Латвия принадлежит к тем странам Евросоюза, о которых едва ли не чаще всего пишут в российских СМИ. Да это и понятно: новости из балтийской республики с немалым русскоязычным населением не могут не интересовать наших граждан. Вот и недавнее избрание мэром Риги лидера "Центра согласия" этнического русского Нила Ушакова было воспринято у нас как событие знаковое. Так ли его оценивают в Латвии? И как "младоевропейская" страна чувствует себя в непростое кризисное время? Об этом и многом другом рассказал гость нашей редакции - Чрезвычайный и Полномочный посол Латвийской Республики
Эдгарс Скуя.
- Господин посол, правы ли те эксперты, которые утверждают, что в Европе кризис больнее всего ударил именно по Латвии? Есть ли у ваших соотечественников такое ощущение?
- Таким утверждениям могут быть свои объяснения. Во-первых, у нас всего год назад был самый высокий в регионе рост ВВП - до 10-12 процентов. Когда грянул спад, мы ощутили его столь же резко, как совсем недавно испытывали подъем. Во-вторых, таков уж национальный характер латышей, что мы, если испытываем какие-то проблемы, не умеем говорить о них вполголоса. Вот и получается, что наши трудности выглядят более значимыми, чем схожие сложные ситуации, переживаемые другими странами... А кризис - он для всех кризис. Для всех одинаково труден. Обидно только, что люди заждались хорошей, стабильной жизни, а вместо этого грянули разочарования.
- Вы довольны антикризисной помощью, которую оказывает Латвии Брюссель?
- Не только Брюссель, но и МВФ. Правда, сопровождается такая помощь очень строгими требованиями, особенно по расходной части бюджета. Экономия коснулась у нас абсолютно всех госучреждений, в том числе и нашего посольства. После очередного раунда переговоров с МВФ было понятно, что без этого помощь дальше не пойдет.
- Вам отказали в выдаче второго транша?
- На данный момент нам кредит отложили. Но, я уверен, он состоится.
- Отодвигает ли кризис перспективы вступления Латвии в зону евро?
- Согласно тем критериям, которые мы обязаны выполнять и успешно выполняем, датой нашего присоединения к зоне евро остается 2012 год. Ни о каком негативном сценарии тут и речи нет.
- Лат девальвировать не намерены?
- Думаю, нет. Я неоднократно говорил на эту тему с президентом Латвийского банка, и мне подтвердили, что такие действия никогда не будут одобрены.
- Как бы вы прокомментировали выбор впервые за постсоветскую историю мэром Риги Нила Ушакова, этнического русского? Можно ли это расценивать как тенденцию, как отказ от голосования по "национальному признаку"?
- То, что 30 процентов рижан проголосовали за "Центр согласия", межнациональную партию латышей и русских, подтверждает высокое доверие избирателей к этой коалиции и ее лидеру. Нил Ушаков, надо признать, политик опытный. Он, кстати, возглавлял в латвийском парламенте группу поддержки по связям с Россией. А теперь "Центр согласия" предложил соотечественникам ясную, неполитизированную, социально-экономическую программу. Ушаков выиграл потому, что почувствовал новые жизненные потребности избирателей.
- Господин посол, а трудно быть "младоевропейцем"?
- Начинать всегда трудно... Надо признать, некоторые условия Евросоюза казались нам спорными, например в том, что касалось сельского хозяйства. А сейчас люди, которые заняты в этой сфере экономики, получают от ЕС существенную помощь. Кроме того, для всех жителей Латвии открылось огромное, единое европейское пространство. Это же большое преимущество в образовании, в бизнесе, в других сферах... За последние пять лет мы переориентировали всю работу министерства иностранных дел с учетом политики ЕС. У нас есть свой очень сильный комиссар в Евросоюзе, который занимается такой важной темой, как энергетика. Словом, разочарования в европейской идее у нас нет. Напротив, мы смотрим с оптимизмом на перспективу более глубокого сотрудничества с единой Европой.
- А с Москвой? Бытует мнение, что Латвия начнет выходить из кризиса только после того, как из него выйдет Россия.
- Несмотря на существующее экономическое сотрудничество Латвии с Россией, прямой связи я тут не вижу. По товарообороту у нас Россия на третьем месте: экспорт составляет 10,7 процента, импорт - 19. Три наших порта профилированы на российский транзит. И хотя нефтяной трубопровод в Вентспилсе закрылся в 2002 году, мы продолжаем заниматься экспортом российских ресурсов. Да, латвийский сервис не самый дешевый, но надежный. Выход же из кризиса, думаю, надо искать там, где он начался, - в Соединенных Штатах прежде всего. А потом уже смотреть, как этот процесс повлияет на весь регион Евразии. То, что нам - и Латвии, и России - сегодня необходимо сосредоточить все силы на сотрудничестве, ясно каждому настоящему бизнесмену. То, что мы - бюрократы - обязаны этому помочь, также понятно.
- И что вы, бюрократы, делаете?
- Прежде всего стараемся облегчать визовый режим. От этого зависит развитие и бизнеса, и туризма. К тому же у нас созданы те государственные инструменты, которые необходимы для предпринимательской деятельности. Между Ригой и Москвой созданы три рабочие группы: по финансово-экономическим вопросам, по вопросам транспорта и по гуманитарно-социальным проблемам. Два приоритетных направления, существующих в этой работе, это подготовка соглашений об избежании двойного налогообложения и о взаимной защите инвестиций. Занимаемся мы и административным облегчением режима пересечения границы.
- Не столь давно вы говорили, что отношения между нашими странами вышли на новый уровень. Что вы имели в виду?
- То, что Рига и Москва подписали в 2007 году договор о Латвийско-Российской госгранице. Состоялись переговоры на уровне премьеров. На этой позитивной волне была создана межправительственная комиссия, началось интенсивное институциональное сотрудничество. Я имею в виду, в частности, институт нашего Госконтроля и российскую Счетную палату. Они прекрасно сотрудничают - проводят анализ тех преград, которые существуют по экспорту-импорту товаров. Неплохо решают проблемы и наши пограничники и таможенники.
- Кажется, вы не столь давно заступили на работу в Москве...
- Несколько месяцев назад. За этот недолгий период я успел посетить российские регионы, и везде меня принимали по-дружески, тепло. Был в Пскове, который для нас является приоритетным регионом, приграничным. Познакомился с новым губернатором Андреем Турчаком. Кстати, Латвия является главным зарубежным инвестором Псковской области: там у нас более 100 совместных предприятий. Успел посетить Кировскую область, где традиционно работают наши лесообрабатывающие компании. А совсем недавно побывал в Иванове, где у нас своя пекарня. Там по старинным латвийским рецептам организовано ручное производство "Рижского хлеба".
- Не кажется ли вам, что латышскоязычные и русскоязычные жители Латвии расходятся не в вопросах языка, а в понимании истории? Тем более что большинство из более чем 300 тысяч так называемых неграждан Латвии люди преклонного возраста.
- В Латвии государство не имеет права и даже не пытается вмешиваться в изучение истории. Этим занимаются ученые-историки, ни о каком администрировании тут говорить невозможно. А для дискуссий по истории мы открыты, даже по самым неприятным вопросам...
- Кстати, вы говорите как профессиональный историк.
- По образованию им и являюсь. Начал учиться в университете еще при "той" истории, а диплом получил в независимой Латвии. После окончания университета работал в МИДе. В 1992 году пошли переговоры о выводе из Латвии остатков советских Вооруженных сил, и я стал ответственным секретарем межправительственной комиссии. Завершили тем, что кроме четырех основных соглашений - они касались непосредственно вывода войск - заключили еще 12 уже двусторонних соглашений по транзиту, транспорту, переселенцам и т. д. Иными словами, начатый с одной темы процесс получился по-настоящему масштабным, двусторонним...
- ...И затрагивающим судьбы многих семей.
- Конечно, очень много судеб. И если вернуться к вопросу о негражданах, то я хотел бы отметить, что с каждым днем число лиц без латвийского гражданства сокращается. Если в 1995 году в Латвии было 29 процентов населения со статусом негражданина, то сейчас - около 15 процентов. Вы сами уже отметили, что большая часть из них - это те, кому сегодня больше шестидесяти лет. Для многих, в том числе и пожилых людей, у нас предусмотрены облегчения по натурализации - и экзамены на знание латышского языка и страноведения проще, и пошлина меньше. Несложность экзамена по языку подтверждается тем, что более 82 процентов людей успешно сдают экзамен, и более 95 процентов сдают экзамен по конституции. Получается, что любой желающий получить латвийское гражданство может это сделать. Впрочем, неграждане чувствуют себя в Латвии вполне комфортно. Они имеют такие же права, как граждане Латвии, за исключением права голосовать и служить в госучреждениях. 75 процентов неграждан считают свой юридический статус практически выгодным. Ведь они могут въезжать без виз как в Шенгенскую зону, так и в Россию. Это серьезный аргумент. Без прохождения натурализации получить латвийское гражданство невозможно. Похожий процесс, только порой еще более строгий, существует и в других странах Европы.
- Вернемся все-таки к истории. Недавно президент России создал специальную комиссию по противодействию фальсификации истории. При этом обвинения чаще всего предъявляются странам Балтии, в том числе и Латвии. Речь, в частности, идет о том, что в вашей стране происходит героизация латышских формирований Ваффен СС, а действия Красной армии называются "повторной оккупацией"...
- Я больше чем уверен, что сегодня мы отходим от ситуации, когда прошлое может являться препятствием для наших двусторонних отношений. Надо понимать, что история была трагичной для всех. Ее необходимо изучать, учиться у нее. Но давать оценки историческим фактам вовсе не задача политиков. Пусть комиссии историков - российские, латвийские, смешанные - занимаются изучением исторических документов. Между Латвией и Россией ведется диалог историков, руководителем которого является Александр Чубарьян, директор Института всеобщей истории РАН... Латвии любая враждебная человечеству идеология неприемлема. Никакой "героизации нацизма" у нас и в помине нет. Есть только седые люди, которые участвовали в той войне и хотят возложить цветы к памятнику Свободы, чтобы почтить память своих боевых товарищей. Никто не имеет права им это запретить.
- А ветераны Красной армии тоже имеют право на подобные мероприятия?
- Право на самовыражение в Латвии имеют все. Конечно, необходимо пройти неизбежные формальности для получения от Рижской думы разрешения на проведение такой акции. Скажем, разрешение на празднование на площади Победы 9 Мая было дано Рижской думой... Комментировать же эти события каждому вольно, как ему нравится. И в Латвии, и в России найдется своя трагическая история в каждой семье. Возьмите хотя бы мою. Когда моему отцу было двенадцать, на войну забрали моего деда. Следы его потом нашли в Канаде, дед прожил до 83 лет, мы узнали об этом после его смерти. А мой дед по матери был убит в 41-м году на границе с Псковской областью при отступлении Красной армии. Могилу его обнаружили только в 1996-м... Я больше чем уверен: для развития отношений между нашими странами история не препятствие, а стимул. Будем соседствовать и сотрудничать так, чтобы впредь легче понимать друг друга.
