбирать - или банки, или промышленность. Предприниматели уже жалуются на повышение ставок по кредитам и на то, что выделенные государством деньги до адресатов не доходят - оседают на валютных счетах банков.
- Приоритет сейчас - стабильность банковского сектора. Не спорю, что у промышленности свои серьезные проблемы, но опыт показывает, что, если дать сигнал о ненадежности банков, промышленности будет только хуже. Так что банки надо поддержать. Все остальное нормализуется с течением времени. Главное - не вмешиваться слишком активно методами прямого управления экономикой. Важный приоритет - обеспечение денежной и бюджетной стабильности.
-Но как это сделать в условиях столь низкой цены на энергоносители?
- Мы жили в условиях такой цены на энергоносители в 2003 году. Тогда экономика динамично росла.
- Недавно в Давосе обсуждались возможные варианты выхода из кризиса. Один из распространенных рецептов - усиление роли государства в экономике.
- А кто и на каких примерах показал, что серьезное усиление участия государства в постиндустриальном обществе способствует долгосрочному ускорению экономического роста? Другое дело, что во время кризиса увеличение роли государства - объективный процесс, но он оправдан, если только сразу ставить стратегическую задачу разгосударствления экономики после того, как пиковая точка кризиса пройдена.
- В США государство выкупает доли в крупнейших банках...
- А потом собирается приватизировать их на высоком уровне конъюнктуры, когда можно будет продать доли в этих банках за хорошие деньги, за счет чего сократить госдолг.
- Еще один из рецептов - дедолларизация экономик...
- Это и не нужно, и невозможно. То, что корзины валют, на которые ориентируются мировые финансовые рынки, будут расширяться, дифференцироваться, - неизбежно. Но радикальных мер по дедолларизации, когда американская экономика по покупательской способности - это 20-25 процентов мировой экономики, ожидать не стоит.
- Падение производства - худшее из последствий кризиса?
- Два века назад доминировало представление, что самое важное в экономике - сельское хозяйство. Сейчас мы знаем, что это не так. Все меняется. Идея "все зависит от промышленного производства" была интересна в XIX веке, но не сейчас. В постиндустриальной модели общества главное - сфера услуг. Все, что связано с телекоммуникациями, здравоохранением, образованием и т. д.
- Ситуация в российской экономике тяжелая, а Москва выдает миллиардные кредиты странам СНГ. Мы в состоянии сейчас давать в долг?
- Я бы этого не делал. Весь вопрос в объеме ошибок, которые можно совершить. Недавно обсуждал эту тему со своими друзьями, которые имеют отношение к руководству банковским сектором. Они высказали мысль, что ошибаться мы будем, пока золотовалютные резервы не сократятся до трехсот миллиардов долларов. Я высказываю иное мнение - до двухсот.
- Если нельзя повлиять на нефтяные цены, может, есть шанс вернуть "убежавшие" капиталы?
- Это можно сделать, если идти по пути повышения реальной процентной ставки и ужесточения бюджетной политики. Чтобы решить эту задачу, необходимо продемонстрировать миру, что рубль устойчив.
