Архив   Авторы  
Парадный подъезд театра Гоголя не изменился, но стоит зайти, как сразу понимаешь, что внутри все переменилось до неузнаваемости

Ходят гоголем
Искусство и культураТеатр

Свой первый театральный сезон «Гоголь-центр» закончил под бурные аплодисменты





 

Докторская диссертация одного почтенного профессора начиналась утверждением: «ХIХ век в России прошел под знаком конного цирка». ХХI век, похоже, ознаменован бесконечными театральными скандалами. Не дискуссиями, а именно сварами. Бунт артистов Театра Гоголя, не желавших смириться с назначением Кирилла Серебренникова, не ограничился словесными баталиями. Митинги, пикеты, анонимные доносы и открытые письма, нападение на директора. В ход пошли приемы и из старой, и из новой жизни. В театре оживилась профсоюзная организация, обнаружилась активно действующая ячейка коммунистической партии. Смущало, правда, изначально, что на гордо реявших знаменах никто не писал имя поверженного худрука Сергея Яшина. Борьба шла не за, а только против, выдавая плохо скрываемый животный страх перед любыми переменами. На мой взгляд, такую реакцию спровоцировал московский департамент культуры, труженики которого закладывают мины даже не замедленного, а немедленного действия. Новый виток противостояния уже начался на «Таганке», в основу следующих серий театрального боевика лягут сюжеты, связанные с конкурсом на должности руководителей Драматического театра Станиславского и Центра драматургии и режиссуры. Даже советские чиновники не позволяли себе такой откровенной профанации.

Учтя взрывной характер, продемонстрированный гоголевцами, с концепциями, предложенными конкурсантами, решили ознакомить общественность, предложив экспертам по абзацу текста выбрать победителя. И действительно, зачем утруждать людей длинным чтением, когда итоги предрешены, как на выборах мэра. Только не надо потом удивляться нервной реакции той самой общественности... Однако мы хотя бы узнали, на какие вопросы должны были ответить претенденты. Участникам конкурса предлагалось сформулировать вектор развития того или иного театра, исходя из его географического положения и традиций данного коллектива, наметить репертуарную политику, определить потенциал зрительской аудитории и возможности продвижения театра в профессиональном поле... Что-то мне подсказывает (не интуиция, скорее опыт): именно из программы Серебренникова был позаимствован сей набор параметров. Только не утруждая себя размышлениями, можно под копирку одни и те же требования предъявлять к совсем разным театрам. Ну какая уж такая история у ЦДР или чем отличается «географическое положение» двух театров в двух разных точках Москвы?

Свой зал

А вот стратегию «Гоголь-центра» можно оценивать по законам, им самим предложенным. И здесь как раз история с географией играет не последнюю роль. Прежде всего, конечно же, близость «Винзавода», посетители которого во многом и есть та молодежь, что уже приручена и приучена к спектаклям «Седьмой студии», ставшей одним из резидентов центра. Тот самый потенциальный зритель, тяготеющий к современному искусству, образованный и независимо мыслящий. Жизнь подтвердила, что расчет был правильным. Замечу сразу, цены на билеты здесь очень демократичные — максимум две тысячи. Наличие перекупщиков лишь свидетельствует о хорошей заполняемости залов. В малом — аншлаг всегда. История театра отразилась, пожалуй, только в реконструкции большого зала, ставшего похожим на депо, в котором, кстати, и родился Театр транспорта, получивший со временем по разнарядке славное имя русского классика, имеющего к нему такое же отношение, как Пушкин к Театру Пушкина.

...Копья же ломались, собственно, вокруг двух проблем. Первая — судьба аборигенов. Вторая — как совместить концепцию культурного центра и репертуарный театр. И обе эти проблемы придется решать каждому, кто придет не в чисто поле, а в место «с именем». Первую Серебренников решил в щадящем режиме и, честно говоря, мог бы ждать извинений за «моральный ущерб». Вполне возможно, что на банкетах по случаю премьер они и приносятся. Но охаивали-то публично... Убийство же репертуарного театра ему вменяли авансом. Если же попробовать кратко сформулировать, чем уж нам так дорог репертуарный театр в отличие от нерепертуарного, да еще допустить, что он может существовать в разных формах, то ответ будет выглядеть так: в первом возможна стратегия, второй целиком опирается на тактику. Проще говоря: жизнь или кошелек. И дело не только в коммерции. В первом выращивают, а не только используют артистов, рискуют с дебютантами, строят отношения с драматургами, формируют репертуар, а не выстреливают лишь хорошо сделанными пьесами... Можно по-разному отнестись к каждой отдельной премьере «Гоголь-центра», но нельзя не признать, что выбранный здесь путь далек от антрепризного. Семь премьер за сезон, часть которого была украдена ремонтом, плюс перенос на новую сцену старых винзаводовских спектаклей, плюс авторские вечера, такие яркие, как, например, «Утесов», говорят и об азарте, и о работоспособности. Свой первый театральный сезон Кирилл Серебренников закрыл победителем, под аплодисменты.

Перестроенное фойе театра украшено зеркальными силуэтами великих режиссеров, каждый из которых высказывает какую-нибудь мудрую мысль. И пока я пыталась выбрать наиболее подходящую к случаю, вдруг услышала, как одна девушка говорит подруге: «Не смотрись в Ефремова, он толстит». Рассмеявшись, подумала: «Слава богу, никто не жмет». Ни Мейерхольд, уверяющий, что «все лучше золотой середины», ни Эфрос, настаивающий, что надо завоевывать не поклонников себе, но привлекать людей, способных самостоятельно думать и умеющих чувствовать, ни нравоучительный Немирович-Данченко, не без пафоса диктующий с кирпичной стены: «Театр, как и всякий большой художник, должен отзываться на благороднейшие течения современной жизни. Иначе он станет мертвым учреждением». Не знаю, что такое «благороднейшие течения», но насчет современной жизни классик прав. Она на сцене в дефиците. В «Гоголь-центре» же именно современная жизнь оказалась в центре большой сцены в прямом и переносном смысле слова.

Бывшее кино

Так, действие трех ремейков знаменитых фильмов — «Рокко и его братья» Висконти, «Идиоты» фон Триера и «Страх съедает душу» Фассбиндера — в «Гоголь-центре» перенесли на сцену и в наши дни, о чем позаботились драматурги Михаил Дурненков, Валерий Печейкин и Люба Стрижак. Декорации у каждого спектакля свои, но пространство в некотором смысле общее. Оно может называться боксерским рингом, залом суда или террасой летнего кафе, но всякий раз это лобное место, где зрители, расположившиеся амфитеатром, видят не только персонажей, но и друг друга. Да и темы трилогии варьируются, объединенные лейтмотивом «другие». Замысел интересный, но рискованный хотя бы потому, что каждый спектакль нарывается на сравнение с первоисточником, в своем роде совершенным. Однако, что-то утеряв в каждом отдельном случае, в целом театр выиграл, сотворив яркую картину современного мира, ожесточившегося в борьбе за выживание, где в калейдоскопе персонажей не утрачиваются человеческие лица. Конфликты чуть площе, порой публицистически заострены, зато люди роднее.

Первую часть трилогии, «Братья», поставил Алексей Мизгирев, дебютировавший как театральный режиссер. Герои этой истории, приехавшие покорять мегаполис из заштатного Семеновска, яростью и беспомощностью напоминают нам персонажей, уже знакомых по спектаклю самого Серебренникова «Отморозки» по Прилепину. Отсутствие новизны усиливает ощущение длиннот. Но когда проходит время и забывается томительное ожидание исхода, в памяти остаются сцены-диалоги брата с говорящим прозвищем Тюха и проститутки Нади, которые актеры Никита Кукушкин и Виктория Исакова наполнили таким неподдельным трагическим надрывом, что они действуют как цветные кадры, вмонтированные в черно-белое кино. К слову, у проститутки Нади есть на малой сцене младшая товарка в ерофеевской «Русской красавице», исполненная молодой актрисой Екатериной Стеблиной с той же самосжигающей истовостью. Они бы поняли друг друга. Потому что сострадательность взгляда режиссера Жени Беркович сродни взгляду Алексея Мизгирева — беспощадно, но без соплей. Поиск вины внутри, а не вовне.

Теперь, когда Серебренников поставил «Идиотов», отчетливо понимаешь, что фрики, «внутренние идиоты», то есть не клинические, занимают его постоянно, начиная с его знаменитого спектакля «Пластилин». Их черты можно разглядеть и в других постановках Серебренникова — в героях Макдонаха из «Человека-подушки», и в «Трехгрошовой опере», и даже в персонажах «Зойкиной квартиры». Дурить и придуриваться — любимая игра режиссера. Иногда не только на сцене. И он порой заигрывается, вызывая негодование тех... Ну, скажем условно, кого считает обывателями. И сатирических, язвительных красок на них не жалеет. На фоне «идиотов» они проявляются как симпатические чернила, поражая внутренним сходством. Зато фрики у каждого времени свои. На этот раз они из породы Pussy Riot или группы «Война». А символом нынешней жизни становится железная клетка, та, в которой мы изо дня в день видим сменяющих друг друга подсудимых, отвечающих отрицательно на бесстрастный вопрос судьи: «Понимаете ли вы предъявленные вам обвинения?» Театр вовсе не воспевает арт-хулиганство, но ненавидит сообщество присяжных заседателей на этом нескончаемом процессе. Когда в финале под звуки «Лебедя» Сен-Санса на сцену в белых пачках выходят артисты-дауны из «Театра Простодушных», душа уже страждет чистоты. Наверное, поэтому самой востребованной у публики оказалась «Митина любовь». Билеты аж на следующий сезон раскупаются. Единственный спектакль в афише, абсолютно далекий от свинцовых мерзостей современной жизни. Лишенный бунинской истомы, немножко «пионерский», как «Сто дней после детства», но решенный остроумно и исполненный лучезарными юными артистами «Седьмой студии» Филиппом Авдеевым и Александрой Ревенко.

«Митину любовь» поставил режиссер Владислав Наставшев, спектаклем которого «Страх» и завершилась трилогия о маргиналах. Меня она тронула больше других не только благодаря блистательному дуэту Светланы Брагарник и Евгения Сангаджиева, рассказавших об отчаянной или неприкаянной любви немолодой москвички и юного таджикского гастарбайтера. Именно история позволила мне быть не наблюдателем, а соучастником, потому что страхи окружающих эту пару людей я вижу в себе, своих друзьях, случайных знакомых, прохожих на улицах. Вижу нашу бестактность, переходящую в жестокость, брезгливость, граничащую с расизмом, снисходительность к умеренному национализму. Все безупречно писано с натуры.

Самое время сказать в назидание тем, кто с ужасом ждет прихода новых худруков (а они придут!): не бойтесь талантливых. Вы, может быть, получите свой долгожданный шанс, как получили его артисты Театра Гоголя. Бойтесь тех, кто пообещает вам, что ничего не изменится.

Среди зеркальных силуэтов в фойе нет, как ни странно, профиля Гоголя, хотя он не только дал театру имя, но и сам любил рассуждать на темы «зеркала сцены». Его «Театральный разъезд» не без пафоса кончается монологом автора, обращенным к людям театра: «Бодрей же в путь! И да не смутится душа от осуждений, но да примет благодарно указанье недостатков, не омрачась даже и тогда, если бы отказали ей в высоких движеньях и в святой любви к человечеству! Мир как водоворот... Что признавалось пустым, может явиться потом вооруженное строгим значением».

Повесьте в фойе Гоголь-зеркало. Оно не будет льстить публике, но будет отражать всех, как есть.

Добавить в:  Memori  |  BobrDobr  |  Mister Wong  |  MoeMesto  |  Del.Icio.Us  |  Google Bookmarks  |  News2.ru  |  NewsLand.ru

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования NOMOBILE.RU Семь Дней НТВ+ НТВ НТВ-Кино City-FM

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера