Архив   Авторы  

Энергичные люди
Политика и экономикаStartUp

В проекте StartUp «Итоги» продолжают рассказ о самых успешных и харизматичных предпринимателях, которые создали свой бизнес с нуля. Знакомьтесь: председатель совета директоров компании Ariston Thermo Паоло Мерлони, который знает, как совместить бизнес с политикой, не навредив ни тому ни другому






 

Говорят, талант передается через поколение. Мол, поэтому многие бизнесмены не спешат передать эстафету молодым. Большое итальянское семейство Мерлони — исключение. Уже третье ее поколение вовлечено в родовой бизнес. 45-летний Паоло Мерлони занимается производством водонагревательной техники, продолжая дело, основанное дедом Аристиде и подхваченное отцом. В интервью «Итогам» он рассказал, какой должна быть ДНК настоящего бизнесмена.

— Господин Мерлони, в России, когда произносишь Ariston, вспоминаются холодильники, стиральные машины или плиты. Насколько я знаю, сейчас этот бренд уходит в историю. Чем тогда занимается ваша компания?

— Начну издалека, поскольку так будет легче разобраться. В 1930 году мой дед Аристиде Мерлони открыл в родном городке фабрику промышленных весов Industrie Merloni, где трудились шестеро рабочих. Аристиде успешно вел бизнес и вскоре стал первым среди производителей весов. Затем началась война, которая заставила свернуть производство, и деду удалось вернуться в бизнес лишь в 1950-х годах. Тогда он начал изготавливать баллоны для сжиженного газа — концентрированного энергоносителя, пришедшего в итальянской провинции на смену традиционным дровам. А где газ, там и кухня.

Сначала он добавил в линейку продукции газовые водонагреватели, духовки и плиты, затем холодильники и морозильники и, наконец, постепенно освоил производство стиральных и посудомоечных машин, всего комплекса крупной бытовой техники.

Еще в 1960-х годах дед придумал торговую марку Ariston — красивое слово, по-гречески означающее «наилучший» и созвучное его имени. В 1970 году компания была поделена на несколько бизнес-направлений, одно из которых — Merloni Termosanitari, производившее в Италии водонагреватели под товарным знаком MTS (Merloni Termosanitari). Этот бизнес взялся развивать мой отец Франческо Мерлони.

Став в 1980 году европейским лидером в области водонагревательных систем, MTS расширила свою деятельность на рынок отопительных систем. А в 2009-м компания Merloni Termosanitari поменяла свое название на Ariston Thermo Group.

Компания Indesit, которую возглавляет одна из ветвей семьи Мерлони, до недавнего времени использовала бренд Ariston для своей линии бытовой техники. Мы же занимаемся производством водонагревательного и отопительного оборудования. Ariston Thermo имеет 19 заводов в 10 странах — Италии, Швейцарии, Бельгии, Франции, России, Китае и других. У нас 48 представительств в 29 странах, а продается продукция более чем в 150. В прошлом году мы получили рекордную выручку в 1,32 миллиарда евро, чистая прибыль — 50 миллионов евро. И пока живем без долгов. К концу 2008 года они составляли порядка 150 миллионов евро.

— Вы основной и единственный акционер?

— Нет, на самом деле семья моего отца, включая меня, является главным акционером и имеет порядка 85 процентов акций. В капитале участвуют и другие члены большой семьи Мерлони, например мои дядя и тетя. Им принадлежит около 15 процентов. Так что на сегодняшний день можно сказать, что Ariston Thermo на 100 процентов семейный бизнес. В прошлом на протяжении нескольких лет в число акционеров входили два известных международных банка — BNL и Intesa Sanpaolo. Недавно мы выкупили их доли, но это совершенно не значит, что сейчас владельцы компании отгородились от инвесторов. Фигурально выражаясь, мы готовы открыть доступ к акционерному капиталу через прямую продажу пакета или выход на биржу хоть завтра.

— Предприниматели обычно хорошо помнят, как они заработали первые деньги. А вы когда положили в карман своей первый евро?

— Скорее даже первую лиру. Будучи бизнесменом, мой отец всегда был для меня примером, и я у него многому научился. Когда я был ребенком, в доме часто заходили разговоры о компании, ее проблемах. Это обычная тема в семье предпринимателей! В общем, когда мне было 14 лет, я попросился на летних школьных каникулах поработать на фабрике отца. В итоге на месяц променял пляжный отдых на труд обычного рабочего. Вставал рано и уже к 8 часам был на месте. Тогда я и заработал небольшую сумму, но для меня в первую очередь это был потрясающий опыт.

— А первый миллион евро?

— Ariston Thermo, как я уже говорил, семейная компания. Для меня более важен не вопрос дивидендов, которые мы получаем как акционеры, а сколько компания может дать каждому сотруднику. У нас работают 6700 человек, так что мы как владельцы бизнеса в какой-то степени несем ответственность почти за 7 тысяч семей. Это меня больше волнует, нежели полученный в виде дивидендов миллион.

— Вы пришли в Ariston Thermo в 1995 году обычным сотрудником. Как изменился ваш бизнес почти за двадцать лет?

— В цифрах это выглядит так. В 2001 году компания имела оборот в 450 миллионов евро, то есть меньше трети нынешних показателей. В 2005 году мы преодолели планку в миллиард. Я стал генеральным директором в 2004 году, а председателем — два года назад.

— Кто вами руководил до 2011 года?

— Председателем был мой отец Франческо Мерлони. Сейчас он является почетным председателем, интересуется делами компании и отчасти вовлечен в рабочий процесс. Будучи по образованию инженером, он увлечен техническим аспектом — производством, станками. К тому же отец — кладезь опыта и знаний, поскольку проработал в компании более 60 лет. Он же разработал наши основные принципы и ценности и активно продвигал их вместе с моим дедом.

— В кризис 2008-го вас сильно потрепало?

— Справедливее было бы говорить о 2009 годе, в 2008 году показатели были хорошими... Упала выручка, но зато выросла чистая прибыль. В то же время я бы не сказал, что кризис сильно на нас повлиял. Мы же занимаемся производством водонагревательного оборудования, наша продукция и сервис относятся к предметам первой необходимости. Это не товары категории luxury, не футболка, которых у вас уже сотня и вы хотите купить сто первую. Зато вам всегда нужна горячая вода для того, чтобы принять душ. Наш бизнес важен для человеческой жизнедеятельности, поэтому падение спроса в кризис не было значительным. К тому же стоит отметить, что мы являемся глобальным игроком с самой разветвленной сетью продаж. В итоге, если в 2009 году оборот компании упал на 9 процентов, то уже на следующий год он вырос на 10 процентов, быстро отыграв кризисное падение.

— На американском рынке вы представлены? Там-то рынок жилья пережил настоящий апокалипсис и людям явно было не до водонагревателей...

— Наш основной рынок — Европа. Мы продаем продукцию во всех развитых и развивающихся странах, кроме Кореи, Японии и США. Во-первых, темпы роста нашей индустрии там не впечатляют. Во-вторых, мы производим несколько иной спектр продукции. В тех странах в отличие от нас отапливают помещения с помощью горячего воздуха, а не с помощью водяного отопления. Поэтому мы развиваемся на других рынках: Италия, Швейцария, Франция, Россия, Китай. Китайский и российский рынки, к слову, имеют для нас одинаковую значимость.

— Вы бывали когда-нибудь в России?

— Когда я пришел работать в Ariston в 1995 году, в сферу моей ответственности попали развивающиеся рынки, в том числе и Россия. Тогда мне приходилось приезжать в вашу страну на неделю каждый месяц.

— Какие впечатления остались от тех поездок?

— Меня манила Россия, я всегда знал, что в вашей стране открываются большие возможности. За последние двадцать лет сильно изменилось восприятие бизнеса, видение, мышление. За короткий срок ваша страна смогла наверстать отставание от другого мира. Если в 90-е годы, когда мы открывали бизнес в России, чувствовали себя пионерами, то сейчас у нас более структурированное и осознанное понимание, как работать на местном рынке.

Вот что меня действительно поразило в самом начале знакомства с вашей страной — тот уровень неэффективного потребления, транжирства энергии. Вы просто поймите: энергоэффективность у меня в ДНК! Наша мантра — производить водонагревательные системы, которые не только создают комфорт, но еще и сами по себе эффективны с точки зрения энергопотребления и не наносят вред окружающей среде. Отсюда и цель до 2020 года — взять планку в 80 процентов по энергоэффективности. Сейчас этот показатель составляет 35 процентов.

Но вернусь к России — мне в глаза тогда бросились огромные трубы, из которых тепло попадает в окружающую среду. Полнейшая неэффективность. Но такое было 20 лет назад.

— Вы активно интересуетесь политикой. В России бизнесмены в силу ряда обстоятельств предпочитают обходить эту тему стороной. Где, по вашему мнению, для бизнесмена проходит грань между интересом к политике и вмешательством в нее?

— Наша семья очень связана с политикой. Мой отец был членом парламента, министром в правительствах Джулиано Амато и Карло Адзелио Чампи. Но это все никак не отражалось на нашем бизнесе. Я постоянно слежу за политическими событиями в Италии, Европе и во всем мире. Это дает понимание того, как происходящее может повлиять на наш бизнес, куда нам стоит или не стоит инвестировать. Но смешивать политику и бизнес нельзя. Если такое произойдет — это будет плохо как для политиков, так и для бизнесменов.

— С Берлускони ваша семья знакома?

— Да. Много лет назад, когда мистер Берлускони еще не был политиком, а занимался строительным бизнесом, он покупал у нашей компании водонагревательное и отопительное оборудование для домов. Поэтому мы знаем его много лет.

— На ваш взгляд, он тоже совершил ошибку, когда, став политиком, так и не порвал с бизнесом?

— Я вам расскажу следующую историю. Какое-то время назад у нас был личный самолет, которым мы владели на паритетных началах вместе с Берлускони. Однажды он пришел к моему отцу и сказал: «Франческо, мне не нравится, как покрашен наш самолет, он выглядит старым. Я хочу его перекрасить, обновить. Он будет смотреться прекрасно!» Отец согласился. Через некоторое время Берлускони подогнал обновленный самолет, на хвосте которого красовался огромный логотип его компании. Мой отец был шокирован: «Мы же владеем им 50 на 50, почему же на нем твой логотип?» На что Сильвио ответил: «Да я знаю, но ведь я заплатил за покраску!» Думаю, что этот случай прекрасно описывает его. На мой взгляд, он был куда лучшим бизнесменом, нежели политиком...

— А какие ошибки, на ваш взгляд, сегодня совершают власти предержащие?

— Как известно, говорить намного легче, чем действовать. Особенно это касается политики. В компании все иначе, поскольку предприятие, в конце концов, не демократия. В итоге кто-то обязательно должен принять решение. В политике же, условно выражаясь, все хотят быть тренером футбольной команды.

Я думаю, что властям стоит предпринимать больше усилий для того, чтобы дать частным компаниям простор для развития. Это касается регулирования отрасли. Я говорю не о рынке без правил, но о рыночных отношениях, ограничиваемых здравым смыслом. Например, в Европе сейчас идет процесс увеличения социальных расходов наравне с повышением налогов. Естественно, социальные траты в некоторых случаях оправданы... Но сейчас мы живем в такое время, когда надо больше стимулировать частный сектор делать инвестиции. Он является двигателем прогресса и дает наибольшую отдачу. Дайте участникам рыночных отношений соревноваться между собой, поскольку конкуренция — лучший стимул для развития.

— Вы представитель крупной итальянской промышленной семьи, причем не в первом поколении. Что в бизнесе движет лично вами?

— Моя цель как руководителя и одного из владельцев компании — сохранение лидирующих позиций в своей области, наращивание доли. Сейчас сложно говорить, насколько большими мы будем к 2020 году. В долгосрочной перспективе перед нами стоят не цифры и показатели, а цели и направления развития. Что значит резко поднять планку по энергоэффективности? Это означает не только осуществить инвестиции в производство и разработки, но и попытаться передать этот посыл клиентам, чтобы они поняли нашу цель. Это даже не что-то такое сложное, а скорее вызов себе. Позитивный вызов. Я вообще стараюсь мыслить позитивными категориями, иначе я не смог бы стать бизнесменом и продолжить семейное дело.

Анкета

Имя Паоло Мерлони.

Компания Ariston Thermo Group.

Должность Председатель совета директоров.

Возраст 45 лет.

Место рождения Рим (Италия).

Место жительства Фабриано (Италия).

Образование Коммерческий университет им. Луиджи Боккони.

Год и возраст вступления в бизнес McKinsey & Company, в 1993 году, в возрасте 25 лет. В Ariston Thermo пришел работать в 1995-м.

Когда заработал первый миллион долларов Первую лиру я заработал в 14 лет: попросился на летних каникулах поработать на фабрике у отца... У нас семейная компания, и сейчас для меня более важен не вопрос дивидендов, которые мы получаем как акционеры, а сколько компания может дать каждому сотруднику. Мы несем ответственность почти за 7 тысяч семей.

Цель в бизнесе Сохранение лидирующих позиций Ariston Thermo в своей области, наращивание доли. В долгосрочной перспективе перед нами стоят не цифры и показатели, а цели и направления развития.

Отношение к политике Занимаю активную позицию. Считаю, что бизнесмены должны побуждать политиков как к пересмотру вопросов регулирования отраслей, так и к решению общественных проблем.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера